Мелкая знаменитость - Дана Хадсон

– Нет, так не пойдет! Я посреди ночи, жертвуя своим драгоценным личным временем, спешу к тебе на выручку, а ты меня отфутболить собираешься? Что это значит – «подумаю»? Когда рак на горе свистнет?

Софи стало стыдно. Она вообще была совестливой девушкой. Ну, что из того, что Алекс плохо воспитан и одет странновато? Это не его вина. Зато он так не похож на всех ее знакомых музыкантов. Он сильный, умелый и смешной. Она даже не знала, что в нем ей нравится больше. Наверное то, что он ничего не говорил о музыке.

– Ну, хорошо, предлагай! – недовольно согласилась с видом великомученицы.

Но теперь уже заерепенился Вайдел.

– У нас равноправие. И я считаю, что теперь твоя очередь предлагать.

Софи задумалась. Это было справедливо. Куда бы ей хотелось пойти? В кино? В театр? Просто погулять по парку? В ресторан однозначно нет. Этот сегодняшний ужин и без того пробил изрядную брешь в ее кошельке, да и у Алекса, наверняка, тоже. Так куда?

– Вот так всегда, когда решение какой-то ничтожной проблемы доверено женщине. «Нет медлительней ума, чем ум женщины»! – сердито процитировал Вайдел Шекспира. – Может, мне уже прикорнуть тут на скамейке, пока ты сообразишь, чего хочешь?

– Не мешай, я размышляю! – оборвала его Софи. К своему удивлению, она поняла, что высказывания Алекса ее забавляют, а вовсе не злят. А ведь если бы это сказал кто-то из ее знакомых, она бы с ним больше разговаривать не стала. – Как ты относишься к Национальной галерее?

– Это еще что такое? – Вайдел не кривил душой. Он слышал, конечно, про галереи, но сколько их в Лондоне и где они расположены, понятия не имел.

Разъяснять она не стала.

– Предлагаю пойти в Национальную галерею послезавтра. Часа в три сможешь? Я как раз закончу учебу и спектакля у меня нет.

Вайдел поскреб пятерней в затылке. Ему казалось, что именно так и должны себя вести простые парни, работающие водопроводчиками.

– Ладно. Будем надеяться, что потопа ни у кого не случится.

Софи разозлилась на себя. Какая же она эгоистка! Думает только о себе, а у него это рабочий день!

– Если ты не можешь, так и скажи. Для чего устраивать себе неприятности?

– Да никаких неприятностей. В общем, договорились. Где встречаемся?

– Здесь. Я не собираюсь ходить по городу в форменном платье. Вот еще радость-то!

– Что, часто пристают?

– Да постоянно спрашивают, где я учусь! Ни в одном учебном заведении нет такой идиотской формы, как у нас!

– А кто спрашивает?

– Мальчишки, конечно!

– А может, они с тобой просто познакомиться хотят, вот и выдумывают разные предлоги? – предположил более опытный в амурных делах Вайдел.

Софи удивилась. Такая мысль в ее голову никогда не приходила.

– Да прямо!

– Ничего тут странного нет, – Вайдел с прищуром окинул ее оценивающим взглядом с головы до ног и постановил: – Очень даже ничего. Не красавица, но мила и с изюминкой.

Софи недоверчиво рассмеялась.

– Да-да! Это ты верно сказал: не красавица. Ну, мне пора, завтра рано вставать. Но об этом я тебе уже говорила.

Она попыталась высвободить руку, но он ее не выпускал. Софи сердито посмотрела на него, но он широко улыбнулся.

– А как насчет прощального поцелуя? – его голос был требовательным, а не просительным.

Софи это не понравилось, и она сильнее дернула руку. Вайдел сильнее сжал ладонь, насмешливо ухмыляясь. Прерывая их разговор, у него в кармане зазвонил телефон. Одной рукой вытащив его, он посмотрел на дисплей. Бенджамин! Вот ведь до чего любопытный человек!

Воспользовавшись его заминкой, Софи вырвала-таки руку и ушла. Не отвечая на звонок, Вайдел поплелся к себе. Что за недоверчивая дуреха! Ему было обидно, потому что против истины он ни на гран не погрешил. Она и в самом деле была очень мила, особенно когда смеялась, или, сощурив глаза, принималась за нравоучения. Похоже, она делала это не всерьез. Может, это у нее такой способ развлекаться? Ему порой казалось, что она больше следит за реакцией собеседника, чем всерьез морализирует. Похоже, в этом они два сапога пара.

Дома сел в удобное кресло, водрузил обе ноги на банкетку и только тогда милостиво ответил:

– Слушаю тебя, Бен!

– Что это за девица? – Бенджамин был крайне заинтригован. – Не ожидал, что ты так быстро приступишь к выполнению моих рекомендаций.

– Не надейся! Это вовсе не то, что ты думаешь. Это моя соседка, которой я чинил краны.

– Чтооо? – Бенджамин не поверил своим ушам. – Это шутка?

– Вовсе нет. У нее сорвало кран, и я его менял.

Бенджамин надолго замолчал.

– Сколько же в тебе скрытых талантов, Леон! – наконец потрясенно заявил, не скрывая восторга. – И что, теперь в качестве благодарности за предоставленную возможность испытать свои таланты ты водишь ее по концертам?

– Это не я ее вожу, а она меня. Завтра мы пойдем в галерею. В какую, не помню, и не спрашивай.

Бенджамин как-то странно покряхтел.

– Она приобщает тебя к высокому искусству? – с интересом спросил он.

– Можно сказать и так, – постарался быть беспристрастным Вайдел.

– Что-то прежде я за тобой таких наклонностей не замечал, похоже, это благотворное влияние твоей новой знакомой. Буду рад, если в самом деле приобщишься. Кстати, не сердись на Элен. Она человек добросердечный, но недалекий. Не сориентировалась сразу.

– Она вообще не сориентировалась. Ее с тобой нет?

– Рядом. И грозит мне кулаком. Ей не понравился употребленный мной термин «недалекий». Она просто не заметила твои манипуляции. Вернее, не обратила на них внимания.

– Что вполне соответствует твоему определению. Впредь прошу на мои сигналы внимание обращать. Как выяснилось, Лондон – очень маленький городок.

– Что, тебя все узнают?

– Почти. Иногда это полезно, а иногда – нет.

– Конечно, все зависит от обстоятельств. Насколько я понял, это та девица, что назвала тебя «мелкой знаменитостью»? Софи Фокс?

Слышно было, как захихикала Элен. Шикнув на нее, Бенджамин продолжил:

– И что, ты хочешь ей отомстить? Или объяснить, что ты не мелкая знаменитость?

– Это она кому хочешь, чего хочешь, когда хочешь объяснит. К тому же в масштабах всемирной истории я даже не мелкая знаменитость, а вообще жалкая песчинка, не стоящая даже упоминания в книге судеб.

Тут уж засмеялся и Бенджамин.

– Сочувствую, дружок! Но, думаю, это прикольно.

– Поэтому я с ней и знаюсь, – тоже засмеялся Вайдел. – И другого слова подобрать не могу, не укоряй.