Утро в Нормандии - Кристин Лестер

– Да. Оказывается, у них был роман параллельно со мной. Вот так. И он свозил меня в Париж в апреле, помнишь?

– Ну?

– А в мае уже притащил туда Барби и представил родителям. Она тогда врала, что ездила в Винстконсент, к тетке.

– А тебя он, значит…

– А меня не знакомил ни с кем.

Отец прохаживался по комнате, заложив руки в карманы, и, судя по тому, как они оттопыривались, Кейт поняла, что руки сжаты в кулаки.

– Да я их пристрелю! – наконец резюмировал он.

– Боюсь, я тебя опережу сегодня.

– Но как же Барби умудрилась скрыть такое от подруг? И главное – от тебя?!

– А она и не скрывала. Сандра была в курсе с первого дня их романа.

Отец вздохнул, положив руку ей на плечо.

– Да, похоже, тебе действительно нечего делать здесь… В Париже, может быть, ты найдешь себе настоящих друзей.

– А они тоже пока в Париже. Жан поселил их в своем доме, они там развлекаются…

Несколько минут они молчали.

– Ну и зачем же ты приехала? – наконец спросил он.

– Ну…

– Ведь не нас же повидать. Ради нас ты не потащилась бы сюда. Опять к нему?

– Да.

– Зачем тебе это, Кейт?

– Я хочу посмотреть ему в глаза. Последний раз, прежде чем вычеркну его из жизни окончательно.

Она вспомнила, как разговаривала с ней Арлет, как упомянула какое-то коварство… Неизвестно, что он наплел про нее своим родителям, неизвестно, как промывают ее косточки они все: Санди, Барби, Арлет, а она все еще… Да, она все еще любит его. Тут уж ничего не поделаешь.

Кейт встала. Уютная домашняя обстановка стала вдруг тяготить. Резко захотелось на воздух.

– Я прокачусь немного, пап.

– Затосковала!

– Как вампир в полночь.

– Я не стану тебя отговаривать ехать к нему. Просто не советую.

– Ладно.

Отец обреченно вздохнул.

– Впрочем, как хочешь. Тебя ведь не переспоришь. Пива много не пей. У нас новый шериф, он молодой, глупый и очень не любит байкеров.

– Ладно! – крикнула она уже из коридора, который вел в гараж.

Отец покачал головой. Он хорошо знал цену этим «ладно».

Ночной воздух Техаса резанул ее знакомой прохладой. Здесь всегда пахло по-особенному. Она промчалась по двум центральным улицам и свернула в тихие переулки, сбавив скорость до минимума, чтобы подкрасться незаметно к дому Жана. Она вела мотоцикл практически бесшумно, осторожно проезжая мимо дворов со скоростью велосипедиста.

Но незаметно подкрасться не удалось: еще метров за двести до коттеджа на нее налетел с радостным лаем Спесси и, заставив остановить мотоцикл, облизал с ног до головы.

– Ах ты, лохматый! Помнишь меня, дорогой ты мой! Жан снова таскает тебя с собой? – Она трепала его за ушами, гладила по огромной голове. Бог ты мой, какие знакомые ощущения испытывали ее руки! Можно подумать, сейчас она припаркует мотоцикл, как всегда, у крыльца Жана, войдет в дом, обнимет его, и ее руки, ее губы снова испытают такие знакомые и в то же время уже далекие ощущения: Жан…

– Я все еще люблю тебя, – прошептала она, с тоской глядя на огонек в конце улицы. Постояв немного, она стала разворачивать мотоцикл, чтобы уехать отсюда навсегда. Прав папа: ей нечего сказать и не за чем было сюда ехать. Пусть все останется, как есть.

– Спесси! – раздался где-то совсем рядом голос Жана.

Кейт захотелось превратиться в букашечку и незаметно уползти.

– Спесси, я надеюсь, ты никого там не съел? – Он увидел в темноте силуэт Кейт и продолжил: – Простите, девушка, он у меня добрый. Это на вас он так лаял?.. Кейт? – Жан стал вдруг таким бледным, как будто вместо нее в темноте увидел призрак.

– Да.

– Ты что тут делаешь в темноте? Ты шла ко мне?

– Ехала.

– Ну да.

– Я уже возвращаюсь обратно. Спесси! – Кейт с сожалением посмотрела на собаку, к которой полтора года была очень сильно привязана. – Пока, дружок. Мне пора.

– А зачем ты сюда ехала? Может, пройдешь в дом? Что же, мы так и будем в темноте…

– Я же сказала, что уезжаю. Меня ждут небритые мужики на мотоциклах, Жан.

– Кейт, не обижайся. Мы взрослые люди. – Его голос звучал почти с нежностью. – Я очень сожалею, что все так вышло. Если ты хочешь – давай поговорим.

– Боюсь, ты снова скажешь, что я преследую тебя. А дело у меня было к другим людям. Они живут недалеко. И если бы не Спесси…

Жан усмехнулся.

– Что-то я не припомню, чтобы в этом конце города у тебя были знакомые, кроме меня.

– У тебя мания величия, Жан. А люди за полгода могут сильно измениться и найти массу новых знакомых. Даже в твоем конце города! Пока!

Она завела мотоцикл и рванула с места.

Жан пожал плечами, свистнул Спесси и зашагал на огонек своего окна.

– Значит, все-таки судьба! Значит, все-таки судьба, вот черт! – цедила она сквозь зубы, как всегда на большой скорости проносясь по городу. А мимо салона Деррижуса, в освещенной витрине которого красовались свадебные платья, она проскочила, крепко зажмурившись.

Добравшись до любимого бара с веским названием «Корифеи», в котором они с ребятами обычно заправлялись пивом, прежде чем ехать в ночь, Кейт поняла, что хочет напиться. И напиться мертвецки, как никогда в жизни. Чтобы все забыть.

Пройдя к барной стойке и улыбнувшись восторженным приветствиям знакомых в зале, она уселась на высокий стул и попросила виски. Пить виски Кейт не умела и не пробовала.

…Через полчаса их совместных усилий с барменом, который, судя по всему, недавно был взят на работу, ибо Кейт его не знала, она почувствовала, что результат превзошел ожидания. Она пила и что-то бормотала себе под нос. В какой-то момент она увидела, что к ней подошли одноклассники Стивен и Брюс. Но Кейт казалось, что народу значительно больше.

– О, привет, мальчики! А откуда вы все? – Она снова отправила в рот содержимое бокала, задохнулась, зажала губы ладонью и некоторое время сидела, выпучив глаза, пока бармен, уже не первый раз наблюдавший это зрелище, воздев глаза к потолку, со вздохом наливал ей стакан воды.

– О-о-о! – наконец выдохнула она, пытаясь сосчитать барменов. Получалось то четверо, то трое. – Безобразие. Набрали близнецов, поди разбери их, правда?

Она выражала свое неодобрение, уже не в первый раз обращаясь к игровому автомату, стоящему справа от нее через стул. Но теперь, повернувшись было туда, Кейт с удивлением обнаружила, что собеседник был закрыт чьей-то массивной спиной.

– Ууу! – протянула она. – Да мы еще и в шляпе?