Принц на белом коне - Памела Робертс

– Я и не прикидываюсь, просто не понимаю, почему ты так возбудилась. Я тебе черт знает сколько раз говорила, что ты интересная и привлекательная, а ты почему-то мне не верила. И если бы сама себя не заточила добровольно, то уже давным-давно была бы по горло в ухажерах.

Саманта радостно хихикнула в ответ.

– Да ладно, брось преувеличивать!

– Ничего я не преувеличиваю, а говорю так, как думаю. И, между прочим, далеко не впервые. Только ты меня до сих пор не слушала, а упоенно траур носила по своей трагической любви и якобы несостоявшейся жизни.

– Ну хорошо, ты права, а я как всегда полная дура. Но ты даже не представляешь, как я счастлива! Признаюсь тебе, Бет, у меня было предчувствие, что эта повестка пришла не просто так.

– Не просто так?– непонимающим тоном переспросила Бетти. – Что ты имеешь в виду?

– Я сразу почувствовала, что там, в суде, должно что-то случиться. Что-то важное. Для меня лично важное. Понимаешь?

– Ты несешь полную ахинею, – перебила ее восторженные излияния подруга. – Я повторяю в тысячу первый раз: ты не была бы такой одинокой, если бы не приложила к этому все усилия. Тебе достаточно только пойти куда угодно, в любое место, где собираются и проводят свободное время взрослые люди, не связанные семейными заботами. И пойти если уж и не самостоятельно, то хотя бы со мной, а еще лучше с Марком. Ну да ладно, все. – Бетти решила смягчиться и не читать нотаций в неподходящий момент. К тому же и женское любопытство требовало удовлетворения. – Но Сэм, малышка, расскажи же мне про своего нового знакомого.

– Ой, дорогая, ты даже не представляешь, какой он потрясающий, как держится, как выглядит! – тут же восторженно затараторила та. – А манеры... манеры настоящего джентльмена! Голос мягкий, как сливочное масло, простоявшее полдня на столе. И сам такой мужественный, такой серьезный и деловой – настоящий мужчина! С большой буквы!

– А почему ты сказала, что он не обращал на тебя внимания?

– Ну... потому, что так и было... – немного смутившись, ответила Саманта.

– И что бы это значило?

– Брось, не пытайся заставить меня почувствовать себя хуже, чем есть на самом деле. Я и так последние черт знает сколько лет ощущала себя последней тряпкой, никому не нужной, грязной и выброшенной за ненадобностью.

– Сэм, побойся бога! Не смей даже думать так, не то что говорить. Ты самая классная, самая интересная, самая привлекательная из всех известных мне женщин. И талантливая вдобавок! – Бет хихикнула. – Ты не волнуйся, малышка, твой главный поклонник уже совсем скоро вырастет и начнет приглашать тебя во все мыслимые и немыслимые места. Лишь бы твоих гонораров хватило, чтобы финансово поддержать его начинания, потому что моих финансов на это не хватит!

– Бет, я не подведу! Клянусь!

– Но-но, подружка, не давай опрометчивых обещаний! Помни, ты говоришь о моем первенце! Так что я все их запомню и подошью в дело!

Да, нечего говорить, болтовня с Бетти Грин была для Саманты лучшим средством развеять тоску, волнения и прочие неприятные эмоции. Еще пять минут – и они расстались в наилучшем настроении, в высшей степени довольные собой и друг другом. Вернее, это утверждение было действительным лишь для младшей из них – Саманты Брукс.

Бетти же положила трубку на рычаг в состоянии задумчивости и сомнений.

– Бет, что с тобой, малышка моя? – негромко спросил Марк, обняв ее за талию и легонько чмокнув мочку левого уха.

– Не знаю, но как-то мне неспокойно. Не понимаю почему. Вроде Сэм так счастлива, хотя бы временно, но...

– Но что?

– Да бросила она одну фразу, которая меня встревожила. Впрочем, скорее всего, я как обычно придаю слишком большое значение пустякам.

– Ты привыкла опекать Сэм так, словно она твоя дочь, а не подруга, – заметил он. – Это неправильно, милая. И плохо и для тебя, и для нее. Она взрослая женщина и имеет право совершать свои собственные ошибки и учиться на них.

– Ну да, ну да. На одной она учится уже почти шесть лет, – с горечью отозвалась Бет. – Но лучше давай оставим эту тему.

Надо сразу сказать, что Саманта никоим образом не разделяла таких настроений. Она перестала нервничать и в эйфории порхала по дому, ожидая звонка.

И он раздался в начале девятого. Саманта метнулась к телефону так стремительно, что едва не упала, споткнувшись о пуфик у туалетного столика.

– Да, слушаю!

– Привет, милочка, наконец-то я застала тебя!

– О господи, это ты, Джин, – не скрывая разочарования, буркнула хозяйка дома.

– Да, я. Ты, Сэм, как видно, совершенно забыла, что должна была связаться со мной на этой неделе и представить первую часть романа. Я ждала-ждала, потом начала звонить, но безуспешно. Так в чем дело, милая? Как продвигается работа?

– Слушай, Джин, ты извини, но мне сейчас не совсем удобно разговаривать. Давай я перезвоню завтра в редакцию, и мы все обсудим. Идет? – Не дожидаясь ответа, Саманта бросила трубку, энергично чертыхнулась и подбежала к календарю.

Так и есть, срок, указанный в договоре, прошел, а она даже и не вспомнила о нем.

Вот дьявол! Да как же это я так? Первый раз в жизни забыла. И не только забыла, но и не успела. Господи, что ж я завтра скажу ей? – думала она, расхаживая взад-вперед по спальне. Мысли о предстоящем свидании временно покинули ее, вытесненные другими проблемами. Почему я за последние две недели написала не больше двух страниц? Как я могла наплевать на все обязательства? Они же всегда шли мне навстречу, всегда, особенно Джин, а я... Ну что же мне ей сказать, что?

Сев на кровать, Саманта рассеянно провела пальцами по разложенному на ней новому платью и улыбнулась, таким чувственно-нежным ощущением наполнило ее прикосновение к тонкой ткани. И покаянные размышления о невыполненной работе скользнули прочь, а на их место пришли мечты о светлом и радостном будущем, которое начнется сегодня. В любую минуту.

Да, пожалуй, я надену все же его. Не исключено ведь, что после бара мы действительно пойдем ужинать в ресторан, где можно будет потанцевать. Ему будет приятно прикоснуться ко мне, обнять за талию, прижать к себе.

Она прикрыла глаза и стала негромко напевать, представляя, как будет покачиваться в объятиях сильных мужских рук, как их тела и головы будут соприкасаться, как он вдохнет тонкий аромат ее духов и легко поцелует в волосы, а потом немного отодвинется и проникновенно заглянет ей в глаза с немым вопросом, на который она так же молча ответит – да. И их губы сольются в долгом и сладостном поцелуе, который будет длиться целую вечность...

Щеки Саманты покрылись нежным румянцем, грудь вздымалась от учащенного дыхания, соски напряглись, превратившись в твердые, упругие виноградины, а низ живота сжался и начал болезненно пульсировать, томясь по давно забытому ощущению твердого и горячего члена внутри.