Маленькая Леди в большом городе - Эстер Браун

– Думаю, да.

– Среди этих ребят попадаются и такие, что потом приходится платить повторно – ликвидировать последствия их «ремонта». Послушай у меня появился очень важный клиент– Джонатан полез в карман за диктофоном.

– Ты как всегда, – еле слышно произнесла я. Работа прежде всего! – Мне в любом случае придется съехать…

Рука Джонатана застыла в воздухе.

– Понимаю, милая. Я просто задумался, как бы все получше устроить. – Он наклонился и взял мою руку. – Где собираешься пожить?

– Вообще-то, думаю… – неуверенно начала я. Тут мне в голову пришла ужасная мысль: не значит ли его «придется чаще ездить» просто– напросто «у наших отношений нет будущего»?

Объятая паникой, я стала пристально вглядываться в серые глаза Джонатана, пытаясь определить, что у него на уме. Порой он бывал не слишком многословен.

– Так где же? Я должен знать. От меня, учти, не скроешься. Ты и так слишком нелегко мне досталась, – нежным полушепотом пробормотал Джонатан, протягивая вторую руку и обхватывая мое запястье.

– Я еще сама не знаю, где буду жить, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно – Джонатан принялся поглаживать мое запястье большим пальцем. – Домой к родителям переселяться не хотелось бы – оттуда слишком долго добираться до офиса. Ключи от лондонской квартиры отец мне не даст – говорит, постоянно там работает. У Габи для туфель-то не хватает места, не то что для меня. Может, временно сдашь бедняге свободную комнату? – Я не шутила, но вопрос задала игривым тоном.

– Когда Нельсон тебя выставит? – спросил Джонатан, доставая из кармана пиджака ежедневник.

– Примерно через две недели.

Джонатан нахмурился и стал просматривать записи. Листки ежедневника были сплошь исписаны мелким аккуратным почерком, столь характерным для американцев. Официант, терпеливо маячивший на расстоянии, спешно приблизился, как только поймал мой взгляд. Я без дальнейших колебаний попросила принести хаггис, несмотря на то что есть плотно не было желания. Джонатан, не отрывая глаз от ежедневника, деловитым тоном заказал бифштекс, картофель фри, какой-то салат и минералку.

– Говоришь, через две недели?

– Да.

Неужели я правильно угадала?

– Нет, не получится, – сказал Джонатан. – У меня как раз поселятся давнишние клиенты. Они подыскивают жилье в Лондоне, я предложил им побыть моими гостями. Очень скоро мне надо отправляться в Нью-Йорк. Заключу там несколько сделок, кое с кем встречусь и посмотрю, как преобразования влияют на инфраструктуру компании в целом. Но у нас есть очень простой выход.

– Какой?

Джонатан улыбнулся краешком рта, явно скрывая сильное волнение.

– Тебе надо поехать со мной. Поживем месяц в Нью-Йорке.

Я округлила глаза.

– Но… я не могу!

– Почему?

– На целый месяц бросить агентство? Не представляю себе, – запинаясь, проговорила я. – У меня дел по горло, люди нуждаются в помощи… На мне организация холостяцкой вечеринки для Кэти Торбридж и…

Джонатан поднял руку.

– Подожди-ка. Не понимаю. Ты что, организуешь холостяцкую вечеринку для невесты?

– По просьбе невесты, – пояснила я. – Одной своей старой приятельницы, мы вместе учились в подготовительной школе. Она боится, что шафер подобьет Джайлза поехать в Амстердам и там оба сделают себе наколки или подцепят герпес либо другую гадость. Поэтому я все и устраиваю. Он думает, я стриптизерша.

– Не добавила ли ты, случаем, стриптиз в список услуг? – устало спросил Джонатан.

– Боже упаси! – воскликнула я. – Я сказала ему так просто, чтобы он считал, будто я и сама легкого поведения, и не заказывал, э-э, дополнительных увеселений. Вообще-то мужчины в Англии не большие охотники до холостяцких сборищ, где нет женщин, надо вдрызг напиваться и спускать состояние на стриптизерш. Стриптиз больше смущает британцев, поэтому они, хоть и скрывают это, не особенно его любят. Словом, я заказала для ребят номер в приличном отеле в Озерном крае. Там можно поиграть в пейнтбол, набраться, нет проституток, и потом, это всего в четырех часах езды от Лондона. Вдруг дружки привяжут Джайлза к фонарному столбу или выкинут что-нибудь в этом роде?

– Ты все предусмотрела.

Он просто дал мне оценку или восхитился? Если учесть его страсть к четкости в выполнении офисной работы и беспокойство за меня – мне– то приходилось сталкиваться с более жизненными проблемами, нежели ему, – пожалуй, и то и другое.

– Словом, сам понимаешь, я не могу все бросить и исчезнуть. Хоть и очень хотела бы съездить с тобой в Нью-Йорк, – заключила я.

Принесли блюда, и я взглянула на тарелку с грустью. Аппетит так и не вернулся. А хаггис надо есть с желанием.

– Почему бы тебе не устроить месячный отпуск? – Казалось, Джонатан немного расстроен. – Ты ни разу не была в Нью-Йорке, что меня удивляет. Я познакомил бы тебя со своим городом, как ты меня – с Лондоном. Впрочем, если предпочитаешь остаться и заниматься делами вместо того, чтобы составить мне компанию…

Теперь он старался говорить весело, но получалось не ахти как.

– Так нечестно! – запротестовала я. – Дело ведь не в предпочтении!

– Именно в нем.

– Но, Джонатан…

Джонатан принялся за бифштекс – стал размеренно, точно хирург, отрезать жир.

– Ты утверждаешь, что я трудоголик, но я не ношу с собой повсюду два мобильных телефона, оба всегда включенные. Может, скажешь, за тобой этого не водится? – прибавил он, когда я чуть не раскрыла рот от изумления. – Я прекрасно знаю, что, когда мы встречаемся, ты ставишь рабочую трубку на виброзвонок. Даже моя бабушка не бегает в туалет столько раз за вечер. – Он посмотрел на меня, оторвав взгляд от расчлененного бифштекса. – Только, пожалуйста, пойми меня правильно. Здорово, что ты находчивая и вежливая. Большинство бизнес-леди, с которыми мне доводится сталкиваться, отвечали бы на звонки прямо за столом. Мне просто интересно, на каком месте стою для тебя я. И не играл ли более важную роль, когда был твоим клиентом?

– Ты о парике? – спросила я. – Если так…

– Нет! – Джонатан засмеялся. – О парике давай больше не будем, Мелисса. Я горд, что ты именно такая. И хотел бы, чтобы ты была моей подругой и когда работаешь, и когда сидишь дома. Не старалась выдавать себя за кого-то еще. – Он покачал головой. – А оставлять тебя надолго я даже боюсь – вдруг найдешь себе другого?

Джонатан во всех отношениях человек взрослый и умеет сказать подобные слова так, что в них не звучало и намека на хныканье.

Однако несправедливо обвиняет меня в том, будто работу я ставлю выше наших отношений. Если бы он только знал, каких мне стоило трудов выглядеть обольстительной, быть собранной и при этом держаться непринужденно в свободное от работы время! Такой была Милочка, не Мелисса!