Робкая любовь - Виктория Лукьянова

Мое настроение стремительно поползло по шкале вниз.

Махнув рукой, я толкнула дверь и вылетела в коридор. Спустилась по лестнице, цепляясь по привычке рукой за перила, и вошла в гостиную, в которой сидела тетя и разгадывала очередной кроссворд. С ее носа сползали очки в толстой оправе, пока женщина грызла карандаш, вчитываясь в строчки. Пробурчав себе под нос, она потянулась к книжке, которую чаще всего использовала как помощник при разгадывании непростых вопросов, и стала листать затертые желтые страницы с кучей пометок и закладок.

– С каждым разом все сложнее и сложнее, – проговорила тетя, заметив мое приближение. – Наверное, моя голова уже отказывается запоминать верные ответы.

Я пожала плечами, но не стала поддерживать тему возраста тети. Отчего-то мне становилось неприятно думать о том, как тетя жаловалась на здоровье. Или на свою память. Возможно, в этом я тоже была виновата.

– Я могу помочь? – обогнула стол и взглянула на пустые строчки.

– Нет, Лола. Я сама поищу. А тебе пора ужинать.

– Хорошо, я поем, – кивнув, я отошла от стола, как неожиданно замерла, когда вслед прилетели слова тети.

– Этот несносный сосед решил устроить вечеринку! – проворчала она, с грохотом откладывая книгу. – Говорила же, что от него будут проблемы.

Я сжалась. На миг мне почудилось, как тетя подскакивает и мчится на улицу, стучит в дверь и требует от Матвея прекратить. А ведь он еще ничего не сделал!

– Но никаких проблем нет, – прошептала, сжимая кулаки. Ладошки взмокли, и я стала судорожно их растирать о бока, сминая края футболки.

Тетя громко цыкнула и закряхтела, меняя позу. Навалилась вперед, складывая перед собой руки. Я чувствовала, как ее взгляд скользил по мне и будто сканировал. Возможно, дело было в катаракте, которая постепенно забирала зрение тети. Но каждый раз во мне вспыхивало сомнение – а если она видит меня насквозь и знает о моем увлечении Матвеем? Я поежилась под изучающим взглядом и пожала плечами.

– Пока нет, Лола. Не сегодня, так завтра он начнет отравлять нам жизнь. Вот поверь, если сегодня я услышу от них шум, то вызову полицию. Пусть разбираются! Не хватало мне тут пьяных драк под окнами и голых девиц. Знаю я этих мальчишек, которые устраивают вечеринки на заднем дворе! Обязательно что-то да случается.

Я выдохнула, качнув головой. Тетя не исправима. Это она отравляла жизнь соседям, а не они нам. Но мне пришлось прикусить язык и промолчать. Если я произнесу вслух, она огорчится и не будет со мной разговаривать. Или вовсе позвонит родителям. А вот с ними я пока не готова была встречаться. Прошлый наш разговор поверг меня в шок и долго не отпускал. Потому я знала наперед их слова – от меня всегда одни проблемы.

– Думаю, сегодня будет тихо, – ответив, я изобразила улыбку, посмотрев на мрачное лицо тети. Она прищурилась, тщательно рассматривая меня.

И вновь ее сканирующий взгляд – не вру ли я…

– Посмотрим, Лола. А теперь иди ужинать, – приказала тетя и я, кивнув, вылетела из гостиной. Лучше бы вовсе не спускалась вниз, чем оказаться вот так – как на расстреле.

Вбежав на кухню, я схватила тарелку и подошла к кастрюле. Набрала небольшую порцию отварного картофеля и подливки, я вернулась за стол и уставилась в тарелку. Аппетит, как и настроение, барахтался где-то на уровне «ниже плинтуса», но я впихнула в себя пару ложек. Запила все стаканом воды. А дальше действовала по инерции, старясь не думать о том, как мой организм сопротивлялся еде, как тётя пыхтела в гостиной, ругаясь то ли на кроссворд, то ли на соседей.

Все мои мысли сосредоточились на Матвее. Мне стало страшно за него и стыдно за нас. Мы ничего еще не сделали, а я уже готова провалиться сквозь землю, лишь бы не опозориться перед ним. А если тетя исполнит свою угрозу и устроит ему скандал? Вызовет наряд полиции к дому соседа. После такого скандала про нас разлетятся новые слухи…

Сердце в груди ударилось о ребра. Я сглотнула застрявший в горле кусок и с отвращением посмотрела на тарелку. По ее краям я умудрилась размазать подливу, картофелины размяла и превратила в неприятную на вид кашицу.

Оттолкнув тарелку, я подскочила ноги. Вытерла губы тыльной стороной ладони и приблизилась к окну. Из кухни двор Матвея практически не виден – лишь уголок, там, где растут плодовые деревья. Отыскав взглядом забор, я решила – разговора с Матвеем не избежать. Я должна предупредить его об угрозах тети.

Глава 9. Подслушанный разговор

– Всем привет!

Гостей я пригласил немного, но увидеть среди них Марину, вторую лучшую подругу Амалии не рассчитывал. Ник успел доложить, что девушка планировала укатить на все выходные в другой город, поэтому я был расслаблен и не опасался неприятностей, которые умела создавать оторва. Но девушка заявилась вместе с Лесей и Амалией, нисколько не смущаюсь тому, что ее имени не было в списке приглашенных.

– Привет, – вымученно выдавил, покосившись на примолкшего друга. Ник пожал плечами и натянул улыбку.

Никита, как и я, с трудом переваривал Марину, и на это у нас обоих имелись веские причины – от Марины можно и нужно ждать беды. Умела она портить праздники или искать приключения на свою пятую точку, втягивая обычно в это остальных друзей. Мы давно перестали с ней контактировать и не появлялись там, где обитала вечная тусовщица Марина, но вот Амалия к моему удивлению продолжала с ней дружить. Да и мог ли я запретить? Нет, конечно же, не мог.

– Хорошо устроился, – проворковала Марина, пытаясь обнять меня за плечи.

Я вытянулся и, сжав челюсти, стерпел ее «обнимашки», от которых порой болели кости. Девушка хохотнула и прошла дальше, Ник поплелся следом, дав мне знак, что присмотрит за ней. Леся захохотала, что-то рассказывая остальным, а я уставился на Амалию, которая переминалась с ноги на ногу. Одернув футболку, она наконец-то взглянула на меня.

– Привет, – прошептала губами, и получила от меня легкое прикосновение к щеке.

После того, что я узнал от Ника, на душе было неспокойно. Что-то темное и вязкое топило меня, но улыбка девушки, в которую я когда-то влюбился, потеряв голову, растопила сковавший сердце лед.

– Пройдем?

Я подхватил Ами под руку и повел в дом, рассказывая по пути про новое жилище, которым я безмерно гордился. Девушка с интересом рассматривала комнаты, слушала меня, и с ее лица не сходила одобряющая улыбка.

– Тебе нравится? – спросил я, подводя Амалию