Два условия счастливого брака - Сандра Филд

Мужчина и женщина вышли из олеандровой аллеи. К счастью, им никто не встретился. Войдя в гостиницу, Брэнт поднял Роуэн на руки и пошел к номеру.

— Прошу ваш ключ, мадам.

Она сняла ключ со шнура на шее и протянула ему. Брэнт открыл дверь, перенес Роуэн через порог и уложил на кровать. Затем он закрыл дверь, включил бра и задвинул шторы. Только теперь он по-настоящему рассмотрел ее. Она выглядела беспомощной, беззащитной и очень родной. Охваченный нежностью Брэнт сказал:

— Роуэн, я думаю, что наши словесные поединки лишь все портили. То есть, не думаю, а совершенно уверен.

Роуэн дрожала.

— Я не могу говорить об этом сейчас. Я очень устала. Только не уезжай завтра в Торонто. Это все, о чем я прошу.

Он опустился перед ней на колени:

— Я не уеду. Клянусь тебе, не уеду. Я также клянусь, что предложу тебе такие условия примирения, что ты не сможешь отказаться. Но не сейчас. Сейчас тебе нужно принять душ, а потом я обработаю твои раны. Где твоя аптечка?

— На дне рюкзака.

— Я найду. А ты иди в душ.

Роуэн потупила взгляд и проговорила:

— Я плохо себя чувствую и не буду снова одеваться, то есть, надену пижаму, но я не...

— Я постараюсь вообразить, что стал монахом, — произнес Брэнт мрачно.

— Свежо предание. — Роуэн с улыбкой встала с кровати, взяла из-под подушки пижаму и удалилась в ванную.

Брэнт достал из рюкзака Роуэн аптечку и попытался не представлять ее тело под струей воды. Роуэн права: он не может вообразить себя монахом.

Она вернулась из ванной: влажные волосы спускались на плечи беспорядочными завитками; пижама из бледно-зеленого шелка состояла из туники и коротких шорт. В воздухе витал знакомый аромат ее шампуня.

Брэнт разложил содержимое аптечки на кровати и усадил Роуэн на стул. Она вытянула руки. Он почистил раны и обработал их мазью с антибиотиком. С коленями дело обстояло гораздо хуже. Несмотря на всю его осторожность, она не могла не вскрикивать от боли. К концу процедуры на лбу у Брэнта выступил холодный пот. Наложив повязку, Брэнт с облегчением сказал:

— Вот и все. Завтра весь багаж будем нести мы со Стивом.

— Не возражаю.

Улыбка исчезла с лица Брэнта. Он мягко отвел ее волосы:

— Я не знаю, что мы будем делать и что будем говорить друг другу в следующие дни. Если хочешь знать правду, изволь: всякий раз рядом с тобой я испытываю страх, даже если внешне все выглядит иначе.

Он медленно и нежно погладил ее щеку. Электрический свет мерцал в его седине. Взгляд Брэнта был переполнен чувствами. Странно, но в его нежности было что-то эротичное, и Роуэн понравилось это сочетание: в прежние годы основой их отношений была лишь страсть.

Брэнт медленно произнес:

— Я знаю, ты хочешь, чтобы я остался. Я тоже этого хочу. Мы чувствуем одно и то же. — Взгляд синих глаз не скрывал переполнявшие его чувства.

Роуэн ласково улыбнулась:

— Мне хорошо впервые за три последние года, — призналась она. — И чудо, что я говорю тебе об этом.

Брэнт взял ее руки в свои. Казалось, что время остановилось, и он даже перестал ощущать напряженность, не покидавшую его до сих пор. Он обнял бывшую жену.

— Мне лучше уйти...

— Знаешь, что мне хочется тебе сказать? — шептала Роуэн. — Оставайся со мной, Брэнт, держи меня в своих объятиях, люби меня, я хочу чувствовать себя твоей... Я так долго была одна. Но я не скажу этого. Возможно, боюсь, что все будет по-старому.

— Ты права. Мы не должны сегодня оставаться вместе. Еще не время. — Он сделал паузу. — Хотя ты знаешь, как я этого хочу.

Она усмехнулась:

— Сейчас это единственное, что я не подвергаю сомнению.

Брэнт коснулся ее подбородка, зная, что сейчас, когда она смеется, он может спокойно оставить ее одну.

— Я увижу тебя завтра утром. Бегство отменяется.

— Мы можем спать до семи часов... Спокойной, ночи, Брэнт.

Как хорошо, что слово «прощай» исчезло! Он наклонился, поцеловал ее в губы и покинул комнату.

Луна запуталась в ветвях деревьев. Ночь была прохладной.

Он был счастлив.

Впервые за последние годы.