Герцоги налево, князья направо - Киран Крамер

Тем не менее она, пожалуй, может напомнить Наташе о лучших качествах ее брата.

— Ездите ли вы на прогулки верхом вместе с братом? — обратилась она к княгине. — Играете в карты?

— Ни слова больше о нем! — Наташа презрительно скривила губы. — Я чувствую себя больной из-за него.

— П-почему?

Наташа усмехнулась:

— Он брат. А братья — это настоящая отрава.

— О! — Поппи прижала к груди дрожащую руку. — Я единственный ребенок и ничего об этом не знаю.

А ведь Драммонд тоже презирает собственного брата.

Каждый раз, когда Поппи вспоминала о существовании Драммонда, ей мерещились его пленительная улыбка и покровительственная манера поведения. И тогда ее ладони просто зудели от желания прижать их к его шее.

Наташа вызывающе нацелила на нее подбородок.

— Каков же ваш ответ?

— Боюсь, я забыла вопрос.

Поппи, разумеется, немало думала о Драммонде и до этого разговора, но сейчас в ушах у нее звучало только слово «негодяй», употребленное по отношению к Сергею. И для нее это было словно острый нож в сердце.

— Я спрашивала, примете ли вы великую честь быть одной из моих подружек. Вы бы удостоились привилегии держать мой шлейф, и возложить на меня диадему, подарок самого царя. Этот бал открывает сезон. Но теперь вы слишком заняты приготовлениями к вашей свадьбе. Какая жалость!

Наташа приподняла плечи — так, самую малость; и тотчас опустила их.

— О да, я буду очень занята приготовлениями к свадьбе, — заверила ее Поппи. Если она не станет изображать счастливую нареченную, княгиня разнесет об этом слухи по городу, и тогда каждый из ее бывших претендентов назовет ее обманщицей. — И боюсь, я не смогла бы успешно выполнить роль подружки.

— Но почему же?

— Я не хочу участвовать в церемонии в такой степени, какую вы считаете необходимой. — Теперь уже Поппи приподняла и опустила плечи всего на частичку дюйма. — Я предполагаю принять участие в церемонии вместе со своим будущим мужем. Протанцую с ним вальс и, быть может, поцелую его на глазах у всех.

О Боже! Она же не хочет Драммонда. Но ведь она не какая-нибудь невоспитанная девчонка.

Наташа одарила ее сияющей улыбкой.

— Желаю вам счастья с вашим герцогом, леди Поппи. Ходят слухи, будто у него нет сердца, но так ли это, еще вопрос.

Поппи постаралась быть признательной за эти слова. Ее воспитывали в духе веры в добрые чувства людей, так что, возможно, и тут есть хотя бы малый шанс поверить в искренность сказанного Наташей.

Княгиня плавной походкой проследовала к двери — уши ее собачек трепетали при этом, словно маленькие флажки, — и с помощью выездного лакея уселась в карету, которая покатила прочь с большой скоростью, в чем не было никакой особой необходимости.

Поппи вернулась в гостиную и опустилась на канапе, не удержавшись от вздоха облегчения.

Каким радостным и волнующим стал бы такой визит всего день тому назад. Но теперь, познакомившись с Наташей, Поппи испытывала скорее противоположные чувства, и это было очень неприятно. Она так надеялась, что они станут добрыми друзьями.

Но еще более огорчительным стало то, что она оказалась помолвленной с совершению неподходящим человеком, который к тому же явится нынче вечером к ним на обед. При мысли об этом у Поппи вспотели виски. Она не имела представления, о чем с ним разговаривать. Она была вне себя от того, что он вмешался в ее жизнь, не спросив на то ее согласия.

Поппи постояла перед зеркалом, молча глядя на свое отражение. Потом вдруг произнесла громко, во весь голос:

— Если он не собирается изображать праздничное настроение, то и я этого делать не стану!

Если бы Николас оказался вампиром или змеей, она бы превратилась в паука и опутала бы его паутиной со всех сторон при первой возможности. Или повела бы себя как гувернантка, мучая скучными наставлениями до тех пор, пока он не уснет, а тогда она написала бы у него на лбу бранные слова, к примеру: «Убирайся прочь, грубиян!»

Поппи перешла из гостиной в отцовскую библиотеку, а потом к себе в спальню, где улеглась на лоскутное одеяло и начала листать текст о сельскохозяйственных орудиях, пытаясь сочинить скучнейшую лекцию.

Однако, читая о соломорезках, тяпках и цепах, она заснула.