Лето в Италии - Айрис Денбери

Его губы растянулись в улыбке, но в глазах появился недобрый хитрый блеск.

– А как мне быть, если графиня, как она себя называет, приказала не принимать меня? – презрительно спросил он.

– И все же, пока идет судебный процесс, не разумнее было бы держаться подальше отсюда?

Некоторое время он смотрел на нее так, словно не понимал ее слов. Затем лицо его просветлело.

– Понял, понял о чем вы! Если я буду приходить сюда, графиня скажет, что я украл еще что-то из ее драгоценных сокровищ? Но вы же никогда не обвините меня в краже?

– Я тут ни при чем, – улыбнулась Грента. – Это касается только вас и графини Леоноры Страттон. Ваш дядя тщательно сохранил почти каждую бумажку, касающуюся покупки и продажи коллекции, поэтому в свое время мы выявим все предметы, которые он иногда продавал.

Она говорила не глядя на Роландо, но, быстро повернув голову, заметила в его темных глазах выражение неловкости. Он задумался.

– Разумеется. Все прояснится, когда вы с американцем закончите просмотр бумаг, но это еще одна причина, почему вы должны позволить мне помочь вам составить опись.

Некоторое время Грента молчала.

– Я не могу ни от кого принять помощь без разрешения графини. И еще нужно согласие Мервина.

– Графиня! – невесело засмеялся Роландо. – Да она скорее сбросит меня в море, чем согласится. А ваш американец меня не любит. Он мне не друг.

– Как вы можете так говорить? Мервин серьезно относится к своей работе. Университет поручил ему конфиденциальное задание, и он выполнит его как можно лучше.

Роландо печально покачал головой:

– Когда дядя подарил мне некоторые свои картины, пару кресел и несколько столов, чтобы украсить мою виллу, я не знал, сколько несчастий принесут мне эти вещи.

– Веселее, Роландо! Красивые вещи всегда доставляют удовольствие владельцу. Вы можете смотреть на них каждый день и вспоминать дядю.

– Я даже этого не могу себе позволить, – проворчал молодой человек. – Леонора настолько злопамятна и мстительна, что я не осмеливаюсь хранить эти сокровища у себя на вилле! В любую минуту их могут украсть по приказу графини.

– А где же они хранятся? – нарочито небрежно полюбопытствовала Грента.

– Заперты в Неаполе. Поэтому моя вилла довольно бедно обставлена. – Вдруг он повеселел. – Приезжайте ко мне! Прямо сегодня! Я угощу вас ленчем и покажу, что там нет ни одной картины, чаши, ни одного серебряного блюда или предмета мебели, который не принадлежал бы мне по закону!

– Сегодня не могу. У меня много работы, но как-нибудь я приеду посмотреть. А можно мне взять с собой Мервина?

Перед ней возникла дилемма: с одной стороны, она не желала ввязываться в дела графини, поехав на виллу Роландо одна. С другой стороны, если ждать возвращения Мервина, у Роландо будет время спрятать все, что не должно попасться на глаза профессору.

– Боюсь, мне пора вернуться к работе, – неуверенно произнесла Гретна и встала.

Он тоже встал.

– Жаль, что вы не позволяете мне помочь вам. В конце концов, англичанину же вы позволили?

Крейгу? – Ее лицо внезапно исказилось от гнева. – Он прекрасно разбирается в стекле и помог идентифицировать несколько предметов. – Помолчав, она добавила: – Похоже, вы очень хорошо информированы обо всем, что происходит на вилле. У вас, по-видимому, есть надежные шпионы!

– У меня шпионы? – повторил он. В его глазах мелькнула тревога, но потом он засмеялся. – Нет, нет! Не шпионы. У меня повсюду много друзей! Я бы хотел, чтобы вы тоже стали моим другом.

– Ну конечно! Это лучше, чем заиметь еще одного врага!

Когда Роландо наконец-то ушел, Грента решила больше не отвлекаться и погрузилась в работу. Перед обедом раздался телефонный звонок. Наверное, звонит Мервин, интересуется ее успехами.

– Это Крейг, – произнес мужской голос.

– Ах да.

– Я слышал, Мервин уехал. У вас есть шанс устроить себе выходной?

– Не знаю. У меня запланирована масса работы. – Она не хотела слишком поспешно откликаться на его приглашение.

– Я думаю завтра прокатиться на моей яхте. Поеду в Паэстум и могу по пути заехать за вами в Монтори.

Грента тихо засмеялась:

– Стоило Мервину уехать по делам, как меня сразу же приглашают куда-то прокатиться!

– Вот как? И таких людей целая очередь? Кажется, я опоздал. Если бы я знал, то обратился бы к вам намного раньше.

– Да что вы? Удивительно!

– Так вы едете или нет? – В его голосе ясно звучало нетерпение.

Первым порывом Гренты было с легким негодованием отказать ему. Она не собирается потакать его капризам и ехать с ним по первому зову.

– Думаю, мне придется ответить вам позже, – стараясь увильнуть от ответа, произнесла она.

– Ничего подобного вы не сделаете, – отрезал он. – Завтра в десять часов утра я буду в Монтори. Если захотите прокатиться и в это время придете в гавань, я возьму вас на борт. Ciao!

Крейг повесил трубку прежде, чем она даже смогла придумать ответ. Грента улыбнулась тому, как он резко оборвал разговор.

Телефон звонил в этот вечер еще несколько раз, и всякий раз она воображала, что это Крейг хочет получить определенный ответ. Один раз звонил Мервин из Неаполя и сказал ей, что на следующий день отправляется в Рим. Потом звонила графиня и справлялась, все ли в порядке и не одиноко ли Гренте.

– Совсем не одиноко. У меня полно занятий, – поспешно заверила Грента графиню, не упоминая о визите Роландо и приглашении Крейга.

Когда разговор закончился, Грента отправилась к себе в комнату и немного посидела на балконе, уютно устроившись в шезлонге, вдыхая аромат цветов из сада.

Ей не хватало общества Мервина, хотя тот часто после обеда уединялся в своих комнатах. Она поняла, что полюбила живую, веселую Ориеллу и даже графиню, создававшую в доме чувство комфорта и благополучия, несмотря на занятость своими юридическими делами.

Если она намеренно откажется от утренней поездки с Крейгом, то накажет только себя: обидевшись, впоследствии он не будет помогать ей классифицировать коллекцию Страттона. Вероятно, Крейг знал, что Ориеллы и графини нет дома, поэтому пригласил только ее.

И все же ей не хотелось по первому зову бежать к нему. К тому времени, когда настало время ложиться спать, решение так и не было принято.