Дикий мед - Энн Мэйджер

Ее тревожные раздумья прервал треск мотороллера Марио, которого она просила заехать за ней.

Хани встала на бордюрный камень и помахала.

Резко затормозив в дюйме от нее, мотороллер взвил клубы пыли и обрывки бумаги. Перепуганная птица забеспокоилась в клетке.

Две проходившие мимо девушки в мини-юбках явно заинтересовались подъехавшим.

Марио был очень симпатичным, унаследовав все лучшее от матери-итальянки. Кожа оливкового цвета, белоснежная улыбка, темные курчавые волосы. Он прекрасно сознавал, что производит неизгладимое впечатление на своих сверстниц.

— Извини за опоздание. Я останавливался, чтобы кое-что тебе купить. — Он расстегнул молнию на кожаной куртке и вытащил надорванный бумажный пакетик. — Хочешь есть?

Когда он протянул свежие поджаренные хлебцы, она поняла, что ужасно голодна.

— Сегодня ходил на занятия?

Вдруг надувшись, он потупился.

— На все, кроме английского.

— Марио! Ну что мне с тобой делать? Надо быть ответственней. — И тут она по-матерински отчитала его. И в который раз! Правда, Хани стремилась быть ненавязчивой. — Благодарю за лакомство и за то, что спешил. Теперь же тебе придется ехать медленно из-за Эмералда.

Марио подал ей шлем.

— И конечно, из-за тебя. Сегодня вечером мне опять придется припарковаться внизу и карабкаться вверх по лестнице?

При мысли, что они могут встретиться с Джошуа, ее передернуло, однако она смело уселась позади Марио. В одну руку взяла сумочку и клетку с птицей, другой — обхватила талию Марио.

— Нет. — Она закусила губу. — Припаркуйся наверху.

Он согласно мотнул головой, ободряюще присвистнул.

— Так ты наконец собралась побить Камерона в его логове? — Марио решительно нажал на газ, несколько раз крутанул ручку. — Храбрая леди!

Большой мотороллер пролетел мимо покатого спортивного автомобиля Джошуа и начал вскарабкиваться на Юнион-стрит.

— Идиоты! Хитер, не бери пример с этих ненормальных!

Дочь вздохнула.

— Да с ним хоть кто поедет. Пап, ты же видишь, какой он крутой. Ух!

Вместо того чтобы поддержать разговор, Джошуа надулся и замолчал. Руками цепко ухватился за обтянутый кожей руль.

— Пап…

Джошуа не слышал дочь. До дома оставалось несколько кварталов. Он отвлекся, разглядывая нескладную девчонку в зеленых шортах на заднем сиденье мотороллера.

Пряди шелковистых рыжих волос выбивались из-под черного шлема и рассыпались по облегающей зеленой тенниске. Эта дуреха держала клетку с птицей.

Зажегся зеленый свет. Водитель мотороллера и девчонка рванули вверх по улице. С шумом повернули на Монтгомери-стрит. Джошуа тоже свернул и удивился, когда мотороллер припарковался на свободном месте как раз за его гаражом.

Девушка слезла с сиденья первая и осторожно поставила на землю клетку с птицей. Когда она выпрямилась, то оказалось, что не такая уж она нескладная. Стройные ноги. Медленно сняла шлем.

Ее рыжие волосы в лучах предзакатного солнца были огненными. Она заметила его за рулем машины и оцепенела.

Хани Родригес!

Почти мгновенно его раздраженность преобразилась в ненависть и к ней, и к ее мускулистому панку.

Безалаберная, подумал с отвращением Джошуа, открывая автоматическую дверь гаража.

Панк снял шлем, перегнулся через мотороллер.

У него отменные волосы. Руки загорелые и сильные. На взгляд ему было двадцать два.

— Ишь ты! — не удержалась Хитер. — Ты заметил?

— Что?

— Мальчишка-то недурственный.

Джошуа ужаснулся, поняв, что Хитер не спускает глаз со стройного компаньона Хани.

— Интересно, где они живут?

Джошуа даже фыркнул от возмущения, заметив, с какой беспардонностью панк взглянул на Хитер, с какой наглостью коснулся талии Хани.

Джошуа нажал на педаль газа, въехал в гараж и ткнул в кнопку автоматического закрывания дверей.

Раздраженно повернулся к дочери.

— Выброси этого парня из головы. У него уже есть девушка.

— Отец, она слишком стара для него.

— Душечка, не тебе судить.

Из окна кухни Джошуа мог видеть бухту, но и окно Хани, за которым находилась спальня, тоже хорошо просматривалось.

Загорелся свет, и, как это бывало прежде, Хани оперлась о подоконник и с минуту вглядывалась в его дом. Затем к ней присоединился панк. Она медленно повернулась, нежно погладила его по щеке.

Какое-то время они возбужденно переговаривались. Мускулистой рукой парень резко опустил жалюзи, неотчетливо замелькали их тени. Джошуа был вне себя от бешенства.

Она позволила этому молодому панку жить у себя?

Поднимаясь в свой кабинет, Джошуа почувствовал приступ дурноты.

На душе было гадко.

Очень гадко.