Скромность и тщеславие - Элен Бронтэ

Глядя, как Лорен плавно спускается по лестнице в холл, миссис Гамильтон почувствовала смутную тревогу, но искреннее восхищение Уинифред заставило ее устыдиться своих мыслей.

Золотистые волосы мисс Эванс были искусно уложены и перевиты золотым же шнуром, темная синева шелка придавала глазам загадочный блеск, а лицо казалось чуть бледнее и старше.

— Ты прекрасна! — не сдержавшись, воскликнула Уинифред.

Поспорить с этим утверждением было нелегко, если бы даже и нашелся придирчивый критик, находивший маленькие вздернутые носики недостаточно благородными. Сама Уинифред была в белом платье, расшитом маленькими ландышами, вдоль каждого волана шла зеленая бархатная лента, а волосы украшал букетик настоящих ландышей, бог знает, за какие деньги выписанных мистером Гамильтоном из Королевской оранжереи.

Кажется, Уинифред никогда не выглядела такой хорошенькой, как в этот вечер, и миссис Гамильтон осталась вполне довольна внешностью дочери.

— Ты тоже! — Лорен с удовольствием оглядела туалет подруги. — В таком платье не стыдно даже идти венчаться!

— Думаешь, мне не стоило надевать белое? — встревожилась Уинифред.

— Вовсе нет! Ты словно сама весна, кажется, где ты пройдешь — там расцветут ландыши!

— Довольно поэтических сравнений, мисс! Нам пора ехать, — вмешался мистер Гамильтон, с добродушной улыбкой наблюдающий за девушками. — Через полчаса вокруг вас соберется толпа настоящих поэтов, и они осыплют вас хвалебными одами. Поторопимся же навстречу вашему триумфу!

Подруги рассмеялись и поспешили занять места в карете. Лорен тоже многого ждала от этого бала.

Ехать до дома графини Фортескью было совсем недалеко, но они добрых три четверти часа ожидали своей очереди войти в особняк, вереница карет занимала все соседние улицы.

Как только Лорен прошла в огромные двери, густо покрытые позолотой, она поняла, что этот бал — совсем не то, что бал у мистера Бакстера. Очаровательные леди группками по двое и по трое прохаживались по залу в ожидании начала танцев, к ним то и дело подходили джентльмены, говорили комплименты и умоляли подарить им танец. Никаких благопристойно потупленных глаз и серьезных разговоров — только флирт и кокетство, кокетство и флирт.

Правда, чуть позже Лорен заметила скромно сидевших на стульях около дальней стены залы дебютанток, но даже их смущенный вид казался притворством. А серьезные, основательные беседы велись джентльменами почтенного возраста в курительной и библиотеке, подальше от шумной молодежи.

К Уинифред и Лорен подошел ожидавший их у входа в бальную залу мистер Монк и предложил пройтись. Лорен оперлась на его руку справа, а Уинни слева, и все трое не спеша двинулись сквозь толпу, раскланиваясь с теми, кого они уже знали. Мистер Грегстон пригласил Лорен на первый танец, но она извиняющимся тоном ответила, что уже приглашена, и пообещала Грегстону третий танец, так как на второй ее уже ангажировал мистер Монк.

— И с кем ты будешь танцевать первый танец? — с удивлением спросила Уинифред, едва разочарованный мистер Грегстон отошел искать себе другую партнершу.

— Ни с кем, — улыбнулась Лорен. — Я просто не хотела танцевать с ним.

Мисс Гамильтон понимающе кивнула.

— Надо, чтобы тебя поскорее пригласил кто-то поинтереснее мистера Грегстона.

Лорен пожала плечами — это было не в ее власти. Но она знала, что недолго останется без кавалера.

Большинство молодых леди были в белых или кремовых платьях, и Лорен в своем синем шелке выделялась среди них подобно тому, как роскошные алые розы красуются на фоне робких белых. Она выглядела гораздо более безмятежной и уверенной в силе своего обаяния, чем большинство из них, и это притягивало взгляды.

Мистер Коллпер протиснулся к мисс Эванс и попросил ее танцевать с ним. Вероятно, в это время его матушка угощалась крошечными миндальными пирожными в компании миссис Гамильтон и других своих подруг и не могла проследить за тем, чтобы ее сын ухаживал за подходящими леди.

Лорен с улыбкой согласилась — Саймон Коллпер прекрасно танцевал и был непременным участников всех балов и домашних праздников, что устраивались в поместье Гамильтонов и их соседей прошлым летом. Монк танцевал с Уинифред, и мисс Гамильтон, похоже, никак не могла дождаться первых звуков контрданса.

Наконец графиня Фортескью закончила обмениваться любезностями с гостями и подала знак начинать бал. Графиня, маленькая хрупкая женщина с тонкими черными волосами и холодноватыми голубыми глазами, держалась так властно, что даже казалась выше ростом. Ослушаться ее приказов побоялись бы не только слуги, но и ее родственники и друзья. «Вот бы уметь так подчинять себе людей, — подумала Лорен, занимая место рядом с Коллпером. — Но для этого надо иметь двенадцать поколений родовитых предков, супруга-графа и громадное состояние».

В ходе танца мистер Коллпер улучил момент сообщить Лорен, что ей желают быть представленными двое джентльменов, виконт Шелтли и мистер Прайветт. Мисс Эванс согласилась на знакомство, стараясь выглядеть не слишком обрадованной. Виконт Шелтли — звучит обнадеживающе, но сперва надо на него посмотреть. И мистер Прайветт может оказаться вполне симпатичным. В общем, Лорен обещала Коллперу уделить внимание его друзьям после третьего танца и направилась танцевать с мистером Монком.

— Я ревную! — заявил Монк, едва только фигура танца позволила им говорить друг с другом.

— Кого? — невинно осведомилась Лорен.

— Вас! — с неподдельной пылкостью отвечал ей джентльмен.

— К кому? — все с тем же выражением лукавой невинности поинтересовалась мисс Эванс.

— Ко всем! — не задумываясь, сказал мистер Монк. — На вас смотрит с восхищением такое множество мужчин, что я не знаю, кто из них раздражает меня больше!

Лорен огляделась и с улыбкой покачала головой.

— Думаю, вы ошибаетесь, мистер Монк. Для ревности у вас нет никаких оснований, даже если бы вы и имели на это право.

— Право мне дает мое чувство к вам, мисс Эванс, — прошептал мистер Монк.

Танцующие пары разошлись, и Лорен получила несколько мгновений, чтобы обдумать слова джентльмена. О, конечно, эта речь не стала для нее неожиданностью, учитывая все тайные встречи с мистером Монком… Сайласом, как она стала называть его про себя. И все же, все же…

Несмотря на некоторую развязность поведения, мистер Монк ей нравился. Пусть его образование было несколько односторонним, но он умел остроумно болтать о самых банальных вещах, а этот талант Лорен всегда ценила в мужчинах. Его внешность была довольно заурядной, но не отталкивала, а манера одеваться говорила о наличии вкуса. Словом, Сайлас Монк мог считаться хорошей партией не только в глазах влюбленной в него мисс Гамильтон, ведь он был еще и весьма состоятелен.

Однако Лорен не успела увлечься мистером Монком настолько, чтоб не испытывать волнения при упоминании какого-нибудь виконта или графа. Когда-то был среди знакомых мисс Эванс один джентльмен, который нравился Лорен гораздо больше мистера Монка, и она невольно сравнивала его со всеми остальными своими поклонниками, подлинными и воображаемыми.