Жаркий поцелуй - Дженнифер Арментроут

Зейна. И уж точно никому не было неважно, чего хотела я.

* * *

Заявление для Колумбийского Университета смотрело на меня с пола. Рядом были разбросаны и другие заявки. Проблем с деньгами не было, как и с моими оценками.

Поскольку я не могла служить клану, производя новых Стражей, мое будущее принадлежало мне. Это заявление должно было наполнить меня волнением и радостью. Но идея уехать, стать кем-то новым и другим, была столь же пугающей, сколь и захватывающей.

И теперь, когда у меня, наконец, появился шанс уйти, я не хотела.

Я убрала волосы назад и встала. Моя домашняя работа позабытая лежала на кровати.

Если бы я была честна с собой хотя бы две секунды, то признала бы, что знаю, почему не хочу уходить.

Дело в Зейне. И это глупо. Эббот чуть раньше был прав. Не важно, сколько во мне крови Стражей, это не мой мир. Я являлась своего рода гостем, который никогда не уходит.

Я оглядела свою комнату. В ней было все, что девушка может пожелать. Мой собственный настольный компьютер и ноутбук, телевизор и стерео система, одежды больше, чем я когда-либо могла переносить, и достаточно книг, чтобы потерять в них себя.

Но все это были только вещи... пустое.

Не в силах оставаться в своей спальне, я покинула ее, даже не думая о том, куда иду.

Мне просто нужно было выйти из комнаты, из дома. Внизу я услышала голоса Жасмин и

Даники, готовящих ужин. Воздух наполняли аромат жареного картофеля и смех. С ними ли

Зейн, готовит ли вместе с Даникой?

Как мило.

Я прошла мимо Мориса на переднем крыльце. Он лишь поднял взгляд от газеты и вопросительно посмотрел. Я сунула руки в карманы джинсов и вдохнула запах гнилой листвы и слабый след городского смога.

Я пересекла ухоженный двор и прошла мимо каменной стены, отделявшей собственность Эббота от окружающего подворье леса. Мы с Зейном так много раз проделывали это путешествие, когда были детьми, что траву и каменистую почву прорезала тропинка.

Мы сбегали сюда вместе — я от одиночества, а Зейн от безжалостных тренировок и ожиданий всех.

В детстве после пятнадцатиминутной прогулки казалось, что мы исчезали в другом мире, полном густых вишневых деревьев и кленов. Это было наше место. Тогда я не могла представить себе жизни, в которой не будет его.

Я остановилась под домом на дереве. Его построил для Зейна Эббот, задолго до того, как появилась я. Ничего особенного — всего лишь хижина на дереве, но у нее имелась замечательная смотровая площадка восемь на восемь.

Ребенком забираться на дерево было гораздо проще. Мне потребовалось несколько попыток, чтобы добраться до главной части. Оттуда я проползла через деревянную дверь и осторожно двинулась по платформе, надеясь, что та не проломится. Убиться, рухнув с дерева — не очень захватывающий способ помереть.

Я улеглась, задаваясь вопросом, зачем сюда пришла. Было ли это каким-то извращенным желанием стать ближе к Зейну или я просто хотела вернуться в детство? В то время, когда я не знала, что видеть мерцающие вокруг людей цвета, значит, что я не такая, как другие Стражи... В то время, когда я еще не знала, что у меня испорченная кровь.

Тогда все было проще. Я не думала о Зейне как о мужчине и не проводила вечера, касаясь случайных незнакомцев. И ко мне в класс по биологии не заглядывал Верховный

Демон.

Холодный ветерок поднял несколько прядей волос и бросил мне их на лицо. Я вздрогнула и закуталась в свитер. Мне почему-то вспомнилось, как Рот сказал, что Эббот использует меня...

Это неправда.

Я вытащила из-под свитера цепочку. Она была старой и толстой. Я знала наизусть последовательность похожих на канат петель. В тусклом свете трудно было разобрать гравировку на висящем на ней серебряном кольце. Его бесчисленное множество узлов было спаяно вместе кем-то, у кого, очевидно, было слишком много времени.

Я перевернула кольцо. Никогда не видела драгоценного камня, подобного тому, что расположен в его центре. Насыщенно красный, почти как рубин, но в некоторых его местах цвет отсутствовал, а в других был наоборот темнее. Иногда, в зависимости от того, как я держала кольцо, казалось, что внутри овального камня находится жидкость.

По идее, кольцо принадлежало моей матери. До той ночи, когда меня нашел Эббот, в моей памяти не было ничего, кроме пустого пробела. Это кольцо было единственным, что связывало меня с моей настоящей семьей.

"Семья" — такое странное слово. Я даже не уверена, что у меня вообще была семья.

Возможно, до встречи с Эбботом я жила с отцом? Кто знает. Если Эббот и знает, он не говорит. Моя жизнь началась, когда он меня нашел.

Я закрыла глаза и сделала медленный, глубокий вдох. Сейчас не время для саморефлексии или вечеринки сожалений. Я сунула кольцо обратно под свитер. Нужно сосредоточиться на том, что делать с Ротом.

Никто о нем не знал, и мне нужно было решить самой, как себя с ним вести.

Игнорировать его? Хорошая идея, но, сомневаюсь, что с ним это сработает. В душе я надеялась, что он просто исчезнет после того, как предупредил меня не ставить метки.

Должно быть, я задремала, составляя план, потому что открыв глаза, обнаружила, что небо потемнело, нос замерз, и кто-то лежит рядом со мной.

Сердце подскочило к горлу и пропустило удар, когда я повернула голову и щеки коснулись мягкие волосы.

— Зейн?

Он открыл один глаз.

— Какое странное место для сна, когда у тебя есть замечательная штука под названием кровать.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я.

— Ты не спустилась на ужин. — Зейн поднял руку и убрал прядь моих волос за ухо. —

Через некоторое время я решил проверить, как ты. Тебя не было в твоей комнате, и когда я спросил Мориса, не видел ли он тебя, он указал в сторону леса.

Я потерла глаза, избавляясь от остатков внезапного сна.

— Который час?

— Почти девять тридцать. — Он сделал паузу. — Я волновался о тебе.

Я наморщила брови.

— Почему?

Зейн наклонил ко мне голову.

— Почему ты сегодня ушла с урока?

Мгновение я таращилась на него, потом вспомнила то странное выражение на его лице, когда он взял стакан с соком.

— Я не была близка к тому, чтобы высосать душу, если ты подумал об этом.

Он нахмурился.

— Когда ты хочешь чего-то сладкого...

— Знаю. — Я перевела взгляд на небо. Из-за густых ветвей выглянули звезды. —

Сегодня в школе ничего не случилось, клянусь.

Мгновение Зейн молчал.