Ты не мой BOY - Янка Рам

- Потому что ты мне понравился... И ты мне не безразличен.

И ещё разок - херак!

- Аа... Фак! Ещё давай! - рычу я подрагивающим голосом. - Как форма любви - принимается!

Это реально, прям, ее!!

Закрываю глаза… сцепляю зубы.

Но вместо этого она ложится сверху, утыкаясь носом мне в шею.

Грудь полыхает, тело трясет, сердце в истерике лупит в ребра.

Но я, сука, в космосе...

Глава 16 - Раздавленный панцирь

- Малышечка, поцелуй меня... - сипло прошу я. - Больно, пиздец просто...

Наклоняется, целует в ключицу, надолго прижимаясь губами. Несколько раз чмокает и снова прижимается.

Закрываю глаза. Плыву, не чувствуя боли... Только ее горячие губы. Хочется порыдать…

Верните панцирь, будет гуманны!

Но...

Сам себе не вернёшь, никто не вернёт!

И я ищу внутри себя улыбку. И смех. Выходит истерично. Но становится легче.

Поля поднимается.

Рассматривает розгу внимательно. Со всего размаха прижигает себе по бедру.

Я вскрикиваю, в ужасе глядя на след.

Ее губы вздрагивают, дыхание громко вырывается. Закрывает глаза. Ее передергивает. Отдышавшись, широко распахивает. И не моргает.

- Стоп! Хватит! Красный! Или как там?! Все! - сносит меня.

Напрягаю со всей силы мышцы, цепь на наручниках лопается.

Отбираю из ее рук стек, ломаю! Отшвыриваю в сторону.

Смотрю на ее бедро.

Это очень-очень-очень больно!

- Ты шибанутая, Малышкина?

- Я разве не предупреждала?

- Нахера?!

- Не буду объяснять. Остановимся на "шибанутой".

- Я знаю зачем! Меня пробить! Дура... - сжимаю пальцами переносицу

- Получилось?

- Иди нахрен...

Приношу из холодильника упаковку с кубиками льда. Швыряю ей.

Трясет...

Падаю на спину.

Валяюсь на спине, голова свисает с края кровати. Курю...

Сидя верхом Полина протирает ссадины от розги спиртом.

Мои пальцы нервно подрагивают, от этих жгучих прикосновений.

- Shhh...Ай...

Потом проводит кубиком льда и снова протирает спиртом.

И даже получается каким то чудом расслабиться.

Мне по кайфу что она на мне. И не в эротическом смысле. В каком-то другом.

В панцирь - больше не пытаюсь. Вдруг ещё какую дичь сотворит это ебанутое создание.

Моя рука циклично перемещается с пакета со льдом ей на бедро и обратно.

- Пиздец... - выдыхаю дым. - В аду меня за эти следы порешат. Там у нас под запретом следы от физического насилия.

- Странный ад.

- Мучить разрешено только местным демонам. И только строго регламентированными способами.

Трогаю пальцами вздувшиеся полосы.

- Скажи им, что теперь принадлежишь Малышкиной! - хихикает она. - Меня там наверняка знают.

Лениво смеюсь.

Такая себе шутка... которая вовсе и не шутка.

Тушу сигарету в пепельницу, вытаскиваю следующую.

- Когда мне было тринадцать, тренер поймал меня с сигаретой, - рассказывает она.

- И?... - вяло мычу я.

- Заставил выкурить столько, что меня начало рвать. Больше я не курила.

- Обиделась на него?

- Нет... Почувствовала себя собакой, которую воспитывает хозяин. Отучает от дерьма из жалости. Используя рефлексы, а не разум. Потому что разума нет. Стало стыдно...

- Хм... Когда мой отец поймал меня первый раз с сигаретой, лет в тринадцать... сказал, чтобы я не курил при посторонних. И всё. Мне хотелось, чтобы он пожалел об этом. Но он не пожалел. А мне стало все равно потом... Но без них сейчас не могу.

- Можешь! Просто ещё не отняли то, без чего не можешь по-настоящему.

- Может быть...

- Я вот без спорта не могу. Когда получила травму, чуть крышей не съехала от мысли, что не выйду больше на татами и не буду вхожа в среду.

- Что за травма? - сажусь, напрягая пресс.

- Ее больше нет.

- И все же?.. - оглядываю ее тело.

Где оно могло сломаться?

- А когда следом погиб тренер... Не описать вообще!.. Мир рухнул.

- Хороший был тренер?

Кивает, взгляд теряет фокус.

- Очень жесткий и не равнодушный.

- И что дальше?

- Собралась. Начала курс реабилитации. Мне говорили не поможет, но "у самурая нет цели, только путь". Помогло.

Надавливаю локтем пульт, включается плазма.

- Оо! - загораются глаза у неё. - "Унесённые призраками". Крутой мульт! Обожаю...

Падает рядом со мной на живот, смотрит мультик.

Шипя, переворачиваюсь.

- Да, хороший, тоже его люблю.

Смотрю на ее профиль. И охуеваю от неконтролируемого желания целовать ее лицо.

Утыкаюсь своим вниз.

Если бы она случилась ещё пару лет назад, мне кажется, я бы просто сдох сейчас! Броня трещит по швам. Я как улитка, которой раздавили панцирь.

- Поль, ты бы Ибрагима не трогала, - вдруг вспоминаю я о нем.

Ну нельзя так с пацанами! Со мной можно. Я - скотина. С нормальными - нет. Они не "соберутся". Наделают какой-нибудь беды...

- А что такое? - не отводя взгляда от экрана. - Только тебе можно трогать Ибрагима?

Да... А что такое, Корниенко? Зачем ты выныриваешь из здесь и сейчас, словно там и потом будет какое-то продолжение?

Сердцебиение ломается...

Яростно сметаю все это у себя в башке.

Нет никого вообще!

Только я и она. Сейчас и здесь.

- Ну, он маленький для таких вещей, - ляпаю первое что приходит в голову.

- То есть, был бы побольше, ты бы в принципе был не против "таких вещей" между мной и ним?

- Ну да...

Да-да-да... Мхм. Как же.

- Ясно...

- Что тебе ясно? - срывает меня на эмоции.

- Ты не мой boy... - усмехается она разочарованно, глядя в экран.

- Да, - подрагивают мои губы. - Не твой.

Вот теперь точно последний шанс, малышка. Вон отсюда!

- Опять порешь себя сам, Денис-сан?

- Откуда ты знаешь?

- Мне за тебя больно.

- Показалось... - улыбаюсь я, пытаясь подкрутить побольше цинизма.

- Может, скажешь что-то честное?

Не могу я сказать...

- Неа.

- Ну, тогда, я поехала?

Ааа!!!

Переодевается в свои вещи.

С молчаливой истерикой наблюдаю за этим.

Все?...

- Как выберешься из своего ада, звони, пересечёмся. Кофе попьем.

Я так всегда говорю, когда встреча с девушкой последняя.

Даже с точно такой же интонацией.

Сердце смещается в горло, мучаясь от удушья пытаюсь проглотить его обратно.

- Стой! - торможу, хватая за локоть.

- Ты больно полетишь сейчас на пол, Денис.

Да, блять...

Обгоняя, ложусь спиной на дверь.

Дёргает бровью с вызовом.

- Зачем ты меня заставляешь