Бабочка огня - Маша Ловыгина

– Запомни одну вещь, – чуть хрипловато сказал он, – мои сыновья вырастут настоящими мужиками. Без всех этих слюней. Это понятно?

Я стиснула зубы, не в силах даже кивнуть, не то что ответить. Понимание того, что я ошибалась в своих первоначальных выводах, накрыло меня с головой. Отношение к детям не было равнодушием, это был расчет, против которого внутри меня все горело возмущением. Не этому меня учили в колледже, не о таком я мечтала в своем детстве.

– Простите, вы правы. Это я виновата. Мне очень понравились Макар и Ваня. Я просто хотела, чтобы им тоже было хорошо со мной.

Кречетов сцепил пальцы перед собой. Я явственно услышала, как щелкнули суставы.

– Я терпеть не могу, когда начинают обсуждать мои приказы, – сказал он на удивление спокойно.

Собственно, я и не ожидала, что он закричит или ударит меня. Но понимала, что своим поведением делаю хуже лишь себе. Я не знала, что из себя представляет Кречетов на самом деле и чего мне ждать, поэтому и совершала ошибку за ошибкой.

– Я все поняла, Михаил Айвазович. Но раз я несу ответственность за детей, то позвольте мне сформировать их режим и питание так, как я считаю нужным.

– Несешь ответственность? Ты? – Внезапно расхохотался он. – Насмешила... Слушай, а ведь давненько меня никто так не веселил.

Уже через мгновенье улыбка стерлась с его лица, уступив привычному холодному выражению.

– Медицинская справка есть?

– Я... не успела сделать. То есть... вы не подумайте, я совершенно здорова. Просто так получилось. Я не была уверена, что меня возьмут. Подумала, что сначала...

– Сделаешь, – отрезал он.

Легко сказать! Справка стоит денег, которых у меня нет. И в поликлинику вот так запросто не пойдешь, нужна регистрация.

– Дмитрий тебя отвезет.

– К-куда?

– К врачу.

Что ж, наверное, мне стоило согласиться с его предложением, если я хочу остаться. Но хочу ли я? Да и не предложение это, а все тот же приказ. О, если бы только этот Кречетов знал, что я обо всем этом думаю...

– Когда?

Кречетов посмотрел на меня с удивлением, мол, какая разница? Будь готова в любой момент исполнить волю хозяина.

– А если я передумаю у вас работать? – Спросила я, желая определить для себя все варианты.

– Тогда иди. Прямо сейчас.

Идти мне было некуда, разве что к Таисье. Но что-то мне подсказывало, что она не жаждет моего появления.

Глава 15

Рита

Я старалась не думать о предстоящем визите к врачу. И хоть периодически на меня накатывал страх, предстоящий день в компании с детьми Кречетова уводил мои мысли совсем в иную плоскость.

Когда их отец уехал, я не стала их будить. Было еще слишком рано. Поэтому приняла душ, привела себя в порядок и даже успела выгладить детские вещи. Простые занятия тоже отвлекали меня, но где-то на подсознательном уровне сигнальной строкой горело предупреждение Таисьи о том, что предыдущую няню уволили за то, что она «вертела задом». Интерес хозяина ко мне был очевиден, но я не загадывала наперед, чтобы окончательно не растерять веру в принятое мною решение. В конце концов, если я пойму, что ситуация выходит из-под контроля, то попросту оставлю это место. Конечно, поступить таким образом, значит, признаться в малодушии, но... Как же много «но», мешающих мне жить, и как много значения я придаю тому, что для кого-то, как раз, вовсе не имеет значения.

Пользуясь тем, что хозяйка еще спит, а Таисья не приехала, я приготовила завтрак: сварила геркулесовую кашу и добавила в нее свежую клубнику, которую нашла в забитом продуктами холодильнике. Не удержалась и съела одну, с помятым бочком, чтобы убедиться, что мартовская клубника лишь отдаленно напоминает настоящую, ту, которая вызревает на грядке под летним солнцем Солоников.

Я с интересом проинспектировала содержимое холодильника и поняла, что, вероятнее всего, какая-то часть еды попросту должна приходить в негодность. Не понимаю, зачем покупать и готовить столько, если есть ее особо некому. Но у богатых свои причуды. Может, у них собираются большие компании? Но это тоже не мое дело.

После завтрака мы с мальчиками пошли на прогулку. Пока я одевала Ваню, он шалил: прятал за спину руки и смеялся, а я буквально «плыла» от его улыбки. Вспоминала маленькую Таньку, как вот так же пыталась надеть на нее шапочку или сапожки, а она крутилась и вертелась, словно «волчок». Мы взяли с собой мяч и стали играть в футбол. Макар поначалу игнорировал мои попытки увлечь его игрой, но, глядя на то, как брат пытается поймать подачу, и сам постепенно втянулся. Я выбрала дальнюю дорожку и поставила мальчиков по краям, а сама стала пинать им мяч по очереди. Несильно, конечно, но, боже мой, как же они радовались, когда ловили его! Я и сама раскраснелась и уже не стеснялась орать во все горло: «Поймал! Ну как же так? Вот сейчас я точно забью гол! А ну-ка, держись!»

Попутно наблюдала за всем, что происходит вокруг. Дом жил своей жизнью. В какой-то момент я увидела в окне Ольгу и пропустила мяч. Мальчишки хором закричали «Гол!», и я отвлеклась, а когда снова посмотрела (осторожно, искоса), Ольги в окне уже не было. Потом вернулся Дмитрий. Вышел из машины и несколько минут курил, глядя на нас. Я все ждала, когда он скажет мне о том, во сколько мы поедем, но он так и не подошел, а затем и вовсе скрылся в доме.

После прогулки я накормила детей обедом. С Таисьей мы почти не разговаривали, но я и не хотела ничего с ней обсуждать. Решила, что свои проблемы теперь буду решать сама. По мере их поступления.

Дмитрий поднялся в детскую, когда мы занимались лепкой. В этот раз Макар отнесся к моему предложению хоть и не с азартом, но спокойно.

– Собирайся, – сказал Дмитрий и посмотрел на часы. – Пять минут и поедем.

Я лишь кивнула, а когда Дмитрий ушел, обратилась к Макару:

– Мне нужно уехать. Ты ведь присмотришь за братом? Главное, чтобы он глину в рот не брал. Когда надоест лепить, порисуйте, хорошо?

Он поднял на меня глаза, но ничего не ответил.

Времени у меня не было ни на