Подстава. Книга третья - Елена Звездная

— Ну как голая, — Блондя скептически поглядела вслед девице, — по их меркам да, голая, а так-то на ней останется белье, и кальсоны, и нижняя юбка…

— Нам бы свидетелей… — протянула я.

— Сейчас оформим, — понятливо усмехнулась агент.

И воскликнула максимально громко:

- Я чувствую, что жизнь принцессы шестого дома в опасности!

Мда, эдак они могут во всем обвинить Блондю. Пришлось апеллировать к высшим силам.

- Флоренс, высшие силы послали тебе видение? - испуганно возопила я.

- Дааа! - агент мгновенно вошла в роль. - Вижу куст… Белые тростниковые розы… Вижу опавшие на смятую траву юбки… Вижу мужчину! Там!

Толпа сорвалась с места с таким видом, словно только «там» прозвучало как «фас» и топот многочисленных ног понесся в совершенно верном направлении.

Дальше был визг, крики, вопли про «Какой позор!», «Обесчестили!», «Первый принц обязан жениться!».

- Вот слушала бы и слушала, - мечтательно протянула я.

- Кэп, как вы поняли, что у девицы на него виды? - спросила Блондя.

Мдам, я на всю голову тупая в этих вопросах, но Блонде досталось так, что в сфере межполовых взаимоотношений она совершенно перестала разбираться.

- Ну, давай зайдем с логической точки зрения - Эрих седьмой архонт, а этот относится к первым. Так кого выберет любая амбициозная девица?

— Логично, — согласилась Блондя.

Уровень воплей нарастал. Скандал тоже разрастался.

- Слушай, так есть хочу, - призналась я. - Пошли к матери.

- Эм… она злая на вас, кэп.

- Переживем, - беззаботно решила я.

***

Еще никогда мне не приходилось так давиться едой.

Еда, конечно, была. И много. И вкусная. И в основном зелень и фрукты, еще рыба и морские чего-то там, но, главное, не было мяса. Мясо я бы сейчас не потянула.

А гаракхай между тем вещала.

«Не оставляй врага за спиной!»

«Между убить и убить жестоко выбирай всегда второй вариант!»

«Жалость недопустима!»

«Как ты могла?»

Ну и все в таком духе. Блондя «наелась» минут за пять, после чего свалила в сад, сочувственно поглядывая на меня, и не имея никакой возможности вызволить меня из плена разъяренной гаракхай. А я давилась и думала о том, что Гвен определенно не стоит быть матерью. Хреновая с нее мать. Реально хреновая.

И тут вдали на дорожке показался разъяренный первый принц.

Как я поняла, что разъяренный? Ну, потому что у него была слегка порванная одежда, слегка растрепанная прическа, и слегка перекошенная от гнева морда лица.

Мгновенно заценившая все это Гвен, тихо спросила:

- Что вытворила?

- Да слушай, он девицу из шестого дома обесчестил прямо у всех на глазах. Видимо идет приглашать на неотвратимую свадьбу. А где тут у тебя туалет?

- Там, как зайдешь третья дверь налево, - отмахнулась Гвен, с интересом ожидая визита его высочества.

Я вот в отличие от нее не горела желанием выслушивать истерику мужика, которого чуть не обесчестили у всех на глазах, и в целом я думаю с него хватило - сначала извращенцем назвали, после вот чуть не изнасиловали. Но Гвен ждала с нетерпением.

В туалете я провела не так уж много времени, но все же пока кровь с ноги отмывала, пока с руки, пока макияж поправила - короче долго.

Когда вышла - принц уходил.

А маман моя сидела и ржала, прикрываясь хрен откуда взятым веером.

- Ну, и как все прошло? - поинтересовалась я, решив, что уж теперь-то можно поесть.

- Зашибись, - вытирая слезы, ответила Гвен, - он пытался доказать, что ты применила к даме из шестого дома легендарное танаргское программирование. Одна маленькая деталь – мы не используем эту технику письменно. Никогда. Это чисто вербальная технология… Аааа!

И она заржала так, что почти ушедший было принц остановился и медленно повернулся.

А я ем. А Гвен ржет. А Блондя прикидывается кустиком. А все четыре десятка моих слуг делают вид, что они тут предмет интерьера.

А еще есть два десятка слуг Гвен, и им тоже весело. И принцу все же пришлось уйти. Гвен же достала платочек, демонстративно промокнула глаза, и призналась: — Мне еще никогда в жизни не было так весело. Оказывается, быть матерью это угарно. Может ребенка завести? Нужно будет подать заявку в общество защиты прав младенцев, может и согласятся разрешить мне усыновление, все же я теперь Олидрад. Прожевав порцию рыбы, я сглотнула и спросила: — А самой родить? Просто как по мне так проще родить, тем более Гвен — быть приемной матерью это определенно не ее, у нее может выжить только тот, кто на нее будет хоть наполовину похож.

— А самой никак, — очень тихо, и мгновенно изменившись в лице, произнесла она.

— Я гаракхай, Мел, у меня… нечем рожать.

И веселье словно ледяным ветром смело.

- Слушай, - начала невнятно, - но современные технологии сейчас же…

- Заткнись, - отрезала Гвен.

Схватила воду, выпила залпом, поставила бокал на стол с такой силой, что он треснул и осыпался осколками, и все же сказала:

- Я читала твое дело. Я примерно представляю, что такое гаэрский десант. Я так же в курсе основ подготовки кадетов S-класса. Но давай откровенно – что рекомендуется таким как вы, при встрече с такими как я?

И мне пришлось ответить:

- Бежать.

- Вот именно – бежать, - Гвен посмотрела вдаль невидящим взглядом. - Здесь шестьдесят человек. Мне хватит десяти минут, чтобы убить их всех, и не получить при этом ни единого ранения. И я благодарна своим наставникам, но… я бы отдала все, за то чтобы суметь родить хотя бы одного… человека. У вас не так, Мэл, на Гаэре нет культа матери и ты в свои двадцать семь едва ли ощущаешь потребность дать жизнь. А я… ощущаю. Уже сорок лет как. Но все что мне дано – убивать.

Надо было уходить на этапе разноса моей морали и психики.

- Гвен… - растерянно произнесла я.

Утешать как-то вообще не мое было, не умела я этого.

- Ну да ничего, - она словно снова натянула маску ничего не чувствующего извечно опасного гаракхай, - у меня ты есть, глядишь и внуки скоро появятся. Я буду шикарной бабушкой, да?

Ни за что!

- Ничто не заменит радости материнства, - высказала, выдав нервную улыбку.

Гвен прищурила глаза, как и всегда проявив излишнюю