Скромность и тщеславие - Элен Бронтэ

— Мисс Эванс, надеюсь, вы принесли мне добрые вести, — прямо с порога заявила миссис Гамильтон.

У Лорен уже был готов ответ.

— Я поговорила с мистером Монком, как вы того желали, — начала она. — Он, несомненно, влюблен в Уинифред и сделает предложение, но он хочет лучше узнать светскую жизнь, чтобы какой-нибудь неловкостью не уронить себя в глазах мисс Гамильтон и ее семьи. Как только он обретет уверенность в том, что достоин руки мисс Гамильтон, он попросит ее составить его счастье.

Миссис Гамильтон удовлетворенно кивнула:

— Вы меня очень утешили, моя дорогая. Конечно, вам следовало намекнуть ему, что он достаточно хорош со своими нынешними манерами, но, возможно, он прав — ему надо еще немного пообвыкнуться в здешнем обществе, завести полезные связи, и, конечно же, купить дом, в который он сможет привести жену.

— Рада, что смогла быть вам полезной, — скромно ответила мисс Эванс.

— Пойду, пожалуй, поговорю с Уинифред, — сказала миссис Гамильтон. — Я не буду выдавать ей нашу тайну, просто постараюсь объяснить ей, что серьезные молодые джентльмены ведут себя совсем иначе, чем легкомысленные бездельники, готовые сделать предложение сразу же после знакомства с девушкой, а впоследствии не придающие никакого значения брачным обетам.

Лорен улыбнулась и кивнула, конечно же, миссис Гамильтон была права. Мистер Монк, без сомнения, серьезно относится к брачным узам.

Мисс Беринджер не позволила Лорен поехать вместе с Уинифред и ее родителями на бал к лорду Самнеру. Даже заступничество мисс Гамильтон не помогло смягчить сердце тетушки Флоренс. По ее мнению, мисс Эванс и без того слишком много развлекалась в последнее время, немыслимо много для обычной компаньонки. Лорен проплакала два часа, и Уинифред не имела представления, как утешить подругу.

Миссис Гамильтон в качестве утешения предложила заказать Лорен новое платье. Изысканный туалет сам по себе — огромная радость для не лишенной тщеславия девушки, но куда ей его надевать, если злобная старуха заставляет ее день и ночь сидеть взаперти?

Впрочем, Лорен не стала отказываться от подарка и горячо поблагодарила миссис Гамильтон за щедрость.

— Я все-все расскажу тебе о бале! — пообещала Уинифред, поцеловала подругу и выбежала из комнаты, чтобы поскорее сесть в карету.

— Как будто от этого рассказа мне станет легче! — пробормотала Лорен, без сил опускаясь на кровать. — Я так надеялась на этот бал! Может быть, кто-нибудь вроде лорда Невилла обратил бы на меня свой взгляд! И вот теперь я должна сидеть тут с шитьем, колоть себе пальцы, а Уинни будет танцевать с мистером Монком и еще десятком джентльменов! Ах, ну почему, почему я так несчастна?

Ее стенания продолжались не так уж долго, от слез девушка совсем ослабела, у нее разболелась голова и припухли глаза. Мисс Беринджер, поглядев на свою компаньонку, принялась ворчать с еще большим усердием.

— Кажется, вы недовольны своим местом, моя дорогая? — ехидно осведомилась она.

— Что вы, мисс Беринджер, я осознаю, как мне повезло найти это место, — жалобным голосом заверила ее Лорен. — Просто мне так хотелось пойти на бал!

— Вам следовало бы меньше думать о танцах и нарядах! Если вы будете продолжать в том же духе, мне придется расстаться с вами. От вашего кислого вида у меня случится несварение желудка!

— Я прилагаю все усилия, чтобы хорошо исполнять свои обязанности, но мне надо подумать и о будущем! — не сдержалась Лорен. — Когда-нибудь мне придется выйти замуж!

Мисс Беринджер, кажется, до сих пор не задумывалась о том, что ее компаньонка не собирается ублажать ее вечно, и сейчас уставилась на девушку с неодобрением.

— Вам еще рано думать о замужестве! До совершеннолетия вы не получите свое приданое, а без него вы никому не нужны! Да и с ним у вас не так много шансов составить хорошую партию!

— Если я не буду никуда выезжать, как я найду себе мужа? Тогда приданое и в самом деле не потребуется! — Лорен была близка к истерике.

— Бал у лорда Самнера — не то место, где девушке с вашими возможностями следует искать супруга! Скромный викарий или младший сын какого-нибудь лорда — вот подходящая для вас партия, — заявила старуха. — Так что выбросьте из головы все эти глупости и возвращайтесь к своим обязанностям! Нужно составить список вещей, которые я передам в попечительский комитет, и уведомить его членов о чаепитии в субботу. Ступайте писать список и приглашения, если, конечно, вы еще намерены оставаться моей компаньонкой!

Лорен поняла, что зашла слишком далеко в своем стремлении убедить мисс Беринджер в том, что и бедная девушка имеет право мечтать о выгодной партии. Она попросила у старой леди прощения и обещала тотчас выполнить поручение.

Мисс Беринджер сменила гнев на милость, но напоследок сделала еще одно колкое замечание:

— Смотрите, чтобы на приглашениях не осталось следов от ваших слез! Не хватало еще, чтобы уважаемые дамы из благотворительного общества получили измятые бумажки с расплывшимися чернилами! Такого позора я не переживу, и моя смерть останется на вашей совести!

«Ваши родственники поблагодарили бы меня так щедро, что моя совесть тотчас успокоилась бы!» — злорадно подумала Лорен.

Но она ничем не выдала своих мыслей, с кротким видом поклонилась и оставила мисс Беринджер брюзжать в одиночестве.

Уинифред вернулась с бала в прекрасном настроении, хотя и испытывала легкое чувство вины из-за того, что ее подруга провела вечер в одиночестве и слезах. Мисс Гамильтон поделилась с Лорен своими впечатлениями, и девушка как будто наяву увидела и огромную бальную залу, и великолепные вазы с фруктами, и блюда с деликатесами — Уинифред любила покушать и уделила немало внимания угощению лорда Самнера. Тем более что, как догадалась Лорен, танцевала Уинни не так уж много. На балу было множество юных леди красивее мисс Гамильтон, и им досталось больше кавалеров, но Уинифред привыкла к этому и не расстраивалась. Мистер Монк танцевал с ней два раза и еще прогуливался вместе с ней по залу. Если бы приличия позволяли ему пригласить ее еще раз, он бы это сделал — он так и сказал. Но и два танца уже могли навести кое-кого из наблюдательных сплетниц на подозрения об особых отношениях между мистером Монком и мисс Гамильтон, а миссис Гамильтон ни за что не допустила бы пересудов о своей дочери.

— А лорд Невилл был на балу? — спросила Лорен, как только Уинифред остановилась, чтобы передохнуть и сделать глоток травяного чая.

— О да, он там был. Танцевал с самыми красивыми девушками, улыбался самодовольной улыбкой, словом, вел себя как король бала.

— Наверное, так и было, если теперь он желанный гость повсюду.

Уинифред презрительно фыркнула.

— Еще совсем недавно никто и не вспоминал о нем, а теперь все только и обсуждают его костюм, его перчатки, его лошадь и его намерения в отношении мисс такой-то или мисс этакой!