Ты не мой BOY - Янка Рам

Поднимаю взгляд вверх. Снег больше не падает. А звёзды кружатся. А в следующее мгновение меня везёт уже куда-то скорая.

И я не могу понять, что из этого сумбура - приснившийся кошмар, а что явь. Мне что-то колят в плечо.

- Только же вот его забирали… что они там делают с ним? Садисты… Посмотри, что на груди… - чувствую, как мне оттягивают тельняшку.

 Нащупываю пальцами на груди крест. Не свой. Чужой. Тоненький.

Так. Стоп!

Рывком сажусь. Ловлю взглядом мелькающий город в окне.

- Остановите... - рявкаю и наотмашь бью в стенку к водителю.

- Ложись, давай, ты чего парень.

Агрессивно отлепляю от себя их руки, дёргаю дверцу, выскакиваю из ещё не притормозившей толком Скорой.

Съебываюсь.

Застегнула бушлат и подняв воротник, ежась, иду по направлению к дому Полины.

Поднимаю глаза на ее балкон. Опускаю... На сугробе рассыпанная охапка роз.

Магнитный замок на их подъезде хиленький и пускает меня практически сразу.

Забегаю по ступенькам, работая на каком-то ядерном реакторе. Звоню в дверь. Долго не открывают.

Открой, пожалуйста! Поговори со мной! Нет. Помолчи со мной! Ты сама всё поймёшь про меня, я уверен. Просто в глаза мне посмотри!

Щелчок...

Опускаю взгляд. Мила.

Хлопает удивлённо своими ресницами. Заспанная.

- Поля дома?

- Мила, сколько раз тебе говорила, не открывать дверь? - смещает ее молодая женщина. - Вам кого?

С подозрением рассматривает меня.

- Мне Полина нужна.

- А Полины нет, - поджимает она рассерженно губы.

- Ну это же неправда, - нахально вырываю дверь из ее руки и, оттеснив, прохожу внутрь.

- Вы что делаете?! - возмущённо.

Не разуваясь прохожу внутрь. Обычная малогабаритная трёшка.

Я по очереди толкаю двери в комнаты под шокированным взглядом ее мамы.

- Полина!!

Заглядываю в кухню.

- Я же сказала - нет ее!

Присаживаюсь перед Милой, заглядываю в ее растерянные глаза.

- Где Поля, Мил?

- Уехала...

- Куда? - поднимаю взгляд на ее маму. - Когда приедет?

- Убирайтесь отсюда немедленно! Или я полицию вызову.

- Он папин... - многозначительно шепчет ей Мила.

- А мне плевать чей он!

- Извините...

Ухожу. Сижу на площадке, под фонарем.

Нащупываю в кармане свой пирсинг. Рассматриваю его на ладони. Наклоняю руку, он падает на снег.

Спрашиваю время у прохожего.

Двенадцать...

Ни денег, ни телефона...

Оглядываю высотки вдалеке.

Там Яся...

А мой реактор замедляется и скоро откажет.

Я иду к ней.

Яська хорошая, родная... Она меня даже клоуном любит, глубоко и по-настоящему. Как сестра. Она случилась со мной ещё до того, как я оброс всем этим дерьмом. Звоню им в домофон, поднимаюсь.

У них тусовочка. Не спят...

Я улыбаюсь всем, смотря на них словно сквозь огненную пелену. Пожимаю парням руки, сползаю по стене вниз.

- Дэн, что случилось? - шепчет встревоженная Яська.

- Денег займешь мне до завтра? И такси надо вызвать…

Она вытаскивает несколько купюр из кармана, всовывая мне в руки.

- Дэн, вискарь будешь? - поднимает бутылку Яша.

- А можно чай?

Иван играет на гитаре...

Яся делает мне чай...

Я сижу у стены...

- У тебя все нормально? - оглядывается Шмель.

Киваю.

- Не похоже...

"Забей", - взмахиваю рукой.

Иван играет тихо на гитаре.

- "Ты жe знaлa я кaмeнь... Тoлькo oчелoвечен... "

- Короче, улетели наши по гранту в Финляндию. Сегодня последних двоих экстренно за два часа оформляли.

- “...Тo дo слёз от вoлнения… тo дo шрамoв на теле… Да я видел затмение…  тoлькo думал успеем…”.

- Ну и девчонку новую Аиша засунула, Полину. Крута, малышка...

- "Есть  кpaсивые  люстpы… у  них  нeт  твoих глaз  кapих… Тo  вeсёлых,  то  гpустных…  гдe  ни  днa  нет  ни  крaя.  И  стёклa  кpaсиво  лeтят!...”

Глубоко вдыхаю, не чувствуя кислорода в этом воздухе. -  Кстати, Дэн! А что у вас с Полинкой? У нас пол Спарты интересуется… - ухмыляется Яша.

Лицо вздрагивает, на мгновение теряю контроль над чувствами.

- Дэн... - тормозит передо мной Яся, словно врезаясь в стену.

На ее глаза накатываются слезы.

Ой, не надо меня чувствовать, подружка. И жалеть не надо. И рыдать за меня. Всё правильно…

- Нет у нас ничего. Спасибо. Я пойду…

Эпилог

Рюкзак собран. Милка вьется у ног.

- А куда ты поедешь? А когда приедешь? А что там будет? А мне нельзя с тобой?

Положив руку ей на макушку, притормаживаю.

- Ч-ч-ч...

Я ищу в себе тишину и пустоту. И дышу глубоко-глубоко... А оледеневшее сердце как-будто трескается и лопается при каждом ударе.

- Ой, Полечка, это все какая-то авантюра! За два часа в другую страну собраться, - переживает мама.

- Что мне собирать? Я беру с собой только себя.

Раскрываю ладонь, смотрю на готический вычурный крест с петлей. Сжимаю пальцы. И немножечко его.

- Поля? А кто из взрослых с вами едет.

- Мам, я уже сама взрослая. И нас там серьезные люди встречают. Мы по государственной программе.

Взрослая, да. Вот - дышу, не кричу, не рыдаю, ничего сама себе не объясняю, жду, что скажет он. Куда-то собираюсь ехать.

И мир не рушится, нет. Просто один паззл вывалился, и я перестала чувствовать себя цельно. Так и хожу с дырой... С зашкаливающий пульсом, немеющими конечностями и спазмом в животе. Словно у меня кровопотеря через эту дыру.

Мой телефон звонит. Сердце екает... Денис? Давай... Ну, пожалуйста! Если и сейчас не ты, то я тебя выключу. Выключу и ты уже вряд ли что-то сможешь включить потом. Звони и говори, что-то...

Но нет, это не Денис. Доставка. Я называю наш адрес.

И стою, жду у входной двери.

Цветы...

Я молча забираю огромную охапку в несколько килограмм. Знаю от кого, хотя и букет пуст. Ни открытки, ни записки. Смысла не понимаю. И на этом всё... Смысла я искать больше не буду. И мне тебя жаль, Корниенко, что ты не прорвался. Гори в своем аду.

Мимо застывшей мамы несу букет на балкон.

- Полечка... А это от кого? - настороженно.

- От человека, которого больше нет.

- А что ты делаешь?

- Выбрасываю.

- Подожди... Так нельзя! - прижимает мама руку к груди.

Открываю балкон.

- Он тебя обидел?

- Нет. Он себя обидел.

Достаю одну розу