Золушка по-драконьи, или Это не мои тапки, милорд! - Наталья Самсонова

– Зато наша связь крепнет не по дням, а по часам. И это значит, что на экзамене я буду твоими мозгами, – муркнул Фантик. – Так вот, мир Шерта потерял своих Связующих, и боги умерли вместе с созданным ими миром. Они же живут в двух отражениях от нашей реальности.

– Это я помню, – тут же отреагировала я. – И нет «плохих» богов: все они заинтересованы в том, чтобы мир не развалился.

– Что ж, я не зря делюсь с тобой своей восьмилетней мудростью, – хмыкнул хиэ. – Не знаю, пришел ли Шерт сам в наш мир, или же его сюда вытащили переселенцы. Скорее всего, второе, потому что боги не могут покидать свои отражения. Но он не набрал паствы и постепенно стал ругательством.

– Но все еще есть те, кто ему поклоняются, – нахмурилась я.

– В своем мире он был кем-то вроде покровителя авантюристов, – Фантик нахмурился, силясь подобрать слова, – помогал тем, кто идет против судьбы. Но его паства постепенно выродилась в воров и грабителей, что живут в Дрянном Квартале. Бог ослаб и больше не являет себя людям.

– Получается, он был против Вильхей?

Хиэ уклончиво пожал плечами:

– Если девушка сбегает со своей свадьбы – это она бежит от судьбы или же, напротив, следует своему истинному предназначению? Или мы с тобой, скрывающие твою метку. Что мы делаем?

– И как же разобраться в этом?!

– Вопрос в другом, – хмыкнул Фантик, – надо ли разбираться. А то так можно с ума сойти. Пора собираться, иначе на работу даже с кэбом опоздаем.

Охнув, я тут же подхватилась на ноги. Это же еще нужно успеть завтрак приготовить и волосы прибрать! Увы, если не принимать мер, то моя золотая копна оч-чень быстро становится ломкой соломой.

Закончив в ванной, я насухо вытерлась полотенцем и бросила короткий взгляд в зеркало. На секунду сердце пропустило удар: мне показалось, что за спиной кто-то есть. Но это был лишь неудачно повешенный халат. Зато это маленькое происшествие позволило мне посмотреть на себя новым взглядом. Мои прежние серо-зеленые глаза стали изумрудными!

– Ты же колдунья, – зевнул Фантик, – у всех одаренных яркие глаза. Тот же милорд такой отчаянно синеглазый не из-за прекрасной матушки, а из-за собственной магической силы.

– Это что-то дает? – заинтересовалась я.

– Насколько мне известно – нет, – покачал головой мой хиэ. – Только красоту.

В такое мне не верилось, но кто знает, кто знает.

«Мне еще молоть и молоть свой магический монолит, – хмыкнула я про себя. – Так что эксперименты подождут».

Выскочив на улицу, мы с Фантиком шустро перебрались на другую сторону и надавили на кристалл вызова кэба. На камне тут же загорелся обратный отсчет, и я выдохнула: не опоздаем.

На входе в Департамент стоял новобранец. Он с крайне серьезным видом проверял всех входящих специальным артефактом, из-за чего образовалась очередь.

«Можно было не торопиться», – хмыкнула я про себя. В этот момент Фантик потрогал меня лапкой за колено, и я, помня про условный знак, тут же подхватила его на руки.

– Ох, кто-то стал тяжеловат, – проворчала я.

Хиэ же, щекоча меня усами, прошептал на ухо:

– Мне не нравится, о чем жужжат люди. Кажется, у нас опять что-то случилось.

Я только вздохнула. Мне было очень странно, что «что-то случалось» крайне редко. Мир, где практически каждый имеет колдовской дар, оказался удивительно упорядоченным местом. Шутников и пранкеров практически не было.

А с другой стороны, законы были весьма и весьма суровы. И слишком ярые шутники зачастую уезжали в каменоломни на пару лет. Что не могло не радовать, потому что первое время мне было страшно выходить на улицу. Казалось, что из-за каждого угла может прилететь проклятьем.

До нас с Фантиком дошла очередь, и паренек, сверившись со своим артефактом, важно кивнул:

– Проходите.

– Благодарю, – улыбнулась я и поспешно вошла в прохладный холл.

Там на специальном столе мы с Фантиком забрали кипу журналов «Магия для всех и каждого». Это было что-то вроде родного «Сделай сам». Там давались простые пошаговые схемы, которые позволяли существенно облегчить жизнь.

«Теперь не приходится стоять на шухере, пока Фантик роется в помойке». Я прижала к груди журнал. «Спасибо вам, милорд, за твердые позиции в отношении саморазвития и самообразования».

По приказу Эгерта ло-Арндейла Департамент закупал журналы, после чего выставлял их для общего пользования. Правило было только одно – не портить и не задерживать дольше трех дней. Мы с Фантиком всегда брали выпуски в числе последних. Спешить нам некуда, но зато никто не придет торопить.

– Все как всегда, – вздохнула я, увидев две коробки бумаг, подпирающие дверь кабинета.

– И это нам еще не доверяют ничего серьезного, – поддакнул Фантик.

– И тем не менее, – я пнула ближайшую коробку, – они неподъемные.

– Но я в тебя верю, ты справишься, – хмыкнул мой хиэ.

– Разумеется, – фыркнула я, – но не сама.

Сунув под мышку журнал, я быстренько добежала до ближайшего поста охраны и, сделав печальные глазки, попросила дежурного занести коробки с документами в мой кабинет.

– Я не могу оставить пост, – с сожалением произнес парень.

– Я останусь здесь и подожду, – улыбнулась я.

– Хорошо, – несмело улыбнулся он.

Я с сожалением посмотрела ему вслед. Будь он чу-уть постарше и не будь я истинной ло-Арндейла, можно было бы пофлиртовать.

– Мне не доводилось слышать, что вы сменили род деятельности, мисс Крассин.

Топ-топ-топ-топ-бум! Кроссовки, сопровождавшие Эгерта, врезались в стену. Резко повернувшись, я чуть виновато улыбнулась:

– Только не ругайте мальчика, милорд. Мне самой не занести документы в кабинет, там две неподъемные коробки! А магию к ним применять нельзя.

Эгерт задумчиво сощурился, окинул меня долгим взглядом и как-то странно хмыкнул:

– Две коробки, как интересно. Вы знаете, что вы делаете на этих выходных, мисс Крассин?

Опешив, я с ужасом смотрела на ло-Арндейла. Он же не собирается за мной приударить?! Я же читала, что между истинными нет никакого особого притяжения! Неужели тот академик наврал, гад?!

– П-п-простите?

– Я назначил вам все три экзамена на один день, на понедельник, – светски улыбнулся ло-Арндейл. – Хочу исполнить свое обещание.

– Обещание?

– В объявлении было написано, что тому, кто усмирит шертовы тапки, будет отдано место моего секретаря, – напомнил он.

– Ха-ха-ха, – старательно посмеялась я, – но мне же не удалось победить вашу обувь!

– Но вы единственная, кто удерживает их по полтора-два часа.

В его голосе прозвучали странные нотки, и меня как огнем опалило. Я вспомнила, что в этом мире не считается зазорным иметь официальную возлюбленную.

А в следующую секунду в груди ощутимо потяжелело. У Эгерта наверняка есть любовница. Интересно, как с присутствием обуви справляется