Время не властно - Нора Робертс

Как здешние люди мирятся с такой ненадежной техникой? Дома у него переносное устройство, которое сообщает погоду в Париже, передает репортажи со всех бейсбольных матчей, предупреждает о пробках на Марсе и вдобавок варит вполне сносный кофе. Причем одновременно. А эта древняя детская игрушка, похоже, способна лишь на еле слышный шепот — все равно что играть на банджо в аэродинамической трубе.

— Дай-ка. — Отложив горчицу, Санни выхватила у него приемник и легонько встряхнула. Через секунду оттуда загремела музыка. — У него своеобразный характер, — пояснила она.

— Какой характер может быть у приемника? — не понял Джейкоб.

— Своеобразный. — Очень довольная, Санни поставила приемник назад, на подоконник, взяла пиво и сандвич и села за стол. — Хотя зачем мне их прогнозы? — Она с жадностью набросилась на еду. — И так видно, что идет снег.

Джейкоб пробовал картофельные чипсы — Санни насыпала полную миску.

— И все же не помешает узнать, когда снегопад прекратится.

— Они могут только гадать. — Санни пожала плечами. Джейкоб тоже сел за стол. — Сколько бы спутников они ни посылали, все равно их прогнозы — всего лишь догадки.

Он открыл было рот, чтобы возразить, но передумал и набросился на сандвич.

— Ты боишься?

— Чего?

— Того, что ты… — Какую бы фразу использовала она сама? — Что ты отрезана от мира.

— Не очень — по крайней мере, день-два я не стану волноваться. А потом начну сходить с ума. — Она нахмурилась. Наверное, не самое удачное словосочетание в разговоре с Джейкобом Хорнблауэром. — А ты?

— Я не люблю сидеть взаперти, — просто сказал он и невольно улыбнулся, услышав, как она постукивает ногой по полу. Опять волнуется — возможно, из-за него. Джейкоб попробовал пиво. — А ничего! — Он оглянулся, но тут музыка прекратилась, и голос принялся читать прогноз погоды. Веселый и ужасно беззаботный диктор добрых несколько секунд болтал о других районах и только потом переключился на Кламатские горы.

«Ну а вас, жителей Кламатских гор, занесло снегом по самые уши! Надеюсь, вы запаслись виски и терпением — метель только начинается. Осадки не прекратятся до завтрашней ночи. Наберитесь мужества — ожидается, что высота снежного покрова достигнет целого метра. Ожидаемая температура воздуха — минус десять градусов; скорость ветра — пятьдесят километров в час. Бр-р-р! Советую утеплиться или согреваться страстной любовью!»

— Не вполне научный подход, — буркнул Джейкоб.

Санни тоже что-то проворчала себе под нос и мрачно воззрилась на приемник.

— Все равно, суть-то осталась. Надо бы принести побольше дров.

— Я принесу.

— Я не нуждаюсь…

— Ты готовила сандвичи, — возразил он, отхлебывая еще пива. — Вот сейчас доем и пойду за дровами.

— Ладно. — Санни не хотелось, чтобы он оказывал ей какие бы то ни было услуги. Некоторое время она ела молча, наблюдая за ним. — Да, жаль, что ты не подождал до весны.

— С чем не подождал?

— С приездом в гости к Кэлу.

Он чуть не подавился. Ел он жадно, потому что сандвич оказался изумительно вкусным.

— Да, наверное. Если честно, я как раз и собирался приехать… раньше. Почти на год. Но ничего не получилось.

— Жалко, что твои родители не смогли прилететь с тобой… так сказать, в гости.

В его глазах что-то мелькнуло — Санни не вполне поняла что. Сожаление, досада, гнев?

— Это было невозможно.

Жалеть его она отказывалась — бесповоротно.

— Мои родители не вынесли бы такой долгой разлуки со мной или с Либби.

Неодобрение в ее голосе растравило и без того кровоточащую рану.

— Ты не имеешь ни малейшего понятия, как мои родители страдают от разлуки с Кэлом.

— Очень жаль. — Однако она передернула плечами, показывая, что ей ничуточки не жаль. — А если они так по нему скучают, могли бы и приехать.

— Он сам сделал свой выбор. — Джейкоб рывком поднялся. — Пойду за дровами.

Ах, какие мы обидчивые, подумала Санни, глядя ему вслед.

— Эй!

Он круто развернулся, готовый дать ей отпор.

— Что еще?

— Куда ты собрался без куртки? Там холодно.

— У меня нет куртки.

— Интересно, все ученые такие бестолковые? — пробормотала Санни, проворно вскакивая и подходя к платяному шкафу. — Ничего глупее не придумал, как ехать в январе в горы без верхней одежды.

Джейкоб глубоко вздохнул и невозмутимо ответил:

— Если будешь и дальше называть меня дураком, я тебя побью.

Санни состроила невинную мину:

— Дрожу от страха! Вот, держи! — Она бросила ему ношеную куртку. — Надень. Меньше всего мне хочется лечить тебя от обморожения. — Она кинула ему пару перчаток и черную спортивную вязаную шапочку. — Кстати, в Филадельфии тоже бывает зима, правда?

Поиграв желваками, Джейкоб кое-как напялил на себя куртку.

— Когда я уезжал из дому, холодно не было. — Он надвинул шапочку на самые уши.

— Ну конечно, это многое объясняет. — Услышав, как он хлопнул дверью, Санни презрительно фыркнула. Никакой он не псих… может, придурковат немного — и дразнить его одно удовольствие. Кстати, если ей удастся раздразнить его как следует, она может вытянуть из него много важного и интересного.

Услышав, как он выругался, она не сдержала смеха. Если ее догадка правильна, он только что уронил себе на ногу тяжелое полено — а то и два. Наверное, надо было дать ему фонарик, но… он заслужил наказание!

Посерьезнев, она открыла ему дверь. Джейкоб был похож на снеговика. Снег облепил даже брови, отчего выражение его лица сделалось злым и удивленным. Изо всех сил стараясь не расхохотаться, Санни впустила его на кухню; он крепко прижимал к груди несколько поленьев. Услышав, как он с грохотом бросает дрова в ящик, Санни откашлялась, хладнокровно взяла его и свою бутылки с пивом и вышла к нему в гостиную.

— Следующую порцию принесу я, — заботливо сказала она.

— Да… это уж точно! — Нога у него болела, пальцы онемели, и он был настроен воинственно. — Как же вы здесь живете?

— А что такое? — с невинным видом осведомилась Санни.

— Да ничего! — Парень кипел от злости. Он обвел рукой не только хижину; он имел в виду весь ее мир в целом. — У вас нет ни электричества, ни современных удобств, ни нормальных средств передвижения… вообще ничего! Если хотите согреться, вы жжете дерево. Подумать только — дерево! Если вам нужен свет, приходится полагаться на какую-то электрическую компанию. Ну а связь — это вообще анекдот. Плохой анекдот.

В глубине души Санни всегда была горожанкой, но никто не смел оскорблять ее родовое гнездо. Она тут же ринулась в бой: