Сквозь зомби стекло - Джена Шоуолтер

— Али, мне нужно, чтобы ты проснулась, ладно?

Что угодно ради Коула. Я пробилась сквозь пелену тьмы, окутавшую мое сознание, и разомкнула веки. Сначала увидела лишь дымку белых облаков.

Облака.

Эмма.

Но… ее здесь не было. Где она? Я нахмурилась.

— Хорошая девочка, вот так, — сказал Коул. — Возвращайся ко мне, милая.

Милая. Ласковое обращение.

Он больше не сердился на меня.

Я моргнула и облака исчезли. Коул глядел на меня сверху вниз, облокотившись на край кровати. Черные волосы были взъерошены, а лицо — хмурым, но в нем виднелось облегчение. Его глаза были стеклянными и налитыми кровью, будто он не спал все это время. Щетина отросла еще сильнее.

— Привет, — тихо сказал он.

— Привет. — Мой голос был хриплым, как будто голосовые связки отрезали и только недавно сшили обратно. — Я рада, что ты снова со мной разговариваешь.

Он нахмурился, и внезапно я увидела, как под его усталостью зарождается буря.

— Я никогда не игнорировал тебя.

— Значит, избегал.

Неловкая пауза, прежде чем он признался:

— Да.

Секунду спустя мир вокруг меня погрузился в темноту, остался только Коул. Восторг охватил меня… наконец-то у нас видение…

… мы были в игровой комнате Анкхов, Коул стоял напротив меня. Он улыбался чему-то, что говорила Вероника. Я стояла перед Гэвином, обхватив его щеки руками.

— Ты лучше, чем я думала, — сказала я ему.

— Знаю, — ответил Гэвин.

— Такой скромный.

Он усмехнулся.

— Ты довольна тем, как все закончилось?

Я перевела взгляд на Коула. Напряжение, которое он носил как вторую кожу все эти недели, полностью исчезло. — Да. Да, я…

…Видение исчезло, вместе с моим восторгом, и Коул опустил голову на руки. Он провел пальцами по своим и без того взъерошенным волосам.

— Ты же знаешь, что Гэвин — бабник. Он никогда не был с одной и той же девушкой дважды. И ему никогда не нравились блондинки. У вас ничего не получится.

У него был отрешенный голос, и это меня напугало.

— Меня не интересует Гэвин. — Я попыталась сесть. — Коул, ты должен…

— Ничего не говори. Просто… не надо. — Резкими движениями он засунул две подушки мне за спину и потянулся, чтобы взять стакан воды с тумбочки.

Я поняла, что нахожусь в своей спальне. Солнечный свет пробивался сквозь занавески. iPod, подаренный мне Коулом, был установлен в док-станцию на столе и включен. Тихая музыка наполнила комнату.

Он поднес соломинку к моим губам.

— Пей.

Я повиновалась, прохладная жидкость скользнула в горло, успокаивая на мгновение, а затем забурлила в животе, вспенивая кислоту.

— Спасибо.

Он жестко кивнул и отставил стакан в сторону.

— Давай поговорим о том, что случилось с Джастином.

Да. Ладно. Это была безопасная тема.

— Он в порядке?

— Да, он выздоровел намного быстрее, чем ты.

Обвинение в его голосе сбило меня с толку, и я сердито посмотрела на него.

— Эй, не вини меня. Я здесь жертва.

Он с некоторым раскаянием почесал затылок.

— Да. Знаю. Прости. Было страшно наблюдать, как ты страдаешь, и не знать, чем помочь.

Постепенно я расслабилась.

— Охотник когда-нибудь кусал другого охотника?

— Насколько мне известно, нет. Не тогда, когда оба все еще были людьми.

Почему Джастин? Почему я? Что изменилось?

— Пыталась ли я укусить кого-нибудь, пока была… не в себе? — Как только я спросила, воспоминания нахлынули на меня. Коул. Я пыталась укусить Коула.

— Только меня, — сказал он без малейшего намека на эмоции.

Я впитывала ужас как губка.

— Прости, — поспешно сказала я. — И я знаю, что у меня не получилось. Подожди. Я же не укусила тебя, да?

Он резко кивнул.

— Да.

Я снова расслабилась, но только слегка.

— Прости меня, Коул. Я не понимаю, что на меня нашло, но никогда больше такого не сделаю. Обещаю.

Он пожал плечами… и я не была уверена, пытается ли он сказать мне, что доверяет мне… или нет.

— Я серьезно, — настаивала я.

— Ты не один раз пыталась меня укусить, — сказал он ровным голосом.

Оу. Я не помнила других случаев.

— Прости, — повторила я. — Я не понимала…

— Знаю.

Я сглотнула. Неужели теперь я ему противна?

— Думаешь, «Анима» подговорила Джастина причинить мне боль? Может они хотели, чтобы мы поубивали друг друга?

— Возможно, но, как и ты, я не думаю, что Джастин понимал, что делал.

Согласна. У него были красные глаза…

— Где он сейчас?

— Анкх держал его внизу, в подземелье, как ты любишь это называть, несколько дней, чтобы убедиться, что противоядие подействовало и он не попытается напасть на кого-нибудь еще. Мы провели пару исследований, и в его крови обнаружили странный токсин. Не зомби, а антизомби. Отличается от того, что содержится в противоядии. Мы думаем, что именно он вызвал у него рвоту.

Подождите.

— Несколько дней? Как долго я была в отключке? Ты проверил мою кровь?

Привыкший к моим вопросам, он легко ответил.

— Около недели. И да. У тебя был… есть… тот же самый токсин, только у тебя его гораздо больше, что заставляет нас думать, что ты поделилась им с ним, когда он тебя укусил.

«Дерьмо». Я потеряла еще одну неделю своей жизни. Моя бедная бабушка. Тьфу, мои плохие оценки.

— Как и где я могла получить токсин антизомби? И почему он в моей крови, а не в моей душе?

Он пожал плечами.

— Это может быть способностью, как и видения. И если это в твоей душе, то это в твоей крови. Мы должны проверить все.

Да. Ладно. Все это имело смысл.

Когда я только переехала к бабушке, я нашла дневник, зашифрованный кодом, который, казалось, всегда разгадывался сам собой. Из него я узнала, что некоторые охотники рождаются со странными способностями, которые никто не может объяснить. Ядовитая душа, а значит, и кровь упоминались в дневнике… что на самом деле было хорошо. Как и Джастин, зомби заболевали вскоре после того, как кусали меня.

— Предупреждаю, мы всем сказали, что ты переусердствовала и у тебя снова открылась рана, — сказал Коул. — И то, и другое — правда.

— Спасибо.

Он кивнул и повернулся к двери.

Он… уйдет? Вот так просто?

— Коул, — позвала я. — Нам нужно поговорить.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Коул. — Мой голос хлестнул как хлыст. Я не позволю ему уйти. Не в этот раз.

Он замолчал и повернулся ко мне. На его лице не было никаких эмоций.

— Нам пора это уже прекратить.

Он лишь кивнул, и формальность этого действия меня обеспокоила.

— Я старалась не давить на тебя, но ты должен поговорить со мной. Твое молчание сводит меня с