Жертвы обряда - Маргарита Боулес

Доминико наклонился и скользяще провел кинжалом по груди, сталь защекотала кожу.

– Кричи, смертная! – он полоснул плоть под грудью, разрезая до ключицы и обнажая мышцы, наклонился, слизывая алые струйки. – Сладкая, даже кровь – и та волшебная.

Я хотела вскрикнуть, но с губ сорвался лишь невнятный шепот.

На зов о помощи никто не пришел, а чернявый замахнулся и полоснул по второй груди, делая глубокий надрез.

– Зови его!

– Зови!!! Архангел сейчас с другой, счастлив, улыбается… сливается, получает силы и Благодать Небес, что гораздо лучше экстаза, детка. Обряд не сравнится с сексом, это как тысячи оргазмов, только ярче, дольше, сильнее и продолжительнее с долгосрочным эффектом. Хватает на пару лет.

– А ты наша…

– Наша…

– Нет, – даже в полубреду я не могла позволить им выиграть. Звать Аиррэля не стала.

– Нет? Строптивая… Дикая… Ничего… Сломаем…

– Все равно не придет, хоть зови – хоть нет!

Моретти прыснули со смеху. Лаззаро перехватил кинжал и сделал кровавую волну, разрезая живот, а затем еще одну, рассекая кожу.

– Умоляй, смертная…

– Умоляю, – закрыла глаза. Боль была повсюду.

Я была болью. Я есть боль. Жалкая. Ненавижу себя, ненавижу их.

– Пожалуйста, убейте меня, просто убейте! Прошу, – голос пропал, хриплых криков больше не было, как и слез. Внутри все оборвалось, губы медленно двигались, шептали мольбы о смерти.

Я желала ее, звала, надеялась и твердила: «Не со мной. Не со мной. Не со мной…»

– Рано, смертная. Не смей умирать. Мы не закончили.

Доминико наклонился, укусил меня, вливая яд и, пользуясь моей полной капитуляцией, полоснул по запястью, но я едва понимала происходящее и уже была за пределами реальности, путая явь и морок.

Кровь хлынула в грязь, и это был конец.

– Это трофей для Архангела. Подарок.

– На память.

Братья синхронно маниакально расхохотались, но золотые зайчики все еще танцевали в глазах на лесной полянке, и я почти ничего не осознавала из-за остатков яда.

Гулкие голоса звучали где-то далеко, долетали до разума перезвончатым эхом.

– Ничего личного, смертная! – чья-то рука схватила меня за волосы, приподнимая над землей и вырывая массивный клок чуть ли не вместе со скальпом.

В следующее мгновение сталь коснулась основания головы, и пряди, подхваченные порывом ветра, наверняка разлетелись по двору. Я приоткрыла глаза.

– Ты страдала вместо него, смертная. Осталось лишь заклеймить тебя, – Доминико вырезал какой-то символ возле линии трусов, а белобрысый перехватил холодное оружие и оставил полосы на ключице.

Голоса братьев сливались в одном долгом звучании:

– Наша… Наша… Навсегда… Навечно…

Моретти по очереди впились в мои губы леденящими поцелуями и пропали, оставляя меня в грязи и луже крови на заднем дворе дома.

Не понимаю, почему я до сих пор не умерла? Хваталась за жизнь?

Нет, я не хотела больше жить. Не цеплялась, не звала, не плакала, не сожалела… Я мечтала умереть, но душа Архангела еще поддерживала во мне трепещущую жизнь, растягивая момент гибели, и эта связь играла не в мою пользу, но осталось недолго.

Перед внутренним взором пролетали обрывки воспоминаний: веселых и грустных, лица родителей, друзей, демона и сияющие аквамарины, родной и любимый взгляд, улыбка, поворот головы.

Неожиданно непогода утихла, небо прояснилось, и сквозь облака прорезались лучики солнца. Счастливчик подполз, уперся носом в мое лицо. Завыл, роняя на землю голубые слезы. Принялся зализывать крылышки, пытался телепортироваться, но не мог. Фыркал фиолетовым дымом и пробовал снова и снова переместиться.

Веки отяжелели, силы иссякали, жизнь покидала тело.

Некто в черных одеждах показался вдали. Девушка приближалась с грацией богини и будто гипнотизировала. Она была красива, как лунный свет, прекрасна, как самая мрачная ночь, с чернильных волос свисали звезды, а в глазах словно плескалась ртуть.

Наконец-то… ты пришла… Азраэль…

Где-то вдалеке сверкнули яркие вспышки аквамариновых глаз, разум уносился далеко… далеко… в Сотхейм…

Конец второй части

От автора

Дорогой читатель, спасибо, что прошел этот путь со Скай до конца. Я понимаю, что сейчас ваши чувства противоречивы. Возможно, вы злитесь на автора, возможно, не понимаете: зачем и за что? Но здесь нет причин и даже не важны причины или оправдания. Ни одна жертва насилия не заслуживала этого ни при каких обстоятельствах.

Последняя глава далась мне нелегко. Я много раз пыталась сократить, что-то убрать, но понимала: такие персонажи, как Моретти, не могли действовать иначе. К сожалению, мы спускались в Нижний мир вместе с демоном и можем представить, какие зверства они вытворяют. Скай не повезло. Я люблю ее всем сердцем и душой… И мне больно было писать эти строки, но, прокручивая все в голове, – иначе не могло быть. Все слишком очевидно. Но! Больше ничего подобного в книгах не предвидится. Можно выдыхать.

В третьей части мы будем наблюдать, как герои справляются с навалившимся горем, смогут ли жить дальше… как будут искать пути искупления и жаждать мести… Помимо этого, нас ждет история Велиала и Мелиссы, Люцифера. Грядет масштабная битва за Небеса.

Увидимся в следующей книге,

ваша Марго!

Примечания

1

Интерпретация древней легенды о создании драгоценных камней.

2

Рианна – Diamonds.

3

Что-то может пересекаться с выдержками из «Лемегетона» – магического руководства (гримуара), составленного в XVII веке из более ранних текстов и включающего пять частей. Один из разделов называется «Гоетия» и отсылает к средневековым ритуалам, связанным с созданием талисманов и вызовом демонов.

4

Varpi – так Аиррэль называет вампиров.

5

Катана – японский меч с длинной рукоятью.

6

Отсылка к одноименному роману (1996) американского писателя Чака Паланика и к фильму «Бойцовский клуб» (1999) режиссера Дэвида Финчера.

7

Ихиль – Скай упоминает первые две буквы его имени и пытается вспомнить имя.

8

Микеланджело (1475–1564) – итальянский живописец и скульптор эпохи Возрождения.

9

И. В. фон Гете. «Фауст». Ч. первая, сц. 3. Бытует мнение, что перевод отрывка сделал М. А. Булгаков.