Ведьма ищет любовь - Маргарита Блинова

Не знаю, как Гарри Личман это провернул (может пробежался по мэрии с котелком мэра, собирая обязательные пожертвования с отзывчивых сотрудников), но уже через пять минут передо мной лежал не только мешочек с тремя золотыми мелочью из сейфа и пятью припрятанными в приемной, но и еще два полностью серебром.

Я скрупулезно пересчитала каждую монетку6 поцокала языком обнаружив парочку сколов, сгребла деньги и величественно встала, готовая покинуть это гостеприимное заведение.

— Остаток занесете через три дня, — сказала я полуобморочному помощнику, прежде чем покинуть приемную.

— Ааа… как же?.. — помощник мотнул головой в сторону кабинета.

Ай, блин. Точно! Чуть не забыла.

Я тряхнула рукой, посылая в сторону стола, точнее спрятавшегося под оным мэра черную искру и со спокойным сердцем и довольной улыбкой покинула мэрию.

Уже на улице я решительным движением отправила метлу домой, а сама устроила небольшой забег по магазинам и наняла экипаж, который с ветерком и комфортом довез всю такую счастливую меня до родного дома.

Счастливой мне оставалось быть ровно до того момента, как возничий притормозил возле знакомой калитке и к нам бросился невысокий, худой подросток.

— Здравствуйте! — звонко возрадовался он моему появлению.

И на моей памяти впервые кто-то радовался черной ведьме как родной и горячо любимой матушке, вернувшейся из долгого отсутствия с кипой гостинцев.

— Ты. Кто. Такой? — членораздельно произнесла я, открывая дверцу, чтобы выбраться из экипажа.

— Я ваш новый ученик! — не подумав ляпнуло это наивное создание.

От шока я оступилась мимо подножки и вывалилась из экипажа прямо под ноги невесть откуда нарисовавшемуся подростку.

Глава 2. В которой ведьма учит плохому

Обычно репутация черных ведьм бежит далеко впереди самих черных ведьм, поэтому на помощь нам кидаются крайне редко и неохотно. Однако нарисовавшийся на мою голову ученик презрел все, кинулся вперед и поддержал под локоть, не давая пасть в его глазах окончательно.

— Ты… бессмертный? — вместо «спасибо» спросил я.

— Да, вроде, нет, — удивленно моргнул пацан. — Обычный. Как все.

— Самоубийца? — выдвинула я новую версию.

— Нет, — еще более удивленно протянул он.

Я выровнялась, вырвала свой локоть из его захвата и грозно зыркнула.

— Тогда даю тебе секунду на то, чтобы переосмыслить фразу «я ваш новый ученик».

Ученик был тупеньким и переосмысливать ничего не пожелала.

Наоборот! Эта святая простота решила убедить меня в том, что это я тут вся такая неправая! Меня! Черную ведьму!!!

— Но госпожа… — зачастил мальчишка, протягивая стопку каких-то бумажек, — вот же смотрите. У меня и все бумаги имеются. И направление в город Доротивилль. И табель с оценками. Вот! Посмотрите все сами.

Я кивнула возничему, чтобы разгружал мои покупки, обошла лепечущего какую-то чушь пацана и открыла калитку.

— Но госпожа светлая колдунья! — крикнул мне в след свой последний аргумент недоученик. — В уставе светлого ковена написано, что все колдуны и колдуньи обязаны брать прибывших по распределению на летнюю практику!

Я приросла к месту, обдумывая случившееся.

Светля колдунья…

Он. Назвал. Меня. Светлой колдуньей?

Повернув голову, я оценила оба дома, с удивлением обнаружила заколдованного мною голубка. Табличка с номером дома светлого сидела на палке, где раньше красовался мой замечательный ворон и с остервенело долбила клювом зажатую в лапке шишку.

Ах вот оно в чем дело…

Мальчишка просто перепутал дома и решил, что я и есть его новая наставница на это лето!

Я уже собралась развернуться и разочаровать мальца, заявив, что вообще-то ведьма — это раз, а два — его настоящий наставник свалил в неизвестном направлении и когда вернется только черти и знают, но тут лежавший на подоконнике гримуар призывно зашуршал страничками.

«Пакость, — попросил он. — Давай устроим пакость!»

Я согласно улыбнулась.

Резко развернулась.

Уточнила:

— Как тебя звать, наивненький?

— Николас. Николас Ле Фей.

— Николас, значит… — повторила я, уже предвкушая будущее веселье. — Хорошо, Николас. Проходи, посмотрим на твои бумаги.

Обрадованный пацан метнулся к кустам возле забора, выволок оттуда баул с постельными принадлежностями и небольшой сундук и совершенно счастливый вошел в любезно приоткрытую мной же калитку.

«Идем, идем, Николас, — прошелестел страничками черный гримуар. — Кто если не мы научит тебя плохому!»

В конце концов никто его к черной ведьме не звал. Сам пришел, вот пусть сам и выпутывается!

Я проследила за тем, как белоснежный голубок-табличка разочаровался в шишке и вспорхнул, подошла к единственному свидетелю и протянула лишнюю серебрушку.

— Пацан не должен знать, — предупредила я. — Сделай милость, предупреди жителей Доротивилля, чтобы они не проболтались.

— Сама собой, госпожа в… — мужик осекся и понятливо улыбнулся, — восхитительная хозяйка.

Благосклонно кивнув, я тишком выпустила искру и велела покупкам лететь в дом, а сама закрыла калитку и с мечтательной улыбкой профессиональной злодейки пошла к крыльцу, где нерешительно топтался мой новый ученик.

Ученик, по чьим светлым принципам я просто таки обязана потоптаться своей черной моралью!

— Ну что же, Николас, — торжественно произнесла я, открывая перед ним входную дверь. — Добро пожаловать в мой дом.

Дом зловеще сгустил мрак по углам и приветливо колыхнул занавесками на окнах. За окном словно специально ждал момента каркнул ворон, а гримуар не утерпел и негромко пошуршал страничками для пущего эффекта.

Но Николас Ле Фей на отрез отказался впечатляться зловещей обстановкой.

— У вас так мило и уютно, госпожа колдунья! — воскликнул он.

Я поперхнулась от неожиданности и заподозрила тщательно завуалированный сарказм, но глянула на радостную рожицу пацана и осознала невероятное. Николас не шутил. Ему реально нравилось.

— Не советую привыкать. Ты не задержишься здесь надолго.

— Да, госпожа колдунья, я постараюсь взять максимум от этих двух недель практики, — выпалил Николас, прижимая к груди баул с постелью.

— Ну да, ну да… — коварно улыбнулась я и повела свежеиспеченного ученичка наверх, показывать его новую комнату.

Светлый и темный ковены имели разное мнение насчет обучения своего подрастающего поколения. Темные выступали за спонтанность, предпочитая не ограничивать своих юных дарований даже правилами техники безопасности. Светлые активно пропагандировали в своих массах мудрую систему подготовки, чуть ли не из пипетки выкармливая новыми знаниями своих белых птенцов.

Темные практически никак не ограничивали своих чад, что приводило к дракам, взрывам, обидам и другим катастрофам, за что и были осуждаемы всем сознательным обществом королевства, но только светлым могло прийти в голову такой бред, как практика у незнакомого колдуна вместо нормального подросткового лета!

И после этого мы, черные ведьмы и