Рандеву в Лиссабоне - Айрис Денбери

Он улыбнулся, и взгляд его серых глаз был снисходительным и очень добрым.

— Я уже немного вас изучил и решил, что вы предпочтете быть независимой и тратить деньги по своему усмотрению, а не просить у меня каждый день по нескольку эскудо.

— Вы совершенно правы, — согласилась Дженис.

Весь остаток дня она была в прекрасном настроении, и ей так хотелось кому-нибудь рассказать, что она неожиданно получила целое состояние, но поделиться этим она могла только с Клайвом, которого не видела со дня их встречи в Касилхасе. Она даже не знала, работает ли он еще в их лиссабонском филиале или уже ушел из него. Даже Мануэл не звонил, хотя обещал после последней прогулки.

Несколько раз она сопровождала мистера Уитни в гостиницу «Кастелло», которую сейчас перестраивали, и работала с ним вместе над чертежами и отчетами.

И только позже она поняла, что это короткое затишье предшествовало надвигавшейся буре.

Дженис заканчивала длинный отчет, который мистер Уитни записал на пленку. Вдруг он стремительно вошел в гостиную. Она подняла на него взгляд, и сердце у нее упало: глаза метали молнии, губы твердо сжаты. Все утро он провел в доках на разгрузке электрооборудования для гостиниц, и она не могла представить, что же за катастрофа могла там случиться, чтобы привести его в столь раздраженное состояние.

— Мисс Боуэн! — крикнул он, хотя находился рядом с ней. — Где секретная папка личных дел?

— В специальном чемодане, — ответила Дженис, и кровь отхлынула от ее щек.

— Тогда принесите ее мне! — рявкнул он.

Она открыла чемодан, вынула папку и протянула ему.

— Это тот самый отчет, над которым вы работали на прошлой неделе?

Она кивнула.

— Прочтите мне его вслух, хотя, наверное, вы его настолько изучили, что знаете наизусть.

Она вынула лист, но строчки плыли у нее перед глазами.

— Вы видите имя человека, о котором в нем идет речь?

— Нет.

— К кому, по вашему мнению, он относится?

— Я не имею представления, — промямлила Дженис.

— Это ложь! Вы были уверены, что знаете, и сделали свой собственный вывод, что человек этот — Диксон, не так ли?

— Да, это так.

— Точно. Пожалуйста, посмотрите на шифр документа. Итак?

Она увидела — 1593Л.

— Если бы вы внимательнее относились к папкам личных дел персонала лиссабонского филиала, то вы бы знали, что этот номер относится к Алфонсо Колумбано, главному клерку в нашем офисе.

Дженис сразу вспомнила, как быстро Клайв подхватил сказанную ею полуфразу в кафе в Касилхасе.

Эверард Уитни стал быстро расхаживать по комнате.

— Диксон не выходит у вас из головы, и вы на все готовы, чтобы поддержать его. Вы позвонили ему сразу же, как только я уехал в Гуинчо?

— Нет. — Но она припомнила, что действительно намеревалась это сделать немедленно, но не смогла ему дозвониться, так как он уже уехал на виллу к Карвалью.

— Тогда, должно быть, вы где-то с ним встречались. — Он бросал в нее слова со злостью.

— Нет. Я ничего ему не говорила!

Его гнев только укрепил ее сопротивление. Она понимала, что ни в коем случае нельзя согнуться перед этим безжалостным человеком, который отметал в сторону все оправдания, будто и не слыша их.

— Почему же Диксон пришел ко мне со словами, что он сам разрывает с нами контракт, потому что я уже послал в Лондон отчет о его смещении?

Теперь Дженис осознала, какую она совершила ошибку. У нее с языка сорвались лишь несколько фраз, чтобы немного поддержать Клайва, а тот совершенно неправильно их истолковал, и они стали ловушкой для него самого.

Сейчас было совершенно бесполезно снова все объяснять. Она оказалась в ужасно неловком положении.

— Диксон был послан сюда из Лондона специально, чтобы контролировать деятельность таких людей, как Колумбано, и наблюдать, чтобы остальные добросовестно выполняли свою работу. Но Диксон оказался так же плох, как и все остальные, и все было пущено на самотек. Теперь-то я буду рад избавиться от них обоих, но не уверен, который из них должен быть уволен первым. Если бы Колумбано был профессионалом, я мог бы уволить первым Диксона. Честно говоря, его вообще не нужно было сюда присылать, но я не могу отослать их обоих одновременно, пока мне не пришлют замену.

Он снова стал метаться между балконом и дверью гостиной.

— Из-за вас создалась такая неразбериха, мисс Боуэн, — накинулся он на нее. — Теперь мне придется остаться в Лиссабоне намного дольше, чем я собирался.

Дженис оставалась спокойной, не произнося ни слова. Он подошел и склонился над ней:

— Вас, без сомнения, это устраивает, и вы должны радоваться возможности постоянно видеть Диксона, но это нарушает мои планы.

— Простите, если я подвела вас, мистер Уитни, — только и смогла произнести Дженис.

— Вы что, не понимаете? Я вам доверяю. Работа должна вестись в обстановке совершенной секретности. Я с самого начала вас предупреждал, чтобы вы не ввязывались во всякие интриги. А вместо этого вы позволили Диксону управлять собой, и он решил, что может получать от вас любую информацию.

— Нет, мистер Уитни, Клайв никогда не просил меня ни о какой информации, — запротестовала она.

Эверард горько усмехнулся:

— И совершенно напрасно! Диксону стоило просто направить разговор с вами в нужном направлении, и вы бы рассказали все, что ему было необходимо знать.

По спине у нее покатились капли холодного пота. Она не могла поверить, что Клайв проделал это с ней намеренно. В комнате наступила тишина, но воздух был наполнен обидными упреками и обвинениями. Наконец Уитни произнес:

— Мисс Боуэн, я предоставляю вам выбор. Вы можете отправиться домой в Лондон на первом же самолете, а я справлюсь с делами один, пока не найду вам замену, или, — он сделал паузу, — можете продолжить работать здесь до конца моей командировки, но я хочу получить от вас подтверждение вашей полной честности и неподкупности. Моя работа слишком важна, чтобы зависеть от вашей безрассудной влюбленности, особенно если дело касается человека, подобного Диксону. Это важно особенно теперь, когда он собирается связаться с бизнесом Карвалью.

Каждое его слово больно ее ранило. Как она сможет и дальше продолжать работать с этим тираном, который не может понять и простить человеческих слабостей, который верит только в то, что устраивает его самого, точно так же, как Клайв?

— Мисс Боуэн, до обеда вы свободны. Обдумайте все спокойно. Сегодня вечером мы с вами здесь пообедаем, если, конечно, у вас не намечено свидание с Диксоном, и вы мне объявите о своем решении. Я соглашусь на любой вариант.

Его резкий тон разбудил у Дженис внутреннее негодование, и она была готова встретить его вызов. Она поднялась с кресла и спокойным, слегка напряженным голосом произнесла: