Подарок на свадьбу - Жасмин Майер

Одно бунгало на троих, пусть и с двумя спальнями, но это крошечный дом с одной кухней и одной гостиной, в котором мы будем постоянно вместе.

Один бассейн, один пляж и одна общая терраса, где я планировала расхаживать полуголой, чтобы жить на полную катушку и ни в чем себе не отказывать. Но вместо этого долгожданный отпуск стал моим персональным адом.

Я не готова.

Я не могу находиться вместе с Хантером даже в одной машине, не говоря уже о том, чтобы жить под одной крышей. Спать в соседней спальне. Видеть его утром и вечером. А в одних плавках на пляже?!

Но Ксандер не слушал моего невнятного неудовольствия вчера вечером. Ни когда повел в холодный душ, чтобы я немного протрезвела, ни когда после уложил спать.

И вот так настало следующее утро, а наши планы не изменились. Не оказались кошмарным сном. Они стали моей кошмарной реальностью.

Я сижу рядом с Ксандером, на месте пассажира, а Дэвид на заднем сидении за моей спиной. Один раз он нагнулся вперед, передавая бутылку с водой Ксаю, и случайно задел мое голое плечо.

Меня словно током ударило.

Если я не обрету спокойствие, то за себя не ручаюсь. А мне меньше всего нужны проблемы из-за Хантера.

Мое тело не переставало реагировать на нежности Ксая. На прикосновения, поглаживания и легкие поцелуи на светофорах. Ксай всегда был нежным и заботливым, но только теперь мне приходилось давить всеми силами на тормоза, потому что рядом сидел Хантер.

А я не могла терять голову.

Но всю дорогу я едва могла усидеть на месте. Между ног так сильно ныло, что меня так и подмывало запустить пальчики в собственные трусики, лишь бы скинуть часть возбуждения.

Эта поездка могла стать самым романтичным событием в моей жизни, если бы не этот мрачный зритель на заднем сидении. Его тяжелый взгляд, который я ощущала даже затылком.

Пусть Хантер и делал вид, что его больше интересует только музыка в наушниках, иногда я ловила на себе странные взгляды в зеркале заднего вида, которым не находила объяснения.

Хантер явно не был в восторге от поездки, но почему-то не стал отказывать Ксаю. Почему?

С утра на трезвую голову отгонять фантазии было проще, чем вчера после алкоголя. К тому же я дала себе зарок больше не пить, пока эти двое рядом, но куда проще было бы вообще без Хантера.

А так он рядом.

Как запретный плод, один укус от которого приведет к изгнанию из Рая. И пусть я знаю это, но не могу справиться с крепнувшим желанием впиться в него зубами.

Моя грудь снова натянула топик так, что ткань вот-вот затрещит. Кожа горит, как от ожогов, а надевать короткие джинсовые шорты вместо юбки все-таки было ошибкой. По крайней мере, сидеть в юбке было бы куда удобнее, так как этот твердый шов между ног… Я пытаюсь не ерзать, но не могу усидеть на месте. И это только распаляет.

Двое мужчин в одной машине, и воздух очень скоро наполняется терпкими исконно мужскими ароматами, в которых я тону, как в штормовом море. Их слишком много для меня одной, они сливаются и так отлично сочетаются, что я теряю разум.

Вот почему первую половину путешествия я еду, высунувшись в окно, и дышу ртом, так что проезжающие мимо псы машут мне хвостами.

— Кажется, становится жарко? Закрой окно, Нат, я включу кондиционер.

К полудню жара действительно хлещет опаляющим ветром, так что приходится согласиться с Ксаем. Поток ледяного кондиционированного воздуха проходится по коже, как кубик льда, и я сильнее стискиваю бедра.

Мы выехали довольно рано, чтобы избежать привычных очередей на выходных, да и просто не терять лишний день в дороге. По натуре я сова, так что только ранний подъем поначалу гасил реакции моего организма, но солнце поднималось все выше, и при виде него я нервничала, как вампир, который не может контролировать голод с наступлением сумерек.

По вечерам я была активной, живой и очень голодной.

Ледяной воздух оседал на языке мятой и анисом. И я с трудом отгоняла мысли о том, кожа какого мужчины может быть на вкус именно такая.

К переправе мы добираемся точно по графику и, пока Ксай аккуратно въезжает на темную парковку и глушит мотор, вижу, что он не может сдержать улыбки.

Коснувшись моего голого колена и поглаживая пальцами внутреннюю сторону бедер, тихо спрашивает:

— Помнишь?

В ответ могу только кивнуть. Были бы мы в машине одни, я бы с удовольствием предалась ностальгии. Но не теперь, когда сзади сидит Хантер, а в моих трусиках самый настоящий потоп.

Ксандер ведет пальцами ниже, к кромке коротких джинсовых шорт. И мое тело реагирует на прикосновения жениха раньше, чем я понимаю, что сейчас лучше держать себя в ежовых рукавицах, — я все-таки раздвигаю стиснутые до этого бедра.

— В тот раз ты была в платье, — также тихо говорит Ксай. — В том розовом.

— Ты так точно запомнил мое платье? Надо же!

Впрочем, я тоже очень хорошо помню нашу веселую поездку на пароме. Мы не стали покидать машину, а вокруг почти никого не было. В те дни я сгорала от страсти рядом с ним и отдавалась при каждом удобном случае. А Ксандер как раз вез меня к побережью, чтобы познакомить со своими родителями, которые жили неподалеку.

— Ты ведь выбрала то розовое платье, чтобы свести меня с ума, так? Конечно, я запомнил! Его невозможно было не запомнить. Дэвид, ты бы ее видел… Она напоминала розовую сахарную вату в этом платье, сдержаться было невозможно.

Чувствую, что краснею, а еще, что с заднего сидения не слышно музыки. Бросаю беглый взгляд в зеркало заднего вида — Хантер задумчиво смотрит куда-то вдаль. Как будто тоже погружен в воспоминания, вот только его желваки при этом крепко стиснуты.

Не нравятся разговоры о бабских тряпках? Наверняка.

— Я выбрала то платье, чтобы произвести впечатление на твоих родителей, Ксай, — отвечаю со мстительной улыбкой, рассчитанной на Хантера. — Я и представить не могла, что та юбка настолько сведет тебя с ума.

Я очень хотела произвести хорошее впечатление на родителей Ксая. — И поэтому ты решила выглядеть такой нежной, воздушной и невинной, что у меня аж руки чесались сорвать ту ленту из твоих волос.

— Что ты и сделал, негодник! Я потом так и не смогла вплести ее обратно в свою косу.

Да, под тон платью я даже вплела в волосы такую же розовую ленту, нанесла скромный розовый блеск на губы. Я выглядела выпускницей школы для благородных девиц, которой никогда не была.

А еще я и предположить не могла, что мой преувеличенно невинный вид настолько заведет Ксандера.

— За ленту прости, — рассмеялся Ксандер. — Чудом, что я ее вообще не разорвал, учитывая, что ты вытворяла на заднем сидении.