Утро в Нормандии - Кристин Лестер

Она попыталась приподнять или совсем снять шляпу с нового посетителя, так досадно вставшего между ней и дипломатичным игровым автоматом, который весь вечер терпеливо слушал ее, не проронив ни слова.

– А шляпочка-то у вас, дядечка, прямо как у шерифа!

– А я и есть шериф. – Он смотрел на нее с сожалением и симпатией.

Кейт расхохоталась ему в лицо. Это был еще молодой парень, лет двадцати пяти от силы, и правда в форме шерифа.

– А где сегодня костюмированная вечеринка? Я тоже туда пойду! Дай шляпу померить!

– По-моему, вы – Кейт Морган?

– А откуда вы… А, впрочем! Бармен!.. Еще.

– Я видел мотоцикл перед входом. Это ваш?

– Мой. – Она сильно кивнула, так что голова чуть не оторвалась. – Прокатить? – Кейт смерила взглядом огромную фигуру шерифа и засомневалась. – Нет, не прокачу. Мой Харли обидится.

– За что?

– Он не любит тяжелых пассажиров.

– Меня волнует, как вы поедете домой в таком виде, Кейт.

Она удивленно подняла бровь и сложила губы трубочкой, отчего шериф невольно заулыбался.

– А кто тебе сказал, что я собираюсь домой?

– Но мне кажется, в таком виде…

Она оглядела себя:

– Нормальный вид. Брюки немного грязные. Это после самолета. В Париже – декабрь, знаете ли, – как бы извиняясь за Париж, добавила она.

– Но вы пьяны!

– Мало того… Мало того… – Кейт не знала, как выкрутиться, и запуталась в американских словах. – Более того!

– Да?

– Более того: я собираюсь напиться еще! Бармен!.. Повтори.

– По-моему, ей хватит.

Бармен замер, не решаясь спорить с представителем местной власти.

– А кто ты такой, чтобы… Кто ты такой?! – Кейт презрительно смерила его взглядом и вдруг вспомнила предупреждение отца о новом шерифе. Лицо ее изменилось: – А-а. Точно, отец говорил мне, что в наших краях появился какой-то придурок, который не любит байкеров. Постой. Так ты меня не любишь?! – В ее голосе было столько горечи и разочарования, что бармен, несмотря на критичность предыдущей фразы, расхохотался.

– Никто меня не любит, – тихо добавила она.

Шериф, между тем, не оценил шутки. Может быть, ему не хотелось быть придурком, и, хотя он явно симпатизировал Кейт, голос его стал строгим:

– Давайте-ка, Кейт, я отвезу вас домой на своей машине. И Харли ваш не обидится.

– Хорошо, я вам доверяю, – с ангельской улыбкой сказала Кейт, ибо в голове у нее созрел дьявольский план. – Сколько я вам должна? – спросила она по очереди у «близнецов-барменов». – Запишите на мой счет, у меня совсем нет денег!

– Я заплачу за вас, – великодушно заявил шериф и полез в бумажник.

В эту секунду, не дав никому опомниться и удивительно ловко лавируя между столиками, Кейт рванула к выходу. Она слышала, что шериф бежит за ней, она слышала свое имя, выкрикнутое еще чьими-то знакомыми голосами, и последнее, что она услышала, это звон разбитого стекла после того, как она с силой захлопнула за собой дверь. Больше Кейт уже ничего не слышала, она завела мотоцикл и на огромной скорости умчалась в ночь.

Жалко, что все так хорошо просматривается, подумала она, остановившись миль через пять. Ведь этот толстый придурок сейчас ее найдет! Перед глазами все плыло. Впереди были чьи-то домишки.

И точно: сзади раздался вой полицейской сирены, и она увидела приближающийся огонек фар. С трудом различая дорогу, она снова погнала на предельной скорости, оставив бедного шерифа далеко позади.

– Вот ты почему не любишь байкеров! Ты не можешь их догнать на своем ржавом корыте! Ха-ха-ха! – ликовала она в ночи.

Они проехали еще несколько миль, прежде чем Кейт поняла, что местность ей неизвестна. Ей стало страшно.

Мотоцикл вильнул, «затанцевал» на дороге, и Кейт почувствовала, что не справляется с ним. Нужно было сбавить скорость, но она уже не владела ни собой, ни ситуацией. Сбоку от дороги виднелись силуэты каких-то построек, и, прежде чем она поняла, что происходит, Харли рванул в ту сторону, чуть ли не выскочив из-под нее.

– Ты что, и в правду живой, что ли?! – прокричала она ему и выругалась.

Но было поздно: руль не слушался, от предательской дрожи по всему телу руки жили своей жизнью, и ноги тоже, поэтому повернуть или остановиться она уже не могла. Кейт с бешеной скоростью носилась кругами по чьему-то двору, сшибая на своем пути мелкие предметы и раздолбив в щепки два деревянных крыльца. Потом, когда вой сирены и отсвет фар уже стали совсем близко, Кейт неожиданно покончила со своим затянувшимся визитом в этот двор: она насквозь пробила стену сарая и помчалась прямо по песку, не разбирая местности.

– Эх, – бормотала она, – видел бы меня сейчас Жан! – Ее впервые в жизни развеселило то, что она выглядела бы в его глазах ужасно.

В конце концов у нее закончился бензин. Харли, как подстреленный конь, завалился на бок, и с некоторым усилием выбравшись из-под него, Кейт села на переднее колесо, поджав ноги. От слабости и страха, из-за незнакомой дороги и темноты вокруг ей хотелось заплакать, покаяться перед шерифом и попросить его отвезти ее домой. Она даже всхлипнула. Огонек его машины, неровно дергаясь, то задираясь в небо, то освещая песок под колесами, приближался. Что же она скажет отцу?..

В это время с другой стороны тоже показался огонек чьих-то фар. Кейт встала на землю и немного прошла вперед. Оказывается, ее Харли не дотянул трех метров до дороги! Бедняга! Но ей лучше спасаться от шерифа. Кейт в нетрезвом уме не осознавала, что рано или поздно ей не избежать встречи с ним, разборок и штрафов, ведь он знает ее имя. Но теперь, после такого количества виски, хоть и протрезвев немного от езды, она имела единственное желание: уехать куда-нибудь подальше и чтобы ее не догнали.

Она отчаянно замахала руками, выйдя на трассу. Машина остановилась, и, прежде чем Кейт успела что-то сказать, ее втащили туда и захлопнули дверцу.

С ужасом оглядевшись вокруг, она обнаружила себя внутри фургона в какой-то веселой компании с двумя девушками и тремя парнями.

– А вот и тебе третья, – сказал кто-то у нее над ухом. – А ты говоришь – я не волшебник! Как тебя зовут, малышка?

– К… К… Кейт.

– Ну не надо так волноваться, мы не сделаем тебе ничего плохого, разве только ты сама будешь настаивать.

– Я – Дейв, он – Джон, этот – Майкл. А их я не помню, как зовут. Мы тоже их подобрали на дороге. А ты на них не похожа.

– А почему я должна быть на них похожа?

– В смысле, на уличных девчонок.

– А. Я и не уличная. Я заблудилась.

– Ночью, на дороге?

– Да я от шерифа гонялась, бензин кончился.