Почти сенсация - Рут Валентайн

Кроме того, напоминание о Рождестве смутило Линду. Смерть Алана заставила ее позабыть о времени, но до Рождества осталось всего три недели.

Контора адвоката Алана находилась в Лондоне, и она должна была лично прибыть туда, чтобы утвердить завещание. Ей сообщили, что необходимо обсудить некоторые детали и уточнить кое-какие дополнения.

Линда ничего не знала о дополнениях, но не придала этому особенного значения. В конце концов, ей была известна последняя воля Алана: они вместе составляли свои завещания. А всякие подробности и дополнения, которые адвокат имел в виду, очевидно, относились к Тони.

Однако пока ей не станет лучше, у нее нет выбора. С исполнением планов придется подождать до Нового года, а до тех пор не стоит вступать в конфликт с родителями Алана.

Поэтому Линда постаралась найти достаточно уклончивый ответ, который, видимо, удовлетворил свекровь. В конце концов, пока мне ничто не грозит, уговаривала она себя. Если Дейвид вздумает рассказать все родителям, они могут просто не поверить ему. А если и поверят, то, уж конечно, не одобрят его поведения: Алан был их старшим сыном, и они горячо любили его. Они никогда не позволят опозорить его память!

Линда провела в постели целых десять дней, и еще неделя прошла, пока она достаточно окрепла, чтобы спуститься вниз. Доктор сказал, что выздоровление затянулось из-за плохого аппетита. Одно время он даже побаивался, как бы простуда не перешла в воспаление легких.

Поэтому, несмотря на все протесты Линды, миссис Даркин заставляла ее съедать до конца все, что она готовила. Зато к тому времени, когда Линда смогла встать и одеться, она чувствовала себя окрепшей.

Что до Тони, то он был в восторге, когда она встала на ноги. Линда боялась, что Дейвид, узнав о ее болезни, примчится из Лондона и, воспользовавшись ее беспомощностью, станет проводить как можно больше времени с мальчиком. Но этого не произошло. Возможности Тони развлекать себя самому совершенно иссякли, и теперь он с удовольствием сопровождал маму в прогулках по саду.

Однажды Тимоти пригласил их посетить его офис в Лангмере. Наряду с управлением родовым поместьем, Тимоти являлся партнером в консультативной фирме, расположенной в этом маленьком городке. И хотя он уверял, что фирма очень скромная, на ее услуги был спрос. Близость Сандерленда обеспечивала клиентов, и фирма «Бакстер и Мэрфи» пользовалась хорошей репутацией благодаря эффективности действий и добросовестности сотрудников.

Линда не знала, что Патрик Мэрфи и ее свекор были партнерами, и Тимоти объяснил ей, что доходы от фирмы помогают ему управлять поместьем. Сейчас, по дороге в Лангмер, Линда удивилась, откуда у него находится время на две работы сразу.

— О, мне очень нравится встречаться с людьми, — весело ответил Тимоти. — И разбираться в их проблемах; а не в собственных.

— А у нас есть еще животные, кроме лошадей? — спросил Тони с заднего сиденья «рейнджровера», и его дедушка улыбнулся.

— Только собаки, — сокрушенно ответил он. — Но у моих арендаторов полно всякой живности. Кого бы ты хотел повидать? Коров, овец? Или, может быть, свинок?

Тони восторженно взвизгнул.

— Всех! — закричал он, перепутав старенького дедушкиного сеттера. — Сидеть, Хьюго! Я не с тобой разговариваю!

— Успокойся, сынок. — Линда никак не могла разделить его восторга. — Как будто ты раньше не видел коров! — Она смущенно взглянула на Тимоти. — У нас в Боготе был знакомый помещик, который владел скотоводческой фермой.

— И вы бывали у него на ферме?

— Несколько раз, — тихо промолвила Линда. — Это недалеко от того места, где был убит Алан.

— О, моя дорогая…

Тимоти ласково положил ладонь на ее руки, сложенные на коленях, и на мгновение Линде показалось, что она сейчас разревется. Ей всегда казалось, что она не любила мужа так сильно, как он ее, поэтому никогда бы не поверила, что будет так тосковать о нем.

Визит в Лангмер оказался удачным по двум причинам. Во-первых, они с отцом Алана сумели лучше узнать друг друга, а во-вторых, ей наконец представилась возможность пройтись по магазинам. Линда понимала, что с серьезными покупками лучше подождать по крайней мере до Сандерленда, но все же подобрала в одном магазине свитер ручной вязки, а в другом — теплую юбку. Купив еще пару шерстяных рубашек для Тони, она почувствовала себя на первый раз вполне удовлетворенной.

Когда они вернулись в «Эбби-Грэйндж», у дома стоял большой черный «мерседес». Поскольку гаражи располагались с задней стороны здания, значит, кто-то только что приехал.

— О, это вернулся Дейвид! — воскликнул Тимоти и, не замечая, что Линда сразу оцепенела, добавил: — Полагаю, теперь тебе станет веселее.

— Дядя Дейвид?! — закричал Тони, пытаясь отстегнуть ремень безопасности и нетерпеливо подпрыгивая на сиденье. — Это его машина? Ой, какая большая! Мы теперь поедем кататься верхом?

— Не думаю…

— Ну, конечно, поедете! — Тимоти без колебаний отверг машинальное возражение Линды. — Дейвид будет очень рад видеть вас. Вчера мы говорили по телефону, и он справлялся, как вы себя чувствуете. Он очень беспокоился о тебе, Линда, — и о Тони тоже, конечно.

— Вот как?

Линда поспешила распахнуть дверцу и выбраться из машины. Она боялась, что ляпнет что-нибудь неуместное, а ей вовсе не хотелось ссориться с отцом Алана.

Сам Дейвид появился, когда она выгружала из багажника пакеты с купленной одеждой. В темной рубашке и черных джинсах, он спустился с крыльца, ответил на восторженные приветствия Тони и взял пакеты у нее из рук.

— Как ты себя чувствуешь? — вежливо осведомился он. — Должен сказать, что сейчас ты не такая бледная, как тогда…

— Как когда? — резко спросила Линда, собирая нервы в кулак.

Если он намерен обнародовать тот разговор у него в гостиной и тем самым загнать ее в угол, ему это не удастся!

— Как в то утро, когда я уехал, — неожиданно ласково пояснил Дейвид, глядя на нее смеющимися глазами. — Я заехал попрощаться с отцом и матерью и заглянул к тебе, но ты спала.

Только и всего?! Линда облегченно вздохнула, но еще некоторое время не могла успокоиться. Между тем Дейвид подхватил мальчика на руки и вместе с Тимоти зашагал к дому. Ей ничего не оставалось, как последовать за ними.

В гостиной был подан чай, и хотя Линда предпочла бы подняться наверх, ей не хотелось оставлять сына с Дейвидом.

— Ой, пышки! — воскликнул мальчик, едва войдя в дверь и уловив аромат свежевыпеченных сдобных булочек.

За очень короткое время он привык к английской кухне, и за это, конечно, нужно было благодарить миссис Даркин.

— Твой отец всегда любил к чаю пышки, — заметил Тимоти, искоса взглянув на Линду.

Но Шарлотта возразила, что больше всех любил пышки Дейвид, а Алан предпочитал к чаю коржики с джемом.