Власть - Александр Евгениевич Владыкин

Люсиндой, а гонец все-таки помчится в академию. Пусть дорога туда и займет у него не меньше двух дней, а потом еще дня три потребуется на то, чтобы Элифас с группой магов, сейчас их в академии должно быть не меньше полусотни, прибыл сюда, попытаться сделать это имеет смысл. Трудно предсказать, сколько еще вся эта осада продлится. Это я рассчитываю, что все решится за пару суток, но на самом деле все может и затянуться. Помощь не помешает тогда.

Но уж больно мирно выглядит все с этой стороны. Очень похоже на специально оставленный для меня путь к бегству, на котором просто так и просится устроить засаду. И как же мне не хватает моей Рагнхильды. Без нее контрразведка умудрилась проворонить подготовку к нападению на мой собственный замок! И какое нападение! Сто пятьдесят вражеских магов смогли незаметно проникнуть в столицу, а никто ни сном, ни духом. Как только все закончится, сразу отзову новоявленную графиню из ее затянувшихся отпусков — сначала «декретного», а потом и по «по уходу за ребенком». Тем более что здесь таких и не предусмотрено.

— Давай я попробую, — тут же вызвалась Элениэль, когда я изложил свой план посмотреть, сможет ли посланный мною из замка гонец добраться хотя бы до Юмиле.

— Нет, — покачал я головой, уже решив, что рискнуть жизнью придется кому-то из сотрудников контрразведки.

Кто ошибку допустил, тот пусть за нее и отвечает теперь. Как и опасался, едва посланник выехал за ворота замка и отдалился от него метров на триста, как с обеих сторон, с двух скал справа и слева от дороги на него обрушился добрый десяток огненных стрел и воздушных лезвий. Защитные амулеты гонца первые несколько атак выдержали, а потом он одновременно и загорелся, и головы лишился. Мда… Путь из замка перекрыт надежно. Пожалуй, такой шквал заклинаний и мой туманный щит не выдержит долго. До Юмиле точно не доберусь. Ни о ком другом, даже говорить не приходится.

К обеду обстрел замка начал потихоньку стихать. Выманить меня сразу за его пределы нападавшим не удалось, и они, видимо, решили взять тайм-аут, чтобы восстановить силы перед завтрашним днем. Не сомневаюсь, что предпримут главный штурм. Затягивать дело не в их интересах.

Поздно вечером собрались в моих покоях. Родрик, Далгиш, Элениэль и я. Плюс Огюст в своем кристалле на моем столе. Я пока видел только одно возможное решение — ночью мне каким-то образом все-таки выбраться из замка, можно даже спуститься со стены, если за воротами, как выяснилось, следят так бдительно, и к утру подобраться к тому месту, где сегодня располагались три архимага с Гилбертом. И надеяться, что завтра они встанут там же. Ну, а потом внезапно ударить по ним туманом тления. Дальше по обстановке. Например, Элениэль начнет атаковать оставшихся без своих старших товарищей магов из замка, а я с тыла. Если и не перебьем всех, то, по крайней мере, заставим отступить.

Проблема была только в том, как незаметно из замка выбраться. Вражеские маги огня устроили такое освещение всех стен, что возможность спуститься с них, не будучи обнаруженным, была под большим вопросом.

— Подземный ход, — произнес вдруг Огюст. — Почему ты не хочешь воспользоваться им?

— Какой еще подземный ход? — уставился я на кристалл. — Мне никто никогда не говорил, что он здесь есть.

— Так его и нет. И не было никогда, — поняв, что я отвечаю предку, отмахнулся Родрик.

— Передай своему дяде, что он тупица, — спокойно парировал Огюст. — Если он чего-то не знает, то это не значит, что этого нет. Ход ведет из подвала, где сейчас камеры и пыточная, в горы. Мне его гномы устроили. Правда, он не доделан до конца. Не успели. Но там чуть-чуть осталось. Выход должен быть по ту стороны горы, на которой твои враги расположились.

Кинулись все в подвал, прихватив с собой и кристалл с Огюстом, чтобы тот показал, где находится скрытая дверь. Она и правда была. Замаскированная под каменную кладку настолько искусно, что, не зная, где искать, обнаружить ее было невозможно. Узкий и темный проход вел на сотни и сотни метров под гору. Только вот заканчивался он не выходом, а ровной скалой. И сколько этой скалы нужно пробить, чтобы выйти, сказать было сложно.

— Тут метров двадцать — тридцать оставалось, когда я в последний раз принимал у гномов работу, — подсказал Огюст. — Маг земли за несколько часов сможет пробить проход. Если маг сильный, конечно.

Увы, но Элениэль магией земли не владела, а если этим займусь я, то растрачу все силы, которые мне потом понадобятся в схватке. Да и сильным магом земли меня назвать было нельзя.

— Пленница! — вдруг встрепенулся Далгиш. — Ну, та магиня, которую захватили тогда в Достере вместе с моей будущей женой. Она все еще здесь в камере сидит. И она была сильной магиней земли. Помните, ваше императорское величество, как она не дала вам разрушить стены замка? Надо ее заставить доделать ход.

Оу! А я, признаться, за всеми заботами и забыл совсем о девушке, которую мы без сил захватили в замке герцога Вийро. Она потом отказалась отвечать на любые вопросы. Даже имя свое не назвала. Мы ее привезли сюда, поместили в камере. Я хотел ее допросить как следует, но так и не собрался, а потом и запамятовал о ней совсем. Вот чем забывчивость императора может обернуться. Если бы не нынешняя ситуация могла бы провести магиня в камере всю свою оставшуюся жизнь. Впрочем, думаю, что Роджер мне о ней все-таки нашел бы возможность напомнить.

— Как⁉ — воскликнула пленная, когда я объяснил ей, что ее верность присяге Георгу Восьмому и его наследнику больше не имеет смысла в