Жертвы обряда - Маргарита Боулес

Я уставилась на невероятный подарок. Какая изысканная вещь! Я не могла поверить, что колье принадлежит мне! Л’арнии переливались миллионами бликов, светились, словно на них падали лучи солнца, поражали воображение и дурманили. Я вспомнила, что уже неоднократно видела волшебные драгоценные камни, они сияли на одеждах Архангела и на моем бордовом платье во время приема, но приняла их за бриллианты.

– Не могу принять подобную роскошь, – вдруг сказала я, опешив.

– Почему? Тебе не нравится? – опечалился он.

– Очень нравится, но такой подарок… я не ангелика, лишь человек. Цветов вполне достаточно… правда, – никогда не умела принимать подарки. Украшение предназначалось для истинных Первозданных, но никак не для меня.

Аквамарины Аиррэля померкли, на лицо набежала тень, а поза источала угрозу, незримую, но ощутимую, от чего атмосфера сгустилась, лишь Велиал наполнялся веселым любопытством, тянулся за попкорном и даже не скрывал насмешек.

– Не обижай меня, прошу! – воин настаивал на своем, игнорируя любопытные взгляды окружающих. – Ты заслуживаешь гораздо больше, чем одно-единственное украшение, – он застегнул колье на моей шее. – Просто идеально. Ты такая красивая.

Мои щеки зарделись. Что за двусмысленная ситуация! Я чувствовала, что не стоило принимать бесценный подарок, однако ощущала ответственность и понимала, что Саймон оказывает мне знаки внимания, отвергнуть которые я не могла.

– Спасибо за подарок, – моргнула и попыталась улыбнуться.

– Потанцуем? – ангел забрал у меня букет, положил на барную стойку и потянул за собой.

Я не сопротивлялась, но спиной ощущала холодное покалывание. Саймон положил руку на мою оголенную спину и привлек еще ближе, чем мне было комфортно, заставив чуть отодвинуться. Танцевал он не хуже Аира, но я не чувствовала ни единения, ни свободы и не ощущала потребности двигаться, скорее изнывала от стыда и напряжения. Вдобавок я почти физически чувствовала тяжелый взгляд Архангела.

Воин же поглаживал мою спину, плавно перемещая руку вверх и вниз. Саймон не переходил границ, но уже нарушил наше хлипкое дружеское равновесие.

– Мне нужно поставить букет в вазу! – я спохватилась, вырвалась и направилась к бару, точнее, сбежала, как Золушка, но не от принца, а от неловкости.

– Я помогу, – ангел коснулся моего локтя, и я запоздало кивнула, что не укрылось от взгляда Аиррэля.

Мы скрылись на кухне. Саймон поинтересовался, как прошел мой день, и молча слушал, пока я рассказывала, как справлялась с тестом и готовила разнообразные праздничные блюда.

Он уже не дотрагивался до меня, но для прикосновений достаточно и взглядов…

– Нам не хватает обыденности в жизни, – Саймон загрустил и призадумался. – Мы менее разговорчивы и крайне серьезны. Зациклены на спасении мира и поддержании Равновесия.

– Вы другие, но быстро учитесь и умеете удивлять. Ваш мир иной, законы сложнее, а жизнь опаснее.

– Что правда, то правда. А ты скучаешь по Терре?

– Если честно, и да, и нет. Здесь я ограничена в перемещениях и чаще сижу в замке, но стараюсь учиться и не забывать земную жизнь, родителей, друзей. В Терре же я могу делать все, что захочу. Ехать, куда захочу, принимать решения, водить машину, гулять повсюду. В каждом мире есть плюсы и минусы.

Саймон понимающе кивнул.

– Поищем вазу?

– Саймоэль! – возглас Архангела прогремел за спиной, и я сжала губы, сдерживая самодовольную ухмылку. – Я помогу имениннице.

– Уверен? – воин напрягся, и между мужчинами завязалась игра в гляделки.

В конце концов Саймон уступил и ушел.

Аиррэль проследил за ним долгим и хмурым взглядом, открыл верхнюю угловую полку и достал хрустальную вазу.

Сполоснул, забрал у меня букет, налил воды в емкость и поставил в нее растения. Все это он проворачивал грациозно и как-то механически, словно целую вечность занимался флористикой. Я достала пирог из холодильника, взяла нож и разрезала на равные части.

Внезапно Аир развернул меня спиной к столешнице, завел мои руки за спину и навис надо мной, захватывая, словно в капкан. Забрал нож и слизнул с него остатки пирога, смакуя на языке и пробуя на вкус, неотрывно глядя в мои глаза. Я едва не застонала от сексуального зрелища. Между нашими телами не было ни единой щелочки даже для перышка и воздуха. И я не хотела, чтобы он отстранялся и покидал меня.

Нож он убрал и пробежался взглядом по петелькам открытого платья, по вырезам и струящемуся шелку.

– Мне не нравится это платье, – сказал вкрадчиво. – Слишком. Перебор, – добавил уже с мучительным надрывом. Тем не менее в голосе прозвучали металлические командирские нотки.

Обещал же ведь не вмешиваться, но не смог удержаться?

– А я не спрашивала твое мнение, – ответила резко и задрала нос, как учил демон. – Пусти.

– Не могу… видишь… не могу, – признался он с несвойственной ему вибрацией в голосе. Аквамарины потемнели, Архангел бесстыже рассматривал меня с мрачным зовом во взгляде. Но и я не могла пошевелиться и ответить на это почти признание. Дышать становилось тяжело, и невыносимое напряжение достигло предела.

Аир скользнул ладонью по моим губам, оттягивая нижнюю, переместил пальцы к шее, плавно скользнул к груди.

Я уже не дышала, а потом и вовсе прикусила губы, когда он обхватил сосок через шелк платья, приоткрыл, сдвигая ткань, и нежно провел пальцем. И делал это, не отрывая взгляда от моих глаз, наблюдая за реакцией. Наклонился и обдал ореолу горячим дыханием, вершинки моментально набухли, а он лизнул их, оставляя влажный след. Неторопливо втянул сосок, словно смаковал мороженое, облизывал и посасывал, вбирая внутрь и отпуская.

И снова – движение языком, ласки на грани помутнения сознания, приятная истома заструилась по венам и сконцентрировалась внизу. Губы Аира целовали, поглаживали и обдували, втягивали и смело облизывали, а я выгибалась, не сопротивляясь. Он сместился на другую грудь, обнажая ее и целомудренно чмокая, играя и чуть задевая вершинку носом. Обманчиво лаская, а в следующий миг прикусывая зубами. Несильно, игриво – и снова движение языка по кругу.

Ладонь коснулась груди, сминая и обхватывая, то бережно, то жестко, но неописуемо приятно.

Я обмякла, становилась податливой и едва сдерживала рвущиеся наружу стоны и стояла лишь благодаря тому, что он удерживал меня своим телом. Не хотела, чтобы он останавливался. Но раздались шаги, и внезапно все прекратилось.

Мы разбежались по углам, я поправила платье и повернулась спиной к двери, перевела дыхание и с досадой вздохнула.

На кухню зашел Маршал, уточняя, не нужна ли помощь. Я подхватила пирог и прытко понеслась с места преступления.

– Мы не закончили! – вдогонку прорычал Аиррэль, и слова слетели, как угроза и предостережение, но и обещание.

Я проскользнула мимо, стараясь выглядеть уверенно, однако в душе разгоралась буря