Покорность ей к лицу - Ширли Басби

— Держу пари, мама была в восторге от встречи с вами, — сказал Эдмунд, — и что ей не терпится сообщить добрую весть дедушке. Она пригласила вас отужинать с нами сегодня?

Уитли улыбнулся, предвкушая, в какое затруднительное положение попадет Изабел, когда ее сын вернется домой.

— Нет, — ответил он. — Но я думаю, это потому, что ее вниманием полностью завладел джентльмен, который появился через несколько минут после нашей встречи. Мистер Шербрук… Высокий представительный джентльмен. Сосед, я полагаю?

Эдмунд улыбнулся:

— Мистер Шербрук — мой хороший друг, но они с мамой обычно избегают друг друга. Думаю, мама слишком глубоко задумалась о том, как поскорее от него отделаться, и потому забыла пригласить вас на ужин.

— А теперь, мастер Эдмунд, я полагаю, вы достаточно уже утомили майора Уитли, — вмешался Китинг.

Уитли скрыл раздражение. Он отлично понимал, что на уме у Китинга. Тот, вероятно, посчитал, что Эдмунд достаточно выболтал, и теперь пытается его отвлечь. Это раздосадовало Уитли, однако даже короткий разговор вполне его удовлетворил. И удовлетворение станет еще полнее, когда он выдаст последние новости.

Уитли сделал удивленное лицо.

— Кажется, я чего-то недопонимаю, — проговорил он. — Я не заметил, чтобы ваша матушка избегала общества мистера Шербрука этим утром. Напротив: мистер Шербрук объявил, что они помолвлены.

Воцарилось потрясенное молчание. Уитли, страшно довольный собой, переводил взгляд с одного шокированного лица на другое.

— Вы, наверное, неправильно его поняли, — нахмурился Китинг. — Ни о какой помолвке между ними речь никогда не заходила.

— Мама и мистер Шербрук? Нет, не может быть! — воскликнул Эдмунд. Он вытаращил глаза так, что они едва не вылезли из орбит.

— Мистер Шербрук вас надул, — простодушно заметил Сэм Китинг. — Все знают, что они друг друга не выносят.

Уитли пожал плечами:

— Простите, господа, но мистер Шербрук прямо заявил, что они с миссис Мэннинг обручились.

— И мама не впихнула эти слова обратно ему в рот? — изумился Эдмунд.

— Нет. Насколько я помню, она с готовностью позволила ему поцеловать ей руку и смотрела на него так, будто он совершил подвиг. — Уитли прочистил горло. — Выглядело это весьма трогательно.

Трое других переглянулись, потом посмотрели на Уитли.

— Чепуха! — убежденно сказал Китинг. — Никогда не слыхивал подобной чуши.

— Какой чуши? — поспешила спросить его жена, которая только что вошла в зал с подносом чистых стаканов и кружек.

Китинг, Эдмунд и Сэм заговорили все разом. Разобрать что-либо в этом гаме было невозможно. Миссис Китинг поставила поднос на стойку и подняла руку:

— По одному, пожалуйста.

Китинг бросил на Уитли суровый взгляд:

— Пусть расскажет тот, кто принес эту новость.

Миссис Китинг дружелюбно посмотрела на него:

— В чем дело, майор? Из-за чего эти остолопы так переполошились?

— Ну, я просто передал им новости: миссис Мэннинг и мистер Шербрук собираются пожениться. Мистер Шербрук сам мне об этом сказал сегодня утром. И миссис Мэннинг стояла там же, когда он объявил о помолвке.

Миссис Китинг выглядела ошарашенной. Простое круглое лицо отражало неподдельное замешательство.

— Что вы такое говорите! — пробормотала она. — И намека не было на такой поворот событий. — Хотя… — задумчиво добавила она, — хотя мистер Шербрук не стал бы раскрывать свои карты раньше времени, да и миссис Мэннинг не любительница перетряхивать на людях свое белье. — Ее губы изогнулись в улыбке. — А мне всегда казалось, что эти двое слишком уж много сил тратят, чтобы избежать друг друга. Может статься, они всего лишь хотели скрыть свои отношения до времени. — Она посмотрела на Эдмунда, который стоял и глядел на нее, разинув рот:

— Ну, молодой человек, что скажете? Хотите мистера Шербрука себе в отчимы?

Эдмунд закрыл рот, сглотнул, глубоко вдохнул. Лицо его осветилось благоговейным восторгом. Он выдохнул:

— Я хочу этого больше всего на свете! И дед будет на седьмом небе от счастья. Он не раз говорил мне, что Шербрук стал бы маме прекрасным мужем и если бы она не была такой упрямицей, то сама бы это поняла.

Китинг рассмеялся:

— Да, легко могу представить себе такие слова в устах барона.

Невероятно довольный результатами своего вмешательства, Уитли проговорил:

— Полагаю, ваша матушка расскажет вам обо всем, когда вы прибудете домой.

— Конечно, расскажет! — засмеялся Эдмунд, поставил пустую кружку на стол и, попрощавшись со всеми, умчался прочь.

Изабел пила чай вместе со свекром в маленькой Зеленой гостиной. Ей нравилась эта комната: бледно-зеленый шелк с золотыми узорами на стенах, кремовые портьеры на окнах, толстый шерстяной ковер в оттенках зеленого, кремового и розового на блестящем ореховом паркете. Удобные диваны и стулья, отделанные в тех же тонах, стояли у стен, рядом с ними — изящные столики атласного дерева.

Весна радовала погодой, но по мере того как день клонился к вечеру, становилось все прохладнее, и в камине темно-зеленого мрамора горел огонь. Изабел и лорд Мэннинг сидели у камина и наслаждались теплом.

Изабел как раз поднесла чашку ко рту, когда двери распахнулись, и в комнату пулей влетел Эдмунд. Как всегда, при виде сына сердце ее наполнилось радостью. Какой же он чудесный мальчик, подумала она с оправданной материнской гордостью.

Эдмунд мало чем походил на мать — он полностью пошел в отца, унаследовав его пшеничные волосы, ярко-голубые глаза, обворожительную улыбку и крепкое сложение. Старый барон любил говаривать, что Эдмунд мог бы быть близнецом Хью в этом возрасте.

Сейчас ярко-голубые глаза лихорадочно блестели от волнения. Эдмунд бросился к матери.

— Это правда? — горячо воскликнул он. — Ты выходишь замуж за мистера Шербрука? Твой друг майор Уитли сказал, что сегодня утром мистер Шербрук заявил об этом и ты ничего не отрицала. О, мамочка, как же это чудесно!

Лорд Мэннинг быстро оправился от потрясения. На покрытом морщинками лице отразился такой же восторг, как у Эдмонда. Он подался вперед и воскликнул:

— О, дорогая моя! Это лучшая новость для старика! Ты выходишь за Шербрука! Я не смел бы просить небо ни о чем лучшем! — Он вскочил с юношеской прытью, словно забыв о возрасте, и бросился к звонку в другой части комнаты. — Нам нужно шампанское, чтобы отметить это великолепное событие!

Изабел, будто обратившись в камень, так и застыла с чашкой у рта и приветливой улыбкой на губах. У нее потемнело в глазах. Она едва удерживалась, чтобы не выдать паники, которая душила ее. Приступ глубочайшего отчаяния вырвал ее из паралича, в который ее повергло заявление Эдмунда. Крепко держа чашку дрожащими пальцами, она поставила ее на столик. Слава Богу, не пролила ни капли… Уитли! Чтоб его черной душонке гореть в аду! Глухая ярость вспыхнула в ней, и Изабел мысленно осыпала майора Уитли проклятиями, проявив такую изобретательность и сметку, что в приличном обществе ее явно не поняли бы.