Как поцеловать кинозвезду - Дженни Проктор

— И ещё. Я понимаю, насколько для тебя важна конфиденциальность. Хочу, чтобы ты знал — я никому не скажу о том, что ты разрешил мне сюда приходить. Никому.

— Ценю это, — отвечаю я. Нейт будет против, но я верю Одри. И, как ни странно, хотя мы только познакомились, я ей доверяю. Она не доставит хлопот.

Машу ей напоследок и отпускаю тормоз, направляясь к дому. Уже почти у гаража белка с белой шерстью перебегает мне дорогу и скрывается в лесу.

Я улыбаюсь, ощущая прилив энергии, которого не чувствовал уже много лет.

Может, это всё физическая нагрузка.

Может, дело в том, что я снова дома, в горах.

А может… просто в белках.

Глава 6

Флинт

— То есть, подожди, я правильно понимаю, — произносит мой старший брат Перри с недоверием на лице. Я следую за его взглядом в сторону кухни, через окно, на лужайку у бассейна, где Одри сидит в складном кресле и что-то строчит в маленьком блокноте в кожаной обложке. — Ты пустил на весь участок какую-то незнакомку только потому, что она хочет фотографировать… белок? — Он наклоняется через столешницу, хватает крекер и кусок сыра.

То, что именно Перри задаёт неудобные вопросы, неудивительно. Он самый старший, самый ворчливый и точно самый склонный замечать возможные проблемы.

Зато сюрпризом стало, когда вся моя семья нагрянула ко мне в дом с пакетами еды, под предлогом «спонтанной семейной встречи». Перри сказал, что его сын Джек хочет поплавать, но я бы поставил деньги на то, что это как-то связано с разговором, который у нас с Броуди был пару недель назад. Броуди считает, что мне одиноко. И, похоже, он убедил в этом остальных членов семьи.

Хотя надо отдать должное — Джек действительно плавает. Он и Лайла, жена Перри, сейчас у бассейна со всеми остальными. Тем не менее, я знаю свою семью достаточно хорошо, чтобы понять, что происходит. Это самое настоящее вмешательство.

От осознания, что они обсуждают меня и переживают за меня, хочется поёжиться. Но в то же время я скучаю по ним. Так что жаловаться на их приезд смысла нет. Тем более что они привезли еду. Мой брат Леннокс и его жена Тэйтум, оба шеф-повара, моментально захватили мою кухню, разложили закуски и заняли гриль — пообещали, что приготовят лучшие бургеры в нашей жизни.

Интересно, что Одри думает о моей семье. Или она настолько увлечена белками, что никого не замечает?

Я наблюдаю, как она встаёт и направляется к сахарному клёну на краю газона. Удобно, что белки устроили гнездо именно в его ветвях, хотя Одри сказала, что это довольно распространённое явление. Жизнь ближе к людям — меньше хищников.

— Она не совсем уж незнакомка, — наконец отвечаю я на вопрос Перри. Так засмотрелся на Одри, что чуть не забыл, что он спросил. — Клянусь, она безобидна. У меня неплохое чутьё на людей с двойным дном, а у неё его точно нет.

— Как у тебя с Клэр Макинзи было? — поднимает брови Перри.

Я хмурюсь. Иногда мне совсем не нравится, насколько хорошо моя семья в курсе всех подробностей моей жизни.

— Тут всё по-другому. Одри совсем не такая, как Клэр.

— Она отсюда, местная? — спрашивает моя сестра Оливия, откидываясь на спинку стула, чтобы взглянуть на Одри через окно. — Что-то лицо незнакомое.

— Без понятия, — говорю я. — Но Джони её проверила. Все документы в порядке. У неё докторская степень, публикации. Она надёжная.

— Я ни разу не видела белку-альбиноса, — говорит мама, подходя к столешнице. — Даже не знала, что такие существуют. — Она открывает холодильник и достаёт бутылку воды, протягивает её мне. — Вот, отнеси Одри. Похоже, она хочет пить. — Лицо мамы озорно светлеет. — Может, и есть хочет. Можешь пригласить её поужинать с нами.

Я беру воду, но поднимаю палец в предупреждении.

— Мам, это не то, о чём ты подумала.

Она пожимает плечами.

— А вдруг? Как узнаешь, если не попробуешь?

— Поверь, я знаю. — И дело не в том, что я не пытался. — Я точно не в её вкусе. Даже близко.

— Мне больно это признавать, — говорит Оливия, — но ты — Флинт Хоторн. Разве ты не в чужом вкусе по умолчанию? — Она подбрасывает дочку на колене.

— Только не в её, — отвечаю я. — Она даже не поняла, кто я, когда мы познакомились. И, честно говоря, с тех пор она ни разу не показала, что впечатлена.

— Ну, тогда отлично, — говорит мама. — Тебе ведь не нужна та, кто будет с тобой из-за твоей известности. Может, ты наконец нашёл ту самую, которой это не важно.

Мне нравится идея, что кому-то плевать на мою популярность, но как бы я ни крутил, она — часть моей жизни. Я стараюсь сохранить личное пространство, но актёрская профессия, сцена, любовь к вниманию — всё это неотделимо от меня. И, похоже, абсолютно не вяжется с интересами серьёзной биологини, изучающей дикую природу.

Я иду к двери на террасу.

— Только не устраивайте из этого спектакль. Никакого романтического подтекста. Она здесь ради белок. И только.

Я выхожу наружу и надеваю солнцезащитные очки. Мог бы и догадаться, что мама решит меня сосватать. Для неё достаточно, что Одри — живая и не живёт в Калифорнии — уже годится в невесты.

Я наблюдаю за Одри, приближаясь с бутылкой в руке. Она снова сидит в складном кресле, склонившись над блокнотом. Ручка мелькает в её пальцах. Волосы убраны в простой хвост, лицо сосредоточенное, сосредоточенное.

Она совсем не похожа на тех женщин, с кем я встречался раньше. Но в её естественной, спокойной красоте есть что-то цепляющее. Однажды бывшая девушка объяснила мне, что «естественный» образ требует кучи усилий: чуть-чуть макияжа, но не слишком, аккуратная причёска, но не чрезмерно. С Одри всё по-другому. Её красота — действительно без усилий. Наверное, именно поэтому она может раздражать тех, кто тратит часы, чтобы добиться похожего результата.

— Хочешь пить? — спрашиваю, когда подхожу ближе.

Одри поднимает глаза, и проходит секунда, прежде чем она фокусируется.

— О, спасибо. Было бы здорово.

Я откручиваю крышку и протягиваю бутылку. Слежу за её тонкими пальцами, испачканными землёй и чернилами, когда она берёт бутылку и делает долгий глоток. Ещё больше отвлекает изящная линия её шеи, когда она сглатывает.

Я прочищаю горло и отвожу взгляд. Надо брать себя в руки.

— Как успехи с наблюдениями? — спрашиваю я, чуть громче, чем нужно.

Одри оживляется.

— Великолепно. Просто невероятно. Я определила одну самку и троих бельчат, судя по