Чёрт из табакерки - Сандра Бушар

Растерявшись на долю секунды, я не нашла ответы на свои вопросы. Логика выбора «невесты» казалась мне странной…

– По ее мнению, никто в здравом уме не захочет быть похожей на мачеху парня. Девушки не хотят быть второй. Обязательно закатят скандал или хотя бы потребуют объяснений… Но всем было плевать, – он сделал небольшую паузу, прежде чем выдохнуть: – Кроме тебя.

Выходит, я была единственной, кто на самом деле заинтересовался Сэмом?! Логику Касандры я понимала с трудом и практически не верила в ее теорию. Но не успела прийти в себя после последнего откровения мужчины, как он внезапно встал со своего места и поднял меня на руки. Затем просто сел в кресло и посадил меня к себе на колени.

Я только открыла рот, чтобы возмутиться, но он заговорил первым, так что пришлось проглотить язык.

– И спасибо, что тогда спасла мне жизнь. Не уверен, что достоин этого. Порой мне самому страшно вспоминать те годы… – нагло забрав из моих рук букет, он положил его на стол. А сам прижал меня к себе так крепко, что кости затрещали. – Отцу никогда не хватало времени даже на родного сына. Зачем ему приемная девочка? К тому же взрослая! Я ненавидел тебя так сильно, что порой переходил грани.

Набрав полные легкие воздуха, я сказала то, что и подумать ранее не могла:

– Ты имел право. Мои родители умерли, и я просто верила в их любовь. Знала, что будь они живы, то моя жизни напоминала бы сказку. А ты имел живого отца, который уделял недостаточно внимания.

– И ты совсем не злишься? – послышался голос Сэма у самого уха. Его губы как бы случайно выводили узоры на моей шее, а пальчик рисовал картины на животе. Казалось бы, такое невинное прикосновение, но удары молнии снова и снова заставляли вздрагивать и нервно прикусывать губу.

– Злилась. Сейчас это в прошлом. Его я отпустила, – честно призналась я, краем глаза заметив странные взгляды посетителей ресторана. Уверена, подобное поведение не входит в их «кодекс чести», но что поделать? Сэма все устраивало.

– И что же именно ты отпустила? – Керн укусил меня за ухо, а затем погладил поврежденное место языком. – Очень интересно, Мия…Говори.

Язык мужчины ласкал мое имя так же искусно, как и губы. Но даже в нежности были слышны власть, жесткость и желание. То, как пальцы жадно сжимали мою талию, громче слов кричало «моя». То, как тяжело он дышал и часто глотал вязкую слюну, говорило о скрытой похоти. Слова внезапно перестали складываться в предложения, а аромат цветов сбивал с толку.

Я заставляла себя вспоминать, что это игра. Вспоминать, что брак наш фиктивный, а интерес – наигранный. Но почему-то сознание не прояснялось, а я ощущала себя словно во сне и под действием дурмана.

– Почему ты купила бабушке-сожительнице только шарф? – внезапно поменял тему Сэм. Наверняка мужчина не просто так вспомнил этот момент. Данная тема его волновала, что подтвердило его немного раздраженное замечание: – У тебя есть безлимитная кредитка.

– Эти деньги «рабочие». Я не собираюсь тратить их на свои нужды, Сэм. А подарок куплен на честно заработанную зарплату, – внезапно его пальцы так сильно сжали мою талию, что я едва слышно вскрикнула и попыталась встать. Но он держал так крепко, что даже не удалось оторваться от кресла. – Ай! Что ты творишь?

– Противно брать мои деньги? Да, Мия? – потеряв остатки показательной нежности, совсем не дружелюбно прорычал он и, прежде чем я успела понять, что именно его так разозлило, саркастично добавил: – Конечно. Моя помощь не так мила, как Давида. Если бы кредитку предложил он, ты бы даже не думала.

– Что?! Он подарил мне заколку, Сэм! – ужаснулась я, с двойным усилием пытаясь встать. Керн словно принял этот вызов, пригвоздив меня к себе намертво. – Я не соглашалась быть его содержанкой!

– Сомневаюсь, что подобных мыслей не возникло в твоей прагматичной головке, – словно кинжалом, полоснул словами Сэм. – Уверен, не забери я тебя тогда в примерочную, сейчас бы лежала с раздвинутыми ногами на заднем сидении авто Давида.

Это был конец моему терпению! На эмоциях я так сильно наступила шпилькой на ногу Сэма, что тот зашипел и отпустил меня. Вскочив на ноги, молча подхватила сумочку и направилась к выходу. Затем поняла, что всего секунда осталась до истерики, а на улице могли быть репортёры.

Поэтому я вернулась и побежала в уборную. Умоюсь, приведу себя в порядок и вон отсюда! Только вот лучше почему-то не становилось. От мысли, что Сэм считает меня настоящей шлюхой, способной на все и с каждым, из глаз ручьем текли слезы. И как я не пыталась объяснить себе, что мнение Керна для меня неважно, каждый раз натыкалась на стену обычной женской обиды.

Дверь сзади скрипнула, и я вспомнила, что на эмоциях даже не подумала ее запереть. Касандра опять пришла ради очередной проверки? Что же, сейчас я не была настроена на разговор!

Резко развернувшись, готова была прямо ответить женщине, но тут же замерла и выключила воду. Это был Сэм. Он молча закрыл за собой дверь на замок, стянул галстук и расстегнул пару пуговиц у ворота. И все это сделал, ни разу не отведя от меня взгляд.

– Я больше не буду это терпеть! – яростно прокричала я, делая шаг назад, когда Сэм начал ступать вперед.

– Знаю, – хрипло отрезал он, продолжая дальше медленно шагать вперед. Расстояние между нам сокращалось, а напряжение натягивалось как струна.

– Я годами создавала свою репутацию, достигала всего сама и никогда не позволяла себе лишнего. Ты просто не смеешь обвинять меня в подобном! – вытянув руку вперед, чтобы мужчина не подошел ближе, я коснулась его груди и тут же отшатнулась. Одно прикосновение ударило разрядом электричества по всему телу и вызвало новую волну слез.

– Не сомневаюсь, – все так же спокойно протянул Сэм, а затем в мгновение ока оказался рядом. Подхватил меня под ягодицы и усадил на край столика рядом с раковиной. Сэм вклинился между моих ног, запустил одну руку в волосы, другую оставил на талии, словно гарантию, что я не двинусь с места. – Можешь злиться, плакать, кричать и даже драться, если так хочется. Но только рядом со мной, поняла?

Я раскрыла рот с желанием покрыть его совсем не девичьими выражениями, но тот накрыл мои губы своими. Ничего более дикого, жадного и грубого мое неподготовленное тело не видело в помине! Его язык так жадно выводил круги по губам, шее и даже по небу, словно помечая каждую клеточку тела собой, своим запахом и энергетикой. Под его напором не устоял бы даже поезд. От его диких рыков звенело в ушах. А от сумасшедшего дыхания голова шла кругом.