Не шпионка - Анастасия Сиалана

Так нежно и удивительно трепетно, что я подчинилась. Снова хитрый и все понимающий прищур.

Да, он знает больше меня. У него неоспоримое преимущество. Он сейчас ведущий, а я ведомая, но только сейчас. Через мгновение я снова стану самой собой с даром, ставящим под сомнение даже истины мироздания. Но это потом, а сейчас нежное прикосновение чужих губ к моим, и связного сорвало.

Все до той секунды указывало на то, что Лер нежный и трепетный любовник. Полностью ошибочное заключение.

Крепкие руки подхватили меня под бедра и опрокинули с остатков дерева, именуемых пеньком, прямо на снежный наст. Такой страсти я не ожидала.

Неужели все, что связной говорил до этого, было правдой?

Дальше размышлять на тему истины мне не дали. Сильные пальцы, чувствительные покусывания и наглый язык вытеснили все из моей головы. Шея горела от поцелуев, щеки от страсти и легкого стыда, а дар от невменяемости хозяйки. Когда же руки связного коснулись груди под верхней одеждой, разум резко вернулся.

— Ты же меня хорошо знаешь? — убийственно-спокойный вопрос в моем исполнении.

Мужчину не проняло, он продолжал целовать меня. Ладно, шея могла пережить еще десяток алых следов страсти, пока я не закончу разговор.

—  Да, — хрип между звуками поцелуев.

— Что я делаю со своими обидчиками?

Все действия со стороны мужчины мигом прекратились. Он приподнялся, чтобы была возможность заглянуть в глаза, и внимательно стал рассматривать мое лицо, что-то там выискивая.

— Мстишь. Жестоко.

Хриплый голос будоражил кровь, но я взяла себя в руки. Ответ меня удовлетворил и я продолжила:

— Еще одно движение ниже ворота, и я расценю это, как оскорбление, — я невинно улыбнулась в ответ на промелькнувшую за спокойствием досаду в глазах связного.

— Всегда твой характер найдет выход в неподходящее время, — вор поднялся, отряхнулся и подал мне руку.

Отказываться не стала. И вот я уже была на ногах, а Лер как-то слишком усердно очищал от снега мою спину. Мелкая месть, но я ему это спустила.

— Идем спать, завтра снова в путь, — и меня потянули по направлению к постоялому двору.

Да, в тот день у каравана был праздник, спали не на снегу.

— Что, наши ноженьки устали-и-и? - пропела, явно издеваясь над пешими подвигами обоих мужчин.

Откуда только взялось это дружеское подтрунивание? Неужели одного поцелуя было достаточно, чтобы записать Лера в друзья? Или того хуже, в возлюбленные?

— На нежный и трепетный пинок они еще способны.

Шепот на ухо пустил стадо мурашек. А дальше мы вошли в здание и связной стал таким же гадом, каким был до разговора на поляне.

Конспирация, по стенке ее размажь!

Глава 3 Часть 4

И вот долгожданная граница между Зиреей и Ризом. Последние полторы недели я просто жаждала дойти сюда, а сейчас даже не знаю. Мне и хочется переступить порог в свое прошлое, и боязно до ледяных пальцев. Естественно, что никто не стоит сразу за границей с магическими оковами и не караулит одну всем известную предательницу, но патрули точно оповещены о моей внешности и деяниях, недостойных истинной зирейки.

Милостивый Ватир, кого я хочу обмануть? Единственная встреча, которой я боялась, не состоится здесь и сейчас, но страх эта эфемерная возможность порождала просто вселенских масштабов. Реакцию Линара на мое появление в королевстве сложно было предугадать, даже при том, что я вспомнила нашу последнюю встречу.

***

— Что произошло? — кронпринц ошарашено смотрел на стекающую по запястью к пальцам и дальше по гарде к лезвию моего Рэддаля кровь. Она срывалась с кончика меча и противно хлюпала, когда падала в уже натекшую лужу.

Он еще спрашивает. Я держу родовое оружие, что все в алой крови, а у моих ног валяется труп главы тайной канцелярии.

Воин застал меня за воровством бумаг, что содержат государственные тайны, и попытался остановить. Это решило его судьбу. Моя свобода была дороже его жизни. Каким бы плохим мечником я не была, родовое оружие компенсирует многие недостатки своей силой. Мой верный Рэддаль решил исход поединка.

— Он предатель, — выдала первую пришедшую в голову ложь и отвела глаза. Просто не смогла сказать это, глядя на ошарашенное лицо принца.

Неприкрытая, отчаянная ложь, в которую хотел верить Линар. Так хотел, что продолжил наш разговор, так и не вызвав стражу.

— Но как? Почему? Диаль ведь всегда был верен отцу. Что могло сподвигнуть его на предательство?

Я посмотрела на принца. Он изо всех сил пытался избежать главного вопроса, чтобы не получить нежеланный ответ. Но я ответила, руша всю его глупую игру.

— Жизнь заставила. Он продался драконам, — и я впервые за этот недолгий разговор посмотрела в глаза своему другу детства.

Отчаяние, оно болезненной гримасой осело на красивом лице мужчины. Он так дорожил мной, что готов был поверить в любой бред, который я соизволю ему поведать. Я не хотела видеть, как этот сильный человек обманывал сам себя. Мне было невыносимо больно врать и притворяться, что все в порядке, все как прежде.

— Мне нужно доложить о произошедшем, — спокойно пояснила свои действия, когда одним движением вытерла платком кровь с меча и направилась на выход.

— Да, лучше иди ты. Я присмотрю, чтобы никто ничего здесь не трогал. — И он пропустил меня.

Ни единой попытки остановить или задержать. Лишь спокойное принятие того, что его подруга предательница, и он отпускает ее добровольно. Даже после убийства одного из воинов первой руки.

Я не смогла произнести слова, что оборвали бы нашу связь навсегда. Линар тоже ничего не сказал. Мы так боялись окончательного "прощай", что разошлись, будто через минуту пойдем пить чай и обсуждать всякие рутинные мелочи. Отправимся на утреннюю тренировку, проведем спарринг. Я получу мечом по мягкому месту в качестве наказания за проигрыш, и мы разойдемся, чтобы принять душ. Дальше завтрак, дела королевства, обед, работа с ведомостями и прошениями, поздний ужин в кабинете и долгожданные посиделки в покоях принца. Алкоголь, конфеты, задушевные разговоры. Возможно, к нам присоединиться Шиину, жена Линара. Она на пятом месяце и предпочитает спать в такое позднее время, но и у нее случается бессонница. Вот так мы должны провести этот день. Так правильно. Но этого уже никогда не будет.

Я спускаюсь по ступенькам, сворачиваю к главным воротам, а в