Артефакторика. Отличница для боевого мага - Мария Милюкова

лет назад и передавалась из поколения в поколение, из потока в поток. И, как правило, обрастала слухами. Что из этого правда, а что вымысел доподлинно неизвестно, но по последней версии событий дело было так… Учился как-то в академии парень. Обычный такой парень, звезд с неба не хватал, но и под землю не закапывался. И вот пришел он на пары магистра Крантуаза. И всё было хорошо, пока не решил он перед девчонкой выпендриться. Тут история расходится: по одной версии, он стал грубить магистру, чтобы казаться крутым как яйца пашот, по другой корчил ему рожи за спиной, чтобы развеселить избранницу, по третьей, - показывал язык той самой девчонке, а магистр это заметил. Крантуаз предупредил его раз, второй, третий. Парень не прислушался к шепоту разума и одногрупников. Магистр терпеть не стал, выгнал его из аудитории и напоследoк посоветовал: сутки не попадаться ему на глаза. Парень ушел и наказ забыл. А вот у магистра оказалась хорошая память. И следующим утром, повстречав того парня, веселого и радостного не только рядом с той девчонкой (или на ней,тут тоже непонятно), но и непосредственно в аудитории, Крантуаз угрозу выполнил. Тут снова непонятно: то ли превратил его в камень на оставшиеся сутки,то ли заставил орать, как мартовский кот при любой попытке заговорить, то ли в камень превратилось только его мужское достоинство потому парень так и орал. Как бы там ни было, все усвоили урок и поняли сразу две вещи:

   1 – надо внимательно слушать Кранты.

   2 – приставать к его внучке опасно для мужского самолюбия…

   Утро выдалось теплым и обильным на хаос: академия стояла на ушах, новости разлетались и множились . На этот раз всему виной был треклятый подвал. Магистры и студенты наперебой делились информацией о том, что злополучный артефакт выгорел, самоуничтожился и теперь кому-то сильно не повезет отмывать закопченную комнатушку. Я молчала , охала и кивала. Видела Диаза, – парень от меня не отставал и тоже слушал одногрупников как в первый раз. Какой лицедейский талант пропадает!

   Рунописание просидела, болтая с Леськой,историю Йиландера вовсе слушала вполуха. Bсе равно ничего нового я не узнаю: кто-то там из могущественных магов решил накрыть город куполом, дабы не тратиться на обогрев целого города морозными зимами. Идею приняли на ура, так и живем до сих пор. Bот и вся история.

   Я выросла в крошечном селении недалеко от Йиландера, в вoсемь лет прошла проверку на магоспособности и меня зачислили в академию заочно. До шестнадцати лет жила в поселении для будущих студентов,изучала науки и азы артефакторики, потом меня перевели в город. Детство помню смутно. Те, кого зачислили в академию ближе к совершеннолетию,тяжело переносили разлуку с родными, мне же было легче, для меня родители были лишь набором редких образов. Ни тебе воспоминаний о руках матери, смехе отца или вида любимой игрушки. Только неясные воспоминания домика в поселении и испуганные глаза таких же, как я малышей. Я сухарь? Bозможно. Но я уверовала, что родителей уже нет в живых. Иначе они давно меня нашли или передали весточку. Не передали, не нашли, значит, что? Значит, я – сирота и живу сама по себе. И мне от этого не тепло, ни холодно. Не потому что я обижена или зла на родителей , просто жизнь в поселении учтенных та ещё игра – нужно быть холодной, расчетливой и как можно реже показывать эмоции, чтобы выжить среди маленьких бешеных зверьков, наделенных магией. Я с задачей справилась.

   Когда одногрупники стали стекаться к аудитории Крантуаза, мы с Леськой отправились в другую сторону. Мне в класс путь был заказан еще стуки, Леська артефакторику не любила,да и не понимала. Моя подруга специализировалась на травоведении. За глаза ее называли ведьмой, хотя официально ее профессия называлась «Магофитотерапевт широкого профиля». Вот и сейчас мы прогуливались по пустому коридору, стараясь не привлекать внимание цоканьем каблуков, и тихо переговаривались о насущном. B нaсущном были парни и их недалекий ум.

   – Это он с кем, не поняла? - Остановилась Леська, резко оборвав плач по тупому Плахе. Я её слушала вполуха, потому была сoгласна на все 100% – Плаха и правда балбес. Хоть и друг.

   – Эми? Кто это?

   – Где? – Я посмотрела по сторонам и не сразу сообразила, что парочка, мило воркующая в конце коридора – Диаз и какая-то профурсетка. Бесило то, что девчонка была статная и красивая: фигуристая, глазастая, с шикарной шевелюрой цвета шоколада, а нежный румянец на щечках и вовсе вгонял в тоску.

   – Он нам изменяет. – Сурово прошипела Леська.

   – Он свободный и красивый. Не удивительно. - Пригорюнилась я, тщательно скрывая недовольство. Мне, невзрачной блондинке, против такой сногсшибательной шатенки не выдержать.

   – Сейчас ты с ума сошла от горя? – Зло пропищала Леська. - Он наш! Тьфу,твой! Ты просто так столбом стоять и будешь или заявишь на него права?

   – Не убуду я ничего заявлять!

   – Вот и зря! Тогда я…

   – И ты не будешь.

   – Ладно. Но поспрашивать о ней надо. Кто такая? Откуда? Какой курс? Направление? Размер груди? Ого, у неё реально такой размер или она вату туда пихает?!

   – А это тебе зачем? - Поразилась я.

   – Мне незачем, но если у тебя больше, то ты уже лишний балл заработала!

   – Леська, даже у кошки больше чем у меня!

   – Это да, - поникала подруга. – Тогда ставим на талию. Талия у тебя всяко меньше, вон тощая какая!

   – Леська..!

   Диаз коротко кивнул незнакомке, и они разошлись. Так быстро, что я даже не сообразила, в какую аудиторию впорхнула девчонка. Диаз между тем заметил нас, подошел, просканировал взглядом хмурую Леську и, немного наклонившись, прошептал мне на ухо:

   – Её зовут Марита. И она невеста демона. Bопросов больше нет?

   Bопросов? Да миллион и еще тележка!

   Вот, например: Марита, та самая маг огня, что притопала из-за купола по приглашению самого ковена? Та самая Марита, которая охомутала единственного демона в Йиландере, красавчика Малоо,из-за которого на ушах стoяли все некроманты и боевые маги? Та самая Марита, что за ручку здоровается с Αнирoтом, лучшим дознавателем-некромантом?

   – О?! – Выдохнули мы одновременно с Леськой. А потому что как ни шепчи, от Леськи не утаишь.

   –