Тень заговора - Злата Иволга

— А вам не кажется, что мое положение перед стражей будет не в пример выгоднее вашего. Или вам неизвестно, что ее величество не любит магов?

К ее удивлению, мужчина расхохотался.

— Не пугай меня тюрьмой, потому как очень сомнительно, что я туда попаду. Конечно, придется придумать правдоподобную причину, чтобы объяснить мое присутствие здесь в столь позднее время. А после я могу спокойно сдать тебя страже.

— Думаю, после этого вы недолго задержитесь на этом свете, — в тон ему насмешливо произнесла Кьяра. Ей стал надоедать этот разговор, который приходилось вести из столь унизительного положения.

Мужчина, удивленный ее ответом, подошел поближе.

— И чем же ты отличаешься от обычного воришки? Тем, что пробрался в королевский замок?

— Теми, кто за мной стоит, — улыбнулась Кьяра, хотя по-прежнему лежала на животе на полу, подобрав под себя руки, сжимавшие шарообразную шкатулку.

— Надеешься запугать меня? — спросил странный маг, наклоняясь к ней, и неожиданно рывком поднял с пола. — Млет всемогущий!.. — потрясенно воскликнул он. — Да ты женщина!

«Тусарец», — догадалась Кьяра, как только незнакомец упомянул воплощение Бога, которому поклонялись в соседней стране.

— Несомненно, — ответила Кьяра. — Как и то, что иноземных магов королева любит не больше, чем местных.

Незнакомец снова расхохотался.

— И умная женщина! Надо же.

Кьяра не поняла, почему он так развеселился, но уяснила одно: от него необходимо избавиться. Черная полумаска, украшавшая лицо мужчины, много говорила о причине ночного визита во дворец. Свидание. Романтично и загадочно, какой-то фрейлине или гвардейцу повезло. Еще Кьяра по голосу поняла, что он молод, а значит, от излишнего уважения в общении можно отказаться.

— Немедленно отпусти меня, иначе больше не увидишь свою родину и Башню.

— Как невежливо, — укоризненно покачал головой незнакомец и опустил взгляд. — А что это у нас тут?

Кьяра чуть не взвыла от досады — он заметил ее ценную шкатулку.

— Убери руки, — зашипела она.

Мужчина остановился и с интересом взглянул на нее.

— А если нет, то что, испепелишь меня взглядом?

Никогда Кьяра не попадала в такое глупое положение, из которого невозможно было выпутаться, не унизив своего достоинства или не рассказав о себе. Обычно имя Зигфрида действовало на людей отрезвляюще. Кьяра раздумывала, стоит ли говорить наглому незнакомцу, откуда она. Полускрюченное положение, ставшее еще более унизительным из-за того, что маг держал ее за шкирку, не так рассердило Кьяру, как его руки, тянущиеся к шкатулке.

— Убери руки, — повторила она, — и я скажу тебе свое имя и имя того, кто меня послал.

Она с радостью увидела, как незнакомец чуть нахмурился, и противная улыбочка на его лице стала менее уверенной.

— Ну, хорошо, попробуй удивить и испугать меня.

— Я миледи Кьяра Корф. Я прибыла в столицу из Морской Длани по особому поручению герцога Зигфрида.

Последовавшая за этими словами тягостная тишина убедила Кьяру в том, что незнакомец проникся полученной информацией. Он опустил глаза, а когда снова поднял их, в них уже не было насмешливого выражения. Он внимательно осмотрел Кьяру с ног до головы, и невидимые путы, сковавшие ее, исчезли. Кьяра облегченно вздохнула и стряхнула его руку со своих плеч.

— Благодарю, — сказала она, чувствуя себя хозяйкой положения. — А теперь, может, сам представишься?

— Граф Марио Риччи, тусарский посол при дворе ее величества, — немного склонив голову набок, словно к чему-то прислушиваясь, ответил мужчина.

Теперь настала очередь Кьяры удивляться. Посол-маг? Скорее всего, ее величество понятия не имеет, кого впустила в государство. Или у него есть специальное разрешение? Невероятно, король Тусара еще не сошел с ума, чтобы столь грубо и глупо попирать законы страны, где собирался женить своего сына. Значит, граф как маг здесь инкогнито.

— Ладно, испугали друг друга, теперь можно поговорить, — сказал тем временем посол, продолжая внимательно рассматривать Кьяру. Она спрятала шар за спину. — Не знал, что у Корфа есть сестра.

— Я приемная дочь, — коротко бросила Кьяра. — И предлагаю мирно разойтись, сделав вид, что мы ничего и никого не видели.

— Ну почему же? — В его глазах вновь появилось насмешливое выражение. — Я с удовольствием послушаю о Морской Длани, а то у нас в Тусаре многие думают, что такого человека как Зигфрид Корф не существует.

— Это их проблемы. Впрочем, если ты желаешь убедиться в обратном, я могу тебя познакомить с Зигфридом. Только, боюсь, ты ему не понравишься, — усмехнулась Кьяра.

— Я думаю, мы отложим знакомство лет, так скажем, на сто пятьдесят, — весело сказал граф. — Предлагаю подумать о настоящем. Ты собираешься здесь оставаться до утра?

— Нет. Но… — Кьяра немного замялась перед тем, как признаться. — Я немного заблудилась.

Конечно, у нее были планы. Но достать их — значит рисковать вынуть рисунок, найденный в комнатах покойного мага и заботливо спрятанный Кьярой за пазуху. Может, посол знает другой выход из дворца?

Граф прищурил глаза, словно раздумывая, говорит ли она серьезно, а потом кивнул:

— Тогда я могу тебя вывести отсюда, разумеется, за замолвленное за меня словечко перед всемогущим Хозяином Морской Длани.

Кьяра нахмурилась, но, услышав, что он рассмеялся, поняла, что это была шутка.

— Хорошо, и если можно — поторопись.

Граф подошел к ней почти вплотную и попросил:

— Обхвати меня руками.

— Это еще зачем? — рассердилась Кьяра и завела руки со шкатулкой за спину.

Он раздраженно вздохнул.

— Я сказал, что могу вывести тебя отсюда, а способы оставил за собой. Мне необходимо, чтобы мы представляли собой как бы один предмет.

До Кьяры, наконец, кое-что дошло. Все-таки в Морской Длани был маг, и о некоторых заклинаниях она знала.

— Телепорт прямо отсюда? У тебя что — точки по всей столице?!

— Не думаю, что королева отважиться казнить меня. Мой король не оценит подобного шага.

— Дипломатическая неприкосновенность заканчивается там, где начинается грубое попрание законов и традиций государства.

— Каких еще традиций? Использование магии в Илеханде ограничили недавно, и двадцати лет не прошло. В Башнях это расценили как непоследовательность и выразили надежду, что долго этот закон не просуществует.

— Однако ошиблись, а? — довольно хмыкнула Кьяра. Ее начинала раздражать напыщенность и самоуверенность этого тусарца.

— Пока, — сухо сказал граф.

— Я бы не советовала обсуждать подобные вещи в королевском замке. В Илеханде и стены часто имеют уши.

— Уши есть и в Тусаре, а вот языки намного короче, — вздохнул граф. — Думаю, нам пора.

Девушка немного помедлила, а потом, не выпуская из рук шкатулку, тесно прижалась к графу, который произнес несколько непонятных слов, хитро прищелкнув пальцами правой руки. Кьяре прежде не приходилось пользоваться таким способом перемещения. Она испытала странное чувство раздвоенности тела и