Красный бутон - Джойс Дингуэлл

Роуана не могла прямо сказать: «Спасибо, не хочу», во-первых, ей и вправду было любопытно, а во-вторых, не стоило забываться.

— Ну-у, может, в другой раз, — уклончиво протянула она.

— А почему не в этот?

Она облизнула пересохшие губы, собираясь с духом:

— Потому что в этот раз я еду на родео.

К удивлению Роуаны, взрыва не последовало.

— Конечно, вам обязательно следует поехать, — сказал Саксби очень спокойно, — я позабочусь о билетах.

— У меня… у нас уже есть…

Его брови поползли вверх. Ни словом не упомянув о вчерашней вечеринке, Роуана рассказала, как «мустанги» оставили им с Элиссой билеты на родео.

— В среду я собираюсь по делам в Тихий Уголок и захвачу вас с собой.

— Элисса тоже едет.

— Поэтому я и предлагаю, — резко откликнулся он, — мне страшно представить такое хрупкое создание в кабине дальнобойщика.

— А меня не страшно?

Он изучающе прищурился:

— Нет, Роуана Редланд, вас мне там представить не страшно. Вам там самое место!

— Вы просто невозможны!

— Как Элисса в трейлере. О, я знаю, ей понравится мужская компания, но ведь пыль, грязь…

— А я, по-вашему, все это выдержу?

— Здесь же выдерживаете. — Саксби окинул взглядом внутренность оцинкованного кошмара.

— Ну, если вы мне комплимент хотели сделать…

— На самом деле — да. — Джонатан произнес это с таким серьезным видом, что Роуана решила оставить этот разговор.

— А почему вы думаете, что нас подвезут? — потом вдруг спросила она.

Он насмешливо взглянул на нее:

— Потому что вы в Куинсленде, мэ-э-эм!

— Николас, возможно, тоже поедет. Тогда он нас подвезет.

— У вас стейки на исходе, о чем вы думаете?! — завопил опекун, круто сменив тему.

— Но… — смутилась Роуана.

Но на смущение уже не оставалось времени — начали подъезжать грузовики. Когда же через час она проводила последних утренних клиентов, Джонатан, конечно, был уже далеко.

Около одиннадцати у кафе остановился очередной трейлер. Его водитель на вид был совсем мальчик, к тому же крайне измученный. Роуана чувствовала: сейчас он станет изображать из себя матерого дальнобойщика — таков неписаный дорожный закон. Однако, когда он выпрыгнул из кабины и дошел до столика, сил пускать пыль в глаза у него, видимо, уже не осталось. Роуана спросила, сделать ли все, как обычно. Он кивнул и уронил голову на руки. Пока жарился бифштекс, она то и дело встревоженно выглядывала из кухни — водитель не изменял положения. А когда Роуана поставила перед ним на столик поднос, то увидела, что он спит.

Молодой человек приехал без напарника, и Роуана не знала, существуют ли на этот счет законы. Несколько секунд она рассматривала юного дальнобойщика, потом решила не тревожить его и отнесла поднос обратно на кухню. С ним творилось что-то неладное: он то и дело вздрагивал, судорожно сжимались и разжимались кулаки. Присмотревшись, Роуана поняла, что мальчику нужен настоящий отдых. Вот только куда его уложить? На диван Барни? Навряд ли ей это удастся. Несмотря на худобу водителя, ей одной с ним не справиться. Роуана выглянула на улицу, надеясь увидеть на шоссе грузовик или хотя бы машину Пирса Гранта, но на шоссе было пусто. Вдруг она вспомнила о Николасе. Сунув подушку под голову спящего дальнобойщика, она бегом пустилась в Таймаут.

К счастью, Николас был дома. Роуана вкратце рассказала ему суть дела, и через минуту они вместе мчались обратно. Мальчик спал. Вдвоем им удалось перетащить его на диван, где Николас стал применять к нему, как он сам выразился, некоторые приемы врачевания лошадей. Наконец он повернулся к Роуане:

— Ничего серьезного. Просто переутомился. У него должен быть напарник, хотя в свое оправдание он наверняка будет уверять нас, что напарник вскоре сменит его.

— В оправдание?

— Полиция очень строго за этим следит, и ему необходимо будет что-нибудь соврать. А вообще, дальнобойщики иногда и за рулем от переутомления засыпают.

— Господи, зачем же ему это?

— А зачем им всем это? За такую работу платят большие деньги, и чем быстрее водитель доставит груз, тем больше ему заплатят, а у всех есть семьи… Смотрите, он проснулся.

Молодой человек открыл глаза. Секунду он таращился на них с изумлением, а потом в ужасе вскрикнул:

— Сколько я проспал?!

— Недолго, — поспешила успокоить его Роуана. — По правде говоря, вам следовало бы выспаться хорошенько.

— У меня время поджимает, — пожаловался водитель, — либо я уложусь, либо потеряю работу. Это мой первый рейс, понимаете?

— И последний, если у вас есть хоть капля здравого смысла, — вступил в разговор Николас, — вы же не годитесь для этого занятия.

— Почему не гожусь? — удивился парень. — Я хороший шофер.

— Не сомневаюсь. Но сил и выносливости вам не хватает.

— Бетти… — горестно пробормотал молодой человек.

— Ваша девушка?

— Нет, жена.

— Так вот, послушайте, — сказал Николас, — Бетти не хочет, чтобы вы разбились, уснув за рулем. Она хочет, чтобы вы вернулись к ней живым.

— Ничего, чашка крепкого чая, и я в порядке, — не очень уверенно произнес парень.

— И бифштекс с яичницей, хлеб с маслом, молоко и сахар, — добавила Роуана. И сама себе удивилась — неужели это говорила Роуана Редланд из пансиона мисс Гримбелл для избранных молодых леди, всего неделю назад мечтавшая о булочках с корицей?

— Да, звучит аппетитно.

За едой молодой человек разоткровенничался: хотя работа оказалась не совсем такой, о которой он мечтал, она ему все равно нравилась: едешь себе по дороге, никто тобой не командует, получаешь хорошие деньги.

— …И смерть за поворотом, — завершил за него Николас.

Парень поежился.

— Я и вправду прошлой ночью едва не погиб, — признался он, — когда ехал по лесу. Мне показалось, что на меня несется грузовик, и почему-то по моей полосе. Я резко дал влево, а там и в самом деле машина шла навстречу. Я давай руль вправо крутить… чудом успели разминуться. Я слышал, что есть какие-то таблетки…

— Вам они не помогут, — отрезал Николас, — самое лучшее для вас — вернуться домой к Бетти.

— Но я не могу! Я должен за грузовик еще половину суммы!

— Я сразу понял, что он у вас еще совсем новый, как раз такой мне и нужен.

Послышался шум мотора, и Роуана бросилась к плите — за разговорами она не успела как следует подготовиться к обеду. Следующий час прошел у нее в страшной суете, но вот, наконец, последний посетитель, бросив дежурное «увидимся», уехал. Николас, который все это время о чем-то беседовал с юным дальнобойщиком, подошел к ней.