Новая любовь Розамунды - Бертрис Смолл

Патрик Хепберн от души рассмеялся.

— Это только твои домыслы, Логан! Хотя граф Гленкирк и прожил полвека, его никак не назовешь седобородым старцем! Он хорош собой, и кровь у него не холоднее твоей! Да-да, он мужчина в расцвете сил, и его любовь к Розамунде Болтон не вызывает сомнений. Я дал бы голову на отсечение, что тут не обошлось без колдовства, но я не верю в такие вещи!

— Так просто я от Розамунды не откажусь! — запальчиво произнес лорд Клевенз-Карн. — Я люблю ее!

— У тебя нет выбора, Логан! У тебя просто нет выбора! — подвел черту граф Босуэлл. — Между прочим, твои братья не дают мне покоя, умоляя найти тебе жену. Я как мог отнекивался, уважая твои чувства к Розамунде Болтон. Но, как глава этой ветви нашего клана, я больше не могу рисковать судьбой Клевенз-Карна и намерен подыскать тебе достойную невесту, Логан. Ты женишься на ней и родишь наследников, потому что так нужно твоей семье. И выкинь из головы эту англичанку!

— Она застряла у меня не в голове, Патрик! Она сидит занозой у меня в сердце! — угрюмо произнес в ответ Логан. — У моих братьев есть сыновья. Пусть один из них займет когда-нибудь мое место хозяина Клевенз-Карна. А я не возьму в жены никого, кроме Розамунды Болтон, — решительным тоном добавил он. — Так где мне ее найти?

— Я не могу позволить тебе по-прежнему сходить с ума из-за этой женщины, — в раздражении заявил граф Босуэлл. — Если я приведу ее к тебе и она скажет, что не желает выходить за тебя, Логан, ты перестанешь дурить?

— Приведи ее ко мне.

— Что еще ты удумал? — пристально посмотрел кузену в лицо граф.

— Приведи Розамунду ко мне, — повторил Логан. — Ты даже можешь остаться с нами, чтобы убедиться, что я не устрою никакой каверзы.

— Очень хорошо, — согласился Патрик Хепберн. — Значит, завтра после мессы. А до тех пор ты будешь сидеть в моих апартаментах, Логан. Полагаю, так будет лучше для всех нас. Ты согласен?

— Я готов ждать здесь, кузен, — послышалось в ответ. Граф Босуэлл отправил одно сообщение королю о том, что его кузен прибыл в Стерлинг, а другое — Розамунде с той же новостью и вежливой просьбой повидаться с лордом Клевенз-Карном в его апартаментах утром после мессы. Вскоре вернулся паж с ответом от короля и леди Фрайарсгейт. Розамунда сообщила, что готова встретиться с графом, но не после мессы, так как королева пригласила ее на прогулку верхом, а перед обедом.

— Передай леди Фрайарсгейт, что нас устраивает это время, — приказал граф пажу.

— Слушаюсь, милорд, — ответил мальчик и, почтительно поклонившись, вышел.

— Королева, будучи в положении, не боится ездить верхом? — удивился Логан.

— Едут верхом ее фрейлины, а она путешествует в коляске, — пояснил Патрик.

На следующий день Розамунда появилась в апартаментах графа Босуэлла в сопровождении своего кузена, лорда Кембриджа. Она была одета в роскошное платье из темно-зеленого бархата с оторочкой из бобрового меха и золотой вышивкой по корсажу. Маленький капор, сдвинутый как можно дальше на затылок, позволял увидеть роскошные золотисто-каштановые волосы. Граф ухмыльнулся, отметив про себя, что у этой красотки вид пресыщенной любовными утехами женщины. Да, Логан прозевал свое счастье и теперь вернуть Розамунду себе ему вряд ли удастся. В какой-то момент графу даже стало жаль своего незадачливого кузена.

— Вы желали видеть меня, лорд Босуэлл, — произнесла Розамунда.

— Скорее мой кузен, Логан Хепберн, хотел вас видеть, мадам, — ответил граф.

Розамунда слегка побледнела, но голосом своего волнения не выдала.

— Он здесь?

— Он ждет вас в соседней комнате, — ответил граф, указав на дверь.

— Он все знает, потому что вы наверняка все рассказали? — вполголоса спросила Розамунда.

Босуэлл молча кивнул.

— И он разозлился? — то ли спросила, то ли утверждала Розамунда.

— А вы ожидали иной реакции, мадам? — вопросом на вопрос ответил Патрик.

— Я никогда не давала согласия выйти за него, милорд, и хочу, чтобы вы это знали, потому что я не из тех женщин, что могут дать слово, а потом забрать его назад. Мой кузен подтвердит то, что я говорю правду.

— Леди Фрайарсгейт ответила вашему кузену отказом, хотя я не могу взять в толк почему, — вступил в разговор Том. — Парень он вполне ладный — как принято говорить у шотландцев. И, похоже, сильно влюблен в мою кузину.

— У нас, Хепбернов, не принято легко мириться с поражением, будь это осада замка или осада женского сердца, милорд, — проговорил граф Босуэлл. — И я здесь не более чем посредник. Леди Фрайарсгейт и мой кузен Логан должны сами все решить. Позвольте угостить вас виски, пока ваша кузина и мой кузен будут обсуждать свои проблемы?

— С удовольствием, — ответил Том и, коснувшись плеча Розамунды, добавил: — Ступай, милая девочка, и поскорее кончай с этим неприятным делом, чтобы и ты, и лорд Клевенз-Карн могли без помех идти дальше по жизни!

— Почему он просто не принял мой отказ? — слегка сдвинув брови, проговорила вполголоса Розамунда и, тяжело вздохнув, посмотрела на графа. — Вы уже нашли для Логана невесту? Его братья настаивают на том, чтобы он женился как можно скорее.

— У меня на примете есть одна или две подходящие особы, мадам, но мой кузен — большой упрямец. Вам придется постараться, чтобы он действительно поверил, что вы не хотите за него замуж.

— Я сделаю все, что в моих силах, милорд, потому что, Господь свидетель, я так сильно люблю графа Гленкирка, что даже час разлуки с ним кажется мне вечностью.

— Так идите, мадам, и постарайтесь убедить в этом моего кузена, — ответил граф и жестом пригласил Розамунду пройти в соседнюю комнату.

Войдя в нее, Розамунда плотно прикрыла за собой дверь и негромко произнесла:

— Доброе утро, Логан. Ты поверишь, если я скажу, что не желаю за тебя выходить?

— Нет, не поверю! — резко сказал Логан. — Что на тебя нашло, милая? Я состоятельный человек и предлагаю тебе честь по чести стать моей женой и носить мое почтенное имя. Ты будешь матерью моих детей и наследников Клевенз-Карна, Розамунда! Я и в мыслях не имел отнять у тебя Фрайарсгейт — если это тебя так пугает! Его наследница — Филиппа. И я уже говорил тебе об этом.

Логан не сводил глаз с лица Розамунды в надежде увидеть в его выражении хотя бы какое-то подобие любви. Розамунда тяжело вздохнула:

— Ты так ничего и не понял, Логан, и, боюсь, никогда меня не поймешь.

— Что я должен понять? — угрюмо спросил Логан. — Что здесь вообще может быть неясного?

— Меня, — ответила Розамунда. — Ты не понимаешь ни меня, Логан, ни моих чувств. Подумай сам: я овдовела в третий раз, а мне всего двадцать три года! Я не хочу снова замуж! По крайней мере сейчас. И если когда-то мне все-таки захочется этого — выбирать себе мужа буду я сама, а не мой дядя Генри и не Маргарита Тюдор. Никто не будет решать за меня! Я всегда честно исполняла свой долг. Делала все, что положено делать леди Фрайарсгейт. А теперь я буду делать то, что захочу.