До самой смерти - Элис Вайлд

– Я знаю, что ты имела в виду. Твои лживые речи для меня ничто, – рычит он. – Тебе бы не помешало понять свое место в этом мире, иначе ты узнаешь, что такое расплата.

– Я лишь…

– Ты действительно думаешь, что я настолько слеп к окружающему миру, что не узнаю тебя? – шипит он, прерывая меня, его дыхание щекочет волосы на затылке.

Я моргаю, его слова удивляют меня. Возможно, он наконец-то узнал во мне женщину с бала?

– Хотя Смерть находит тебя привлекательной, – продолжает Аид, – я не дамся так легко. Я знаю, что ты та самая смертная, которая пыталась улизнуть из моего царства.

– И что с того, если это я?

Он делает паузу, прежде чем сказать:

– Не думай, что я не вижу, что ты затеяла.

– Что затеяла?

– Именно то, зачем ты сюда пришла. Ты пытаешься сбежать.

По спине снова пробегает дрожь, неужели я была такой глупой, думая, что он не раскусит мой план?

Все же я стараюсь не показывать, что его слова меня задели.

– Если ты так презираешь смертных, и я не та женщина, которую ты ищешь… Почему же держишь меня здесь? Почему не позволишь уйти?

Он мягко смеется.

– Потому что могу, – говорит он, прижимаясь губами к моему уху, пока кончики его пальцев скользят по моей шее. – К тому же кто сказал, что я тебя презираю? В конце концов, ты все еще участвуешь в гонке за мое сердце.

С этими словами он наконец выпрямляется и отступает от моего стула.

Я осторожно поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как он направляется к дверям, ведущим из столовой, оставляя меня одну за столом.

Я сижу некоторое время, ошеломленная поворотом событий. Я надеялась доказать ему что-то, получить хоть какую-то власть в этой опасной игре. Но теперь понимаю, насколько мало у меня силы.

Аид открывает двери, но задерживается, бросая взгляд через плечо на меня.

– И еще кое-что, смертная, – говорит он. – Ты больше никогда не должна упоминать мою жену при мне.

– Почему? – спрашиваю я, прежде чем остановить себя.

Я не жду ответа, поэтому удивляюсь, когда он остается на месте, а буря эмоций проносится по его лицу. Затем снова устанавливается каменная маска, и его следующие слова пронзают меня до глубины души:

– Потому что для меня она уже мертва.

Он выходит из комнаты прежде, чем мои вопросы успевают вырваться наружу, и я остаюсь сидеть, в оцепенении уставившись на треснувшие двери. Я едва различаю силуэт стражника, прежде чем двери снова открываются, и мне не остается ничего, кроме как следовать за ним, поднимаясь со стула.

Мой разум погружен в хаос мыслей, пока стражник ведет меня обратно по пустым залам и вверх по спиральной лестнице к моей комнате в башне. Я едва улавливаю звук закрывающейся двери, прежде чем слышу щелчок замка.

В оцепенении сажусь на кровать.

Крошечный цветок надежды начал распускаться в моей груди. Возможно, в этой истории есть что-то еще, и это подает мне идею.

Идею, которая, надеюсь, не потребует от меня соблазнять его.

Идею, которая может решить проблемы всех присутствующих здесь… но сначала я должна найти способ поговорить с Персефоной.

Или, по крайней мере, как-то передать ей весть.

10. Аид

– Эрида сделала то, что я просил? – спрашиваю я, распахивая двери в зал и не удостаивая Деймоса взглядом.

– Сделала, мой повелитель, – отвечает он.

– А Персефона?

– Она поступит точно так, как ей велено, – говорит он.

– Хорошо. Значит, все идет по плану.

– Да, мой повелитель.

– Убедись, что ей не удастся остаться наедине ни с одной из женщин, особенно со смертной.

– Есть ли еще что-нибудь, чего вы желаете? – спрашивает Деймос.

– Да, пожалуй, – говорю я, переводя взгляд на Деймоса. – Хочу, чтобы ты лично следил за Персефоной. Эрида, возможно, выполнила поручение, но я ей не доверяю.

– Как прикажете, мой повелитель.

– Хорошо. На этом пока все, – говорю я, отмахнувшись, и отпускаю его.

– Разумеется.

Когда он выходит, я делаю глубокий вдох и тихо усмехаюсь про себя.

План приведен в действие, и я почти ощущаю вкус силы, наполняющей меня при одной мысли о том, что грядет.

Смертная будет моей, и с ней рядом я стану непобедимым.

Я подхожу к окну и смотрю на царство, мои глаза скользят по горизонту.

– Скоро мы узнаем, может ли Подземное царство действительно возродиться из-за простой смертной.

11. Эрос

Я раздраженно выдыхаю и скрещиваю руки на груди, вновь стоя перед вратами Подземного мира.

Путь через лес занял куда больше времени, чем я ожидал, и я даже не знаю, сколько часов потерял среди деревьев. Судя по угасающему свету – слишком много.

Разумеется, Смерти нигде не видно. Впрочем, я и не ожидал, что он будет просто стоять там, где его оставила Хейзел… хотя, пожалуй, часть меня все же надеялась на это. Но от него не осталось и следа.

Подойдя ближе к вратам, я протягиваю руку, чтобы убедиться, что отец смертной все еще крепко прикован к ним, когда вдруг с другой стороны чья-то рука хватает меня за запястье.

– Что ты делаешь?

– Кто ты такой, чтобы задавать мне вопросы, смертный? – фыркаю я, вырывая руку, чувствуя, как его прикосновение высасывает из меня силу.

– Ты причинил ей боль? Она здесь?

– О чем ты говоришь?

– Хейзел! Она здесь? Это… это… что с ней случилось?

Я замираю, холод пробегает по коже, и я делаю шаг назад. Мои невидящие глаза блуждают, словно пытаются различить лицо, принадлежащее этому голосу.

– Кто спрашивает?

– Ее брат.

Я хмурюсь, пытаясь вспомнить, упоминала ли она когда-нибудь брата… и если да, то что о нем говорила. Но вспомнить не могу.

– Подожди, что ты здесь делаешь?

– Ты еще не ответил на мои вопросы, – спокойно произносит юноша.

Я сужаю взгляд, зная, какое впечатление произвожу на смертных, когда выпрямляюсь во весь рост.

– Как я уже сказал, я не обязан перед тобой объясняться. Ты находишься в моем царстве, и тебе не мешало бы помнить это.

– Ты…

Юноша не успевает договорить: раздается крик, и в следующий миг он исчезает в сгущающемся море душ.

С моих губ срываются проклятья, пока я перехожу из человеческого облика в звериный и поднимаю морду к небу. Даже в своем животном обличии я не чувствую его запаха. И имени его не знаю, чтобы позвать. Слишком много блуждающих душ – не разобрать ничего.

Что, черт возьми, тут происходит?

Мне нужно найти Смерть,