Мама для детей босса - Анна Варшевская

— Хорошо, я поняла, — киваю мужчине, и он опять отворачивается.

О планах я сообщаю мальчику, когда забираю его из школы. Костю перспектива укола не радует от слова совсем, кроме того ребёнок явно не выспался и устал, поэтому мне приходится урезонивать и успокаивать его всю дорогу до клиники.

— Я не пойду, — в конце концов заявляет мне Костя, когда мы уже подходим к широкому крыльцу под козырьком.

Глаза у него на мокром месте, и я притормаживаю, присев рядом с ним на корточки.

— Милый, ну это же не так страшно, как ты думаешь!

— Всё равно не пойду, — ребёнок шмыгает носом, и губы у него начинают дрожать.

Будь моя воля, я бы отложила это всё. Мы устали, погода ужасная, настроение ни к чёрту. Ну и сделали бы эту прививку через пару дней. Встаю и отхожу от мальчика на пару шагов, задумчиво смотрю в серое небо. Может, пойти к Кудинову и объяснить ему, что сегодня неудачный момент… Или не стоит идти у ребёнка на поводу?

Рассеянно скольжу взглядом по зданию клиники и вдруг, как в замедленной съёмке, вижу, что с крыши срывается широкий снежный пласт. Падает на козырёк, сдвигая налипшую на нём ледяную массу, и всё это начинает скользить вниз…

— Костя!

Рывком бросаюсь вперёд, подворачиваю ногу на льду, который сегодня везде. Щиколотку пронзает острая боль, но успеваю, наклонившись, оттолкнуть мальчика в сторону.

Удар принимают на себя плечо и часть спины, я, пошатнувшись, теряю равновесие и оседаю на тротуар.

— Оля! — с двух сторон кричат мне.

Один голос Кости, второй… А, это же Юра. Водитель подбегает ко мне, но я смотрю только на плачущего ребёнка.

— Милый, не надо так переживать, со мной всё в порядке, — говорю, стараясь не морщиться.

Болит нога, болит плечо, немного саднит спину. Куртка смягчила удар, но синяк наверняка будет грандиозный. Повезло ещё, что это не острые сосульки, и что прилетело не по голове.

— Я просто немного ушиблась, но всё хорошо, — продолжаю успокаивать мальчика.

— Тебе не больно? — всхлипывает Костя.

— Совсем чуть-чуть, — с усилием улыбаюсь.

— Оль, тебе помочь встать? — вокруг меня суетится Юра, явно не зная, что делать.

— Не надо, Юр, лучше позови кого-нибудь из клиники, я, кажется, ногу повредила, — говорю ему негромко. — И отведи Костю к Демьяну Аркадьевичу, нечего ему тут мёрзнуть.

— Давай, парень, идём быстрей, надо, чтобы Оле помогли, — Юра протягивает Косте руку, а тот вдруг, вытерев нос рукавом, срывается и сам бежит внутрь.

Водитель торопится за ним, но его чуть не сбивает распахнувшейся настежь дверью.

— Оля?!

Ко мне подскакивает Кудинов в одной рубашке, за ним маячит замурзанная Костина мордашка. Быстро он…

— Где больно? — спрашивает мужчина, опускаясь рядом со мной.

— Щиколотка, — очень хочется заплакать, но я сдерживаюсь, опасаясь, что напугаю Костю, — Плечо, спина.

— Что случилось? Плечо со спиной почему?

— Пап, на Олю снег свалился сверху, — выпаливает Костя прежде, чем я успеваю объяснить. — Она меня толкнула, а на неё упало.

— Костя, открой дверь и подержи, — оглянувшись на сына, говорит шеф, просовывает руку под мои колени, второй придерживает за спину. — Обхватите меня за шею. Можете?

— Да, — поднимаю руки, обнимаю его и слегка шиплю от боли в плече.

— Потерпите чуть-чуть! — он встаёт со мной на руках и осторожно несёт внутрь. — Травматолога сюда, быстро! — повышает голос, оказавшись внутри.

Глава 9

Демьян Аркадьевич относит меня в ближайший кабинет, усаживает на кушетку. Я расстёгиваю куртку.

— Давайте помогу, — он аккуратно вытаскивает мне руки из рукавов, стараясь не потревожить больное плечо. — Свитер тоже надо снять!

— Спасибо, это я уже сама, — пытаюсь отползти по кушетке в сторону, но меня тут же ловят.

— Оля, перестаньте, — качает головой мужчина.

Собираюсь начать возражать, но тут в кабинет торопливо заходит врач в зелёном медицинском костюме, за ним женщина в белом халате, наверное, медсестра.

— Что тут у нас такое? — подходит ко мне. — Рассказывайте, что произошло?

— На меня снег со льдом с крыши свалились, а ещё я ногу подвернула, — шмыгнув носом, сообщаю доктору.

— Демьян Аркадьевич, — мужчина оборачивается к моему боссу, — вы бы решили вопрос со снегом. Подсудное ведь дело!

Тот мрачно кивает, смотрит на мою больную конечность свирепым взглядом.

— Уволю к чертям собачьим! — рычит и выносится из кабинета.

— Ну вот, а теперь давайте смотреть ваши травмы, — врач кивает медсестре, и та начинает помогать мне раздеваться.

Спустя полчаса меня выкатывают в коридор на коляске. Здоровенную ссадину на спине обработали, на ушибленном плече придерживаю пакет со специальным льдом, нога туго забинтована — вывиха нет, но растяжение я заработала. Травматолог сказал, что пару дней надо будет делать холодные компрессы, а потом тёплые. Тогда же и ходить смогу.

— Оля! — возле ресепшен меня встречает Костя. — Мне папа сказал тебя здесь ждать! Он сейчас придёт, и мы домой поедем!

— Ясно, — собираюсь встать с коляски, но меня останавливает медсестра.

— Не вставайте! Вам нельзя пока!

— А как же я до машины…

— Ольга, вы же слышали, вам нельзя вставать, — в поле моего зрения появляется сердитый Кудинов. — Сейчас отнесу вас. Костя, прививка пока отменяется, не до того.

Мальчик сначала расплывается в улыбке, а потом смотрит на меня и вдруг хмурится.

— Нет, пап, — качает головой. — Давай сегодня. Я не хотел идти. Это из-за меня на Олю снег упал.

— Милый, ты тут совершенно ни при чём! — торопливо говорю, притягивая его к себе и обнимая за плечи. — Но решение правильное. Смысл тянуть? Просто сделай, и всё! А то придётся ждать и переживать.

Костя вздыхает и неуверенно смотрит на отца.

— Идём, я тебя отведу, — мужчина протягивает ему руку. — Ольга, подождите нас немного.

— Конечно, — киваю и ободряюще улыбаюсь ребёнку.

Спустя десять минут довольный Костя показывает мне игрушку, которую ему дали за храбрость. Демьян Аркадьевич пресекает все мои попытки встать и несёт к машине на руках, а потом так же на руках доносит до квартиры. Мне уже до того неловко, что сил нет на него глаза поднять, да только это оказывается не конец.

— Костя, — серьёзно обращается к сыну мой босс, — ты давай, как взрослый, сделай всё сам — переоденься, руки помой. А я помогу Оле, она сейчас сама не справится.

— Ага, — ребёнок скидывает ботинки, куртку и уносится