Малыш на миллион - Айрин Лакс

Багратов поднимает правую руку, демонстрируя пульт управления.

— Идиот, я заболею! — бью по стене кулаком и поворачиваюсь к нему спиной.

Попа у меня все равно тощая, не в его вкусе! Может быть, Багратову надоест глумиться и он уйдет? Сам…

Через несколько секунд включается теплая вода, неожиданно ласковым потоком стекая сверху, разминая закоченевшие мышцы, наполняя их живительным теплом.

Согревает. Температура нарастает, в душевой поднимается пар. Еще немного — и пойдет кипяток, но потом вода снова меняет температуру, плавно становясь прохладной.

На этот раз прохлада воспринимается намного терпимее. Вода иссякает через минуту. Я протираю ладонью окошко в стене душевой, выглядывая через него, как через иллюминатор.

Багратова в ванной нет. Зато есть огромное пушистое полотенце и женская одежда — домашний костюм приятного оливкового цвета. Привожу себя в порядок, тщательно сушу волосы, гадая, что еще выкинет этот сатрап.

Мучитель… Тиран!

Неудивительно, что Ксана решила сбежать. Наверняка была наслышана о его дурном характере. Это же надо, заставить меня плясать от холода в душевой кабине! Хотя стоит признать, сна у меня ни в одном глазу. Я проснулась. Способ крайне жестокий, но действенный.

Переодевшись, возвращаюсь в спальню.

Багратов стоит на фоне окна. Свет обнимает его темную фигуру, подчеркивая, насколько он хорошо сложен и силен.

— Какое сегодня число? — бросает мне через плечо.

Застываю! От этого мужчины не знаешь, чего ожидать. Он непредсказуем!

Багратов поворачивается ко мне лицом.

— Какое сегодня число, Мышонок?

— С-с-седьмое сентября, — отвечаю не задумываясь.

Лицо Багратова пересекает жесткой усмешкой.

— Нет, постойте. Седьмое сентября — это был день, когда вы приехали. Был вечер…

Бросаю взгляд за окно с матовым тюлем. Там светло.

— Сегодня восьмое сентября! — произношу с гордостью.

— Сегодня десятое, — говорит как будто с жалостью.

Подносит прямиком к моему носу телефон с датой. Секунды тикают онлайн, часовой пояс выставлен верно.

— Как?! Не может быть такого!

— Я приехал восьмого сентября, вечером, ты проспала полтора суток. А если учесть, что даже дату моего приезда назвала неверно, то тебя сильно опоили. Впрочем, по результатам анализов все понятно.

— Чем меня опоили?

— Сильным снотворным! Чтобы ты не дергалась и не убежала, — он выдерживает паузу. — Все еще хочешь защищать родных?

— А вы… вы не потеряли надежду разболтать меня? Ничего не выйдет.

— Ты пила что-нибудь?

— Чай. Последние, что я пила, это был чай я. Отец угостил. Потом уснула на часик…

Единственный раз, когда я сидела с ним за одним столом, можно сказать.

— Может быть, на суточки, — передразнивает.

— Простите.

— За что?

— Я не хотела быть в роли Спящей Красавицы. Так само получилось.

В ответ смотрит на меня с укором и жалостью.

— Спящая — это да. С Красавицей я бы не был так уверен.

Обида пронзает в грудь. Прямо под сердцем колет.

— Ксана была права! Вы гадкий, — срывается с губ.

Багратов быстро поворачивается в мою сторону. Я инстинктивно сжимаюсь. Он здоровый и сильный мужик, я всего лишь муха по сравнению с ним.

Багратов подходит ко мне и роняет ладони на мои плечи, сжимая пальцами. Не больно. Но я ощущаю, что больно может стать в любой момент. Может быть, прямо сейчас. Или через секунду. В его голове щелкнет намерение, а я услышу лишь, как хрустят мои кости.

— Послушай сюда, дурочка. Ксана накачала тебя снотворным и бросила, как пушечное мясо. Она не просто сбежала. Но прикарманила немаленькие суммы со счетов своего отца.

— О-о-о-ох… — выдаю протяжно.

Багратов застревает взглядом на моих губах.

— Не охай, — бросает хрипло и отходит.