Бабочка огня - Маша Ловыгина

которые в культурной жизни города случались с завидной периодичностью. Квартира была оформлена на отца еще до брака, Илья выплачивал ипотеку. Алена быстро сообразила, что ловить ей в этом смысле нечего, поэтому подстраховалась. Все шло к тому, что после нападения он может и не выжить. Но он выжил. И когда она это поняла, то решила к нему вернуться. Да только родители к тому времени уже приехали и попросту не пустили ее обратно. А все эти вещи, мебель и техника... бог с ними, обзаведется новыми.

После больницы Илья квартиру сдал и переехал за город. Съемщики – пара студентов оказались вполне адекватными. Ему же хотелось, чтобы квартира «проветрилась» и наполнилась новыми живыми эмоциями. Он даже пару раз выпивал с ними на кухне под гитару. Ребята спали на надувных матрасах и питались бургерами, учились в Экономическом.

Конечно, Илье хотелось иметь семью. Все чаще думалось о том, что, кроме работы, есть и другие вещи, куда как важнее и приятнее. Но опыт – страшная вещь. Следовало признать, что доверие к женскому полу у него очень быстро сошло на нет. И осталась только работа. К тому же, дело, которым он сейчас занимался, увлекло его по самую макушку. Опасное дело. Как и то, другое, за которое ему прилетело однажды в Солониках.

Когда послышались шаги, Илья обернулся. По узкой тропе, переваливаясь с боку на бок и хрипло дыша, шел старик в длинном, не по размеру широком, болоньевом плаще защитного цвета и вязаной шапке. Кудлатая бороденка топорщилась в разные стороны. Вид старика вызвал у Ильи легкую улыбку. В руках пожилой мужчина нес пакет, в котором гулко позвякивали то ли бутылки, то ли банки.

Краем глаза Илья посматривал в сторону старика, а сам терпеливо ждал. Время встречи было четко обозначено в коротком смс с неизвестного номера, на который Илья пытался потом дозвониться, но тот, естественно, оказался даже не зарегистрированным в сети.

Дедок поравнялся с ним и вдруг, взмахнув руками, неуклюже завалился на сторону и упал. Илья быстро повесил шлем на ручку, вылез из седла, прислонил мотоцикл к обшарпанной стене и бросился на помощь.

Охая и подгребая ногами, старик уцепился за его руку, а когда Илья попытался его приподнять, зыркнул на него и сказал:

– До трассы меня проводишь, по дороге и поговорим.

Глава 13

Илья

– Как мне к вам обращаться? – Спросил Илья и обернулся, беспокоясь за оставленный мотоцикл.

– Не боись, никто твой драндулет не тронет, – усмехнулся дедок. – Зови меня Тува.

– Хорошо, – пораженно кивнул Илья.

– Значит, ты и есть тот самый борзописец? – Мужчина усмехнулся. – И что тебе от меня надо?

– Информацию.

Илья видел фотографии Тувы из уголовных дел, но совершенно не узнавал его. Одна походка чего стоит – тяжелая, шаркающая. Ни дать, ни взять, местный дед-алкаш. И пакет свой тащит, едва ли не сгорбившись. Однако где-то поблизости находится его охрана, оценивает обстановку, следит за ним и за Ильей, как бы чего не вышло. Тува был уважаемым в своей среде человеком. Он согласился встретиться с Ильей по одной единственной причине: год назад с помощью Говорова были собраны материалы по одному бытовому убийству, в которое пытались втянуть двоюродного племянника Тувы. Сам Тува никогда не был женат, детей не имел, но про свою родню не забывал.

По крупицам собирая информацию, плотно работая со следователями и свидетелями, Илья Говоров создал информационное поле, благодаря которому дело получилось резонансным. Племянник просто оказался не в том месте и не в то время и отношения к убийству не имел. Парня подставили. Но его родство с Тувой не только мешало, оно могло повлиять на суд со всеми вытекающими последствиями.

Сам Илья относился к этому делу, как и к любому другому, с той лишь разницей, что мог стать мишенью для тех, кому перешел дорогу. Однажды он уже испытал это на себе, но продолжал делать то, что считал нужным.

В этом мире все было так плотно переплетено, что в какой-то момент он утвердился в мысли, что добро и зло и вправду порой приходят к равновесию. История состоит не только из светлых моментов, низменные страсти и преступления наказываются не только по законам божьего суда.

Другой вопрос, что, не зная всех аспектов криминального мира, не стоит туда и лезть. Нет во всем этом никакой экзотики или романтики. Чаши весов постоянно в движении, а это значит, ты никогда не будешь знать, какая из них перевесит в твоем случае...

– Я про тебя справки навел. Мог бы и напрямую со мной связаться, – сказал Тува и с шумом втянул в себя холодный мартовский воздух.

– Это как? Надо было телефонном справочнике номер поискать?

– Ладно-ладно, не ершись. Говори, что нужно.

– Я ищу информацию о том, что происходит на металлургическом заводе «ЯрМет». Насколько мне известно, за его руководством стоит один человек... он контролирует и сам завод, и поставки металла в области. Несколько предприятий уже обанкротились. А это рабочие места, люди, семьи...

Тува хмыкнул и покачал головой.

– Ты туда не лезь, журналист. Без головы останешься.

Илья знал, что Тува прав.

– Там сейчас и без тебя разборки, – продолжил Тува. – Так что, оставь... само разрулится.

– Вы тоже участвуете в этом? – напрямую спросил Илья.

Тува бросил на него изучающий взгляд.

– Мое дело – сторона. Я человек простой.

Илья кивнул. Тува был немногословен, но самое главное он сказал.

– Когда все это может произойти? – Задал Илья последний вопрос.

– Месяц... день... неделя... год... – Пожал плечами Тува. – Я хорошо знаю Михо, он не отступится. Так что, посмотрим, подождем...

– А вы на чьей стороне? – Не удержался Илья.

Глаза Тувы стали холодными и бесстрастными.

– Кречет или Мелок? Мелкумян – из молодых, наглых. За ним многие пойдут. А Михо Кречет – «карась», любит красивую жизнь. А это дело такое... не по нашим зубам, –Тува рассмеялся, ощерив полный рот железных коронок. – Вот я и понаблюдаю со стороны на их грызню. И ты посмотри, будет потом, что вспомнить на старости лет.

– Значит, все-таки Михо Кречет, – задумчиво произнес Илья.

– Он самый, – кивнул Тува. – Но об этом тебе любой следак скажет. Ко мне-то ты зачем пришел?

– Убедиться, что слухи верны.

Тува