Играй жестко - Мишель Геркулес

Мое сжавшееся сердце сжимается еще сильнее, когда я вижу Алекса с рыжей девушкой. Он уже собирался сказать, что не вернется в отель, и теперь я знаю, почему. Я расстроена и злюсь на себя за то, что расстроилась. Черт. Теперь я не знаю, смогу ли я убедить его отказаться от свидания, чтобы спасти меня от гада. План Б: помощи просить не придется. Я пущу все на самотек и буду надеяться, что он не назовет меня лгуньей в присутствии Марка.

При моем приближении он поворачивается и сразу же фокусирует взгляд на Марке. Кажется, его глаза темнеют, а челюсть напрягается. Не знаю, то ли его беспокоит, что я прерываю его разговор с рыжей, то ли его раздражает, что я тоже с кем-то.

— Привет, Алекс. У нас изменились планы, — говорю я. — Старый друг моих родителей хочет пригласить нас всех на ужин, и я не могу отказать.

Глаза Алекса немного расширяются, но он быстро скрывает свое удивление. Теперь он смотрит на меня так, как будто пытается прочесть мои мысли.

— А я думала, что ужинать будем только мы вдвоем, — говорит рыжая.

Черт. Черт. Я не могу допустить, чтобы он бросил меня.

— Меня это не удивляет. Алекс очень часто забывает. Он уже рассказал тебе о нашем полете сюда? — спрашиваю я, затем снова смотрю на Алекса.

Он сужает глаза. Он не пропустил завуалированный шантаж.

— Нет. Что случилось? — спрашивает девушка.

— Это неважно. Ты собираешься представить нам своего друга? — он пристально смотрит на Марка.

Я открываю рот, чтобы представить его, но Марк опережает меня, протягивая руку.

— Я Марк Смит младший. Приятно познакомиться.

— Алекс Камински. Тоже приятно познакомиться, — он поворачивается к рыжей. — А это Шейла.

— Шейла Фонтейн, — добавляет она, пожимая руку Марка. — Вы Смит из юридической фирмы "Бингли и Смит"?

— Да… Ну, Смит из этой фирмы — мой отец, но он готовится уйти на пенсию. Как вы узнали?

— Я учусь на юридическом факультете.

— Это фантастика.

Пока Марк и Шейла ведут приятную беседу, Алекс продолжает смотреть на меня. Он выглядит разъяренным, и я уже могу сказать, что рано или поздно он заставит меня заплатить за то, что я испортила ему горячее свидание. Я не боюсь. Наоборот, от его обещания отомстить у меня по спине пробегает волна возбуждения.

— Меня ждет машина, — говорит нам Марк. — Как вы относитесь к итальянской кухне?

— С этим не ошибешься, — отвечает Алекс.

Марк и Шейла идут впереди нас и продолжают свой разговор о юриспруденции. Я чертовски рада, что он, похоже, больше заинтересован во флирте со спутницей Алекса, чем в том, чтобы обращать внимание на меня.

Алекс подходит ко мне и наклоняется ближе, чтобы прошептать мне на ухо.

— Что, блядь, здесь происходит, Блэр?

— Ты оказываешь мне услугу. Ты мой должник.

— Да, я так и подумал. Ты ревновала, что у меня свидание?

Я фыркнула.

— Даже близко нет.

— Я подыграю тебе, но ты расскажешь, почему обламываешь мне перепих.

Острая боль пронзает мою грудь. Я знала, что Алекс собирался трахнуть Джессику Рэббит, но когда он произносит это вслух, мне становится больно. Я не понимаю, что со мной происходит.

— Это не то, что я делаю. Пожалуйста, не говори мне, что ты планировал привести Шейлу в наш гостиничный номер.

— Нет, сладкая. Если только ты не хочешь присоединиться к нам.

— В твоих мечтах.

— Да, наверное, — он смеется. — Лучше бы этот ресторан был хорошим. Похоже, моя спутница гораздо больше заинтересована в том, чтобы подлизаться к твоему другу-адвокату, чем в том, чтобы отлизать мой ч…

— Не смей заканчивать это предложение, — я смотрю на него так, чтобы он видел мой взгляд.

Он ухмыляется.

— Не зазнавайся, моя заноза.

— Ты ничего обо мне не знаешь, Камински. И никогда не узнаешь.

Он обхватывает меня за талию, прижимая к себе.

— Вот тут ты ошибаешься, Вествуд.

Я отталкиваю его, раздраженная тем, что от такой близости мое тело пылает.

ГЛАВА 11

АЛЕКС

Сначала я был в ярости, что Блэр разрушила мои планы на вечер. Я не собирался ни с кем спать во время этой поездки, но я не предполагал, что мне захочется трахнуть Блэр до такой степени, что она начнет поглощать все мои мысли. Мне нужно было перестать думать о ней, поэтому, когда я встретил Шейлу во время регистрации, я решил, что она будет идеальным отвлекающим маневром.

Но теперь стало ясно, что она больше заинтересована в общении с крутым адвокатом. Мы уже почти закончили основное блюдо, а я не обменялся с ней больше чем парой слов. По крайней мере, вечер не совсем провалился. Еда феноменальная, и я наедаюсь до отвала. Я прекрасно обхожусь без светских бесед.

Блэр сидит напротив меня, но она ведет себя довольно тихо. Ее телефон лежит на столе, поэтому, когда он завибрировал, я обратил внимание. Она бросает взгляд на текст, и то, что она читает, немедленно отражается на ней. Ее гримаса очевидна.

— Если позволите, мне нужно в уборную, — она откладывает салфетку и почти вскакивает со стула.

Марк едва удостаивает ее взглядом, прежде чем продолжить разговор с Шейлой. Мне следует оставить Блэр в покое, но я остаюсь на своем стуле всего несколько секунд, прежде чем отправиться за ней. Я не удосуживаюсь сказать им, куда я иду.

Я жду у женского туалета несколько минут. Когда она не выходит, я решаю зайти и проверить ее. Она стоит перед зеркалом, прижимая к глазам салфетку.

— Блэр? Ты в порядке?

Она поворачивает голову в мою сторону.

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Ты выглядела расстроенной. Я пришел проверить тебя. Что случилось?

Она вздохнула.

— Ничего, Алекс.

Я вижу, что все кабинки в туалете пустые, поэтому я подхожу к ней.

— Не морочь мне голову. Почему ты плачешь в туалете? Это как-то связано с тем, почему мы ужинаем с этим куском дерьма?

— Неужели я настолько очевидна?

— Когда ты не пытаешься это скрыть. Ты была в полном отчаянии, когда взяла меня с собой на ваш ужин. Твоя мать пытается свести тебя с этим идиотом Марком?

Ее глаза стали еще круглее.

— Как ты догадался?

— Ты забыла, что я два года играл с твоим братом? Он мог упомянуть что-то о том, как твоя мать контролирует твои свидания.

— Райдер много болтает, когда речь идет не о нем, — она положила ладони на темную каменную стойку и наклонилась вперед, глядя на свое отражение в зеркале.

Я наклоняю голову.

— Я правильно догадался?