Дикая роза - Альберто Альварес

Наконец-то из поездки с друзьями возвратился Пабло. Узнав от Эдувигес, что в доме праздник: Паулетта нашла свою дочь и она теперь будет жить с ними — он с интересом направился в комнату, предназначенную для его как бы сестры, чтобы познакомиться с ней.

Трудно передать, что произошло с ним, когда он увидел Розу Гарсиа. Обмерев, он молча стоял, глядя на Розу и на обнимающую ее со смехом Паулетту.

— Роза, — сказала Паулетта, — это Пабло, сын Роке и мой тоже.

Пабло, словно деревянную, протянул Розе руку.

— Привет, — сказал он растерянно.

— Привет, — довольно спокойно ответила Роза. — Как дела?

Паулетта рассмеялась:

— Разве брат и сестра, которые никогда не виделись, так должны здороваться?.. Ну-ка, Пабло, поцелуй свою сестру.

Пабло повиновался. Он поцеловал Розу в щеку и принужденно спросил:

— Все довольны?

Роза нервно рассмеялась:

— Вроде бы все…

Ужинать дома Пабло отказался. Когда Паулетта упрекнула его в том, что нехорошо уходить с ужина в честь его сестры, он сослался на заранее назначенную встречу, которую не может отменить.

— Прости ему эту неучтивость, Роза, — обратилась к ней Паулетта.

— Нет проблем. У каждого свои дела. Пабло поцеловал Паулетту и ушел.

Эдувигес долго любовалась новым платьем Розы, подаренным ей Паулеттой, и сделала комплимент:

— Какая же ты сегодня элегантная, Розита! Пришел Роке с букетом очень красивых роз.

— Прости, Паулетта, но это не тебе, это Розе.

— Умираю от зависти, но смиряюсь! — улыбнулась Паулетта, гораздо более довольная тем, что цветы подарены Розе, чем если бы она сама получила их.

Роза, никогда не получавшая в подарок таких роскошных цветов, была потрясена и тронута.

— Спасибо, сеньор, — сказала она, поперхнувшись от волнения.

— Ну какой же я тебе сеньор, — сказал Роке. — Если хочешь, зови меня просто папа.

— Заметано, папа! — просияла Роза.

Густой дым от сигар плавал по кабинету. Клубы дыма от трех сигар и тяжелое молчание — это продолжалось уже довольно долго.

Рикардо вместе со своими друзьями-адвокатами Альберто и Хорхе сидел над бумагами покойного лиценциата Роблеса не первый час. Теперь, когда бумаги были изучены и наступила полная ясность, каждый из них задумался над тем, какой может быть найден выход из этой роковой ситуации.

Но молчание становилось нестерпимым. И все трое заговорили одновременно. Они были профессионалами. И то, что из их уст вылетали сейчас лишь общие оценки и рекомендации скорее морального, чем юридического свойства, лишний раз свидетельствовало о тяжести сложившегося положения и о том, что неясно, как из него выходить.

— И домом он тоже завладел! — констатировал Хорхе.

— Если вовремя не будут оплачены счета, подписанные им, вы потеряете дом — это несомненно, — подтвердил Альберто.

Но сумма, необходимая для оплаты счетов, была огромна. Завещание Роблеса замораживало все деньги, пока вопрос о наследнице не будет решен.

В общем, было ясно одно: нельзя сидеть сложа руки. Иначе в очень скором времени вся собственность Линаресов

и само их имя будут поставлены под такой удар, что уже не спастись.

В «Твоем ревашне» было пусто и невесело. Мрачная Сорайда слонялась по залу, думая о том, как несладко придется теперь Куколке.