Исключительно моя - Ника Орлова

Дергаюсь, когда он со всей дури лупит в дверь ногой.

— Ты тупая, безмозглая овца! Ты мне все вернешь, поняла? Я вернусь, даю тебе три дня! Если денег не будет, твоего ублюдочного папашу найдут в одном из городских каналов. А твою смазливую мордашку отремонтирует только пластический хирург.

Напоследок он роняет на пол вешалку у входа и, кажется, уходит.

Подхожу к двери, прислушиваюсь, тихо. Боюсь выходить, оседаю под дверью прямо на пол и плачу. Слезы прорываются обильным потоком и переходят в рыдания. Меня бьет отходняк, я захлебываюсь и громко всхлипывая, впадаю в истерику.

Не ощущаю счета времени, слезы заканчиваются, но я все так же сижу, боясь открыть дверь и увидеть Кириенко.

Спустя какое-то время, снова слышу в коридоре шаги, настораживаюсь, прислушиваюсь. Шаги уходят в комнату, а потом подходят ближе, кто-то дергает за ручку двери, сглатываю, ощущая резкий укол в области сердца.

— Яна! Ты здесь? Яна! Открой!

Титов.

Встаю, отпираю дверь и падаю в его объятия, как в спасательный круг.

— С тобой все нормально? Что тут произошло? Кто это был?

По голосу слышу, что возмущен, он крепко прижимает меня к себе, и я снова начинаю плакать.

— Яна, тебе ничего не сделали?

Машу головой, что нет. Когда немного прихожу в себя, он отводит меня на кухню, переворачивает валяющийся стул, садит на него. Набирает воды и заставляет выпить.

Присаживается напротив на корточки.

— Ты можешь объяснить, что тут произошло?

— Как ты тут оказался?

— Ты обещала прийти на концерт. Но тебя все не было. Булат спросил у Леры, она тоже была в недоумении. А когда позвонила несколько раз, а ты не взяла трубку, я подумал, что-то не так.

— Ты никого не видел, когда подъехал?

— Нет. Кто это был?

— Человек из прошлой жизни.

— А имя у этого человека есть?

— Матвей. Ты последний, кого я хочу втягивать в это дело. Можешь отвезти меня к тетке?

— Могу. Но ты мне расскажешь, кто устроил в твоем доме погром и чего он хотел.

— Я не хочу сейчас говорить об этом.

Он вздыхает, поднимает меня за плечи.

— Одевайся, поехали.

Прохожу в комнату, сумки на диване нет, осматриваюсь вокруг — валяется на полу, выпотрошенная до нитки. Телефона нет, кошелька тоже — урод. Там и паспорт был, вспоминаю я, теперь восстанавливать придется. Все вокруг вывернуто, везде хаос. На душе тоже. Накидываю пальто на вечернее платье, закрываю квартиру, и Матвей увозит меня.

— Из-за этого ты сбежала из Питера? — спрашивает он когда глушит машину у дома родственников.

— Нет. Я уехала из-за отца. А это был другой человек.

— Чего он хотел?

— Матвей, это мои проблемы, не лезь.

— Ты, правда, думаешь, что я это так оставлю?

— Матвей, я тебе никто. Ты придумал себе сказку, а это реальная жизнь. Причем у каждого из нас она своя. Не лезь в мою, пожалуйста, в ней не так все просто. Не нужно нарываться на неприятности, я сама со всем разберусь.

— Яна, какого х*ра? Если бы ты могла разобраться, ты бы не дрожала, запершись в ванной, осиновым листом!

— Ты, что ли, Рэмбо? Или ты думаешь это малолеток на остановке гонять? Все, забудь! Спасибо, что подвез.

Выхожу, закрываю дверь и несусь в подъезд. Не хватало еще, чтобы разборки начал устраивать. Он хоть понимает кто такой Кириенко? И вообще, где он был все это время? А может сидел? Я уже ничему не удивлюсь.

Глава 12

Яна

Прошло три дня с тех пор, как ко мне приезжал Костя. На выходных я ночевала у родственников, а днем мы с Лерой разгребали мою квартиру.

Сказать, что мое настроение ниже плинтуса — ничего не сказать. Я без телефона, потому что зарплата только через неделю, денег мне тетя Лида одолжила, но я экономлю. На карте немного было, но, чтобы ее восстановить, нужен паспорт. Замкнутый круг.

Сегодня я отпросилась на весь день с работы, ни о чем не могу думать, нервы на пределе. Панический ужас ползет по организму липучими щупальцами и не дает ни на минуту забыть о нависшей проблеме. Что мне делать, если он заявится снова? А он приедет, я интуитивно это чувствую.

Безумно стыдно, безумно страшно. Я звонила с телефона Леры Наде, она сказала, что никто в нашей квартире больше не появлялся, все спокойно. Но сегодня выходит срок, который озвучил Кириенко, и я до чертиков боюсь идти домой.

Тетка напрягала написать заявление в полицию, но я категорически отмела эту идею. Знаю, как сейчас работает полиция, никто никому не нужен. Они даже искать его не будут, подумаешь, приехал бывший и устроил дебош в квартире. Только усугублю, если Кириенко узнает, никакая полиция меня не спасет. Кроме того, сейчас понимаю, что он не сам по себе эти машины гонял, он точно работал на кого-то крупного, такие дела крышуются на высоком уровне. Я для них — букашка.

С тяжелым сердцем поднимаюсь на свой второй этаж, достаю ключи и сердце ухает в пятки. В дверях торчит записка. Озираюсь вокруг, изнутри адреналин всплеском выдает порцию дрожи, лихорадочно выдергиваю бумагу, отпираю дверь, забегаю в квартиру и запираюсь на три оборота. Господи, до чего я дошла!

В груди жжет, снова хочется плакать. Не раздеваясь, прямо в коридоре разворачиваю сложенную вчетверо бумажку: «Время вышло! Завтра».

В ушах звенит, а сердце пускается в галоп. Что с этим делать? За эти дни я не нашла ни единого варианта выхода из ситуации. Его нет!

Первая мысль поехать к тетке. Но я не могу все время прятаться. Несколько раз за эти дни было желание рассказать все Маше, чтобы просила помощи у мужа. Но каждый раз останавливала себя. Зачем Мирону такая проблемная подружка? Какому мужу понравится подобная история и почему я решила, что он станет мне помогать? Маша ведь, без него мне точно не помощник.

Прохожу в комнату и опускаюсь на диван. Почему все так? Куда деться от этих разом навалившихся проблем? Потому что решить их одной не под силу. Это только в женских журналах и соцсетях можно встретить радужные цитаты о правильном настрое на жизнь, советы, как не заражаться негативными эмоциями, мыслить позитивно и все получится. Все это работает, когда у тебя все ровно, а когда случается такое,