Играй жестко - Мишель Геркулес

— Да. Видимо, у меня крутая кривая обучения.

— Раньше ты никогда не напивалась. Что-то происходит? — она сидит на стуле напротив дивана, подогнув под себя ноги.

— Да. Моя мама пытается сватать меня даже на расстоянии. Она устроила мне свидание вслепую, пока я была в Вашингтоне.

— Ни фига себе. Как все прошло?

— Не очень. Мой спутник был больше заинтересована в том, чтобы переспать со спутницей Алекса, чем со мной. Я избежала этого, но не гнева матери.

Джиа поднимает руку.

— Остановись и отмотай назад. Ты ходила на двойное свидание с Алексом Камински, твоим заклятым врагом?

— Отчаянные времена, отчаянные меры. Он был меньшим из двух зол.

— Что случилось?

— Марк — парень, с которым меня свела мама, — написал ей сообщение и пожаловался, что я не знала о его приезде. Естественно, она в ярости на меня.

— Она всегда злится на тебя. Что она собирается делать теперь? Отберет у тебя кредитные карточки?

Я закрываю глаза. Если бы речь шла только о том, что нас лишат финансовой поддержки. Я позволила Джиа поверить, что именно по этой причине я позволяю матери издеваться надо мной, так же как я позволила Алексу думать, что деньги для меня важнее собственного счастья. Они никогда не узнают, почему я терплю мамино дерьмо.

То, что мама может у меня отнять, за деньги не купишь.

— Наверное, — соврала я.

— Ты всегда можешь найти работу.

— Я знаю. Может быть, я начну заниматься репетиторством.

— Ты ведь знаешь, что Алекс этим занимается?

Я снова открываю глаза.

— Нет, я понятия не имела. Откуда у него время?

Джиа пожимает плечами.

— Когда тебе нужны деньги, ты находишь способ.

— Ауч. Я это почувствовала.

— Это не было наездом на твой образ жизни. Ты же знаешь, меня никогда не волновало, что у твоей семьи баснословные деньги.

Я сижу, ущипнув себя за переносицу.

— Я знаю. Наверное, я очень чувствительна к этой теме. Мне пришлось рассказать Алексу, почему я потащила его на ужин со мной и моим спутником, и я уверена, что он считает меня поверхностной.

Джиа приподняла бровь.

— С каких это пор тебя волнует мнение Алекса?

— Меня не волнует.

Она наклоняет голову, сужая глаза.

— Блэр, что-то произошло между тобой и Алексом во время этой поездки? После моего дня рождения вы оба стали вести себя по-другому по отношению друг к другу.

Я рада, что на мне все еще солнцезащитные очки и она не видит правды в моих глазах.

— Он что-нибудь сказал тебе или Ноа?

— Нет. Но… я не знаю. Логан сказал, что Алекс потерял свою энергию, потому что он ни с кем не спал после Бостона.

Мой позвоночник мгновенно напрягся.

— Не спал?

Я говорю слишком громко, и выражение лица Джиа говорит о том, что она это заметила.

— Ладно, выкладывай. Я не вчера родилась, и я слишком хорошо знаю вас с Алексом.

Я хватаю подушку и использую ее как щит.

— Ладно. Может быть, ты поможешь мне разобраться в моей ситуации, — я делаю паузу, облизывая пересохшие губы. — В клубе в Бостоне Алекс подкатывал ко мне, не понимая, кто я такая. Он быстро сообразил, что это я, но с тех пор все изменилось.

— Я так и знала! Что произошло во время этой поездки?

— У Алекса болела спина, и он отказался принимать обезболивающие, поэтому я сделала ему массаж.

— Блэр! Боже мой. Это грандиозно.

Я поморщилась.

— Обычным голосом, пожалуйста. У меня болит голова.

— Извини.

— После массажа ничего не произошло, но это было… интимно. В общем, вчера вечером, после фиаско с ужином, я хотела забыть о маме и ее затеях, поэтому мы с Алексом снова напились текилы, а потом… — я отворачиваюсь. — Черт. Я попросила его поцеловать меня.

— Не может быть!

— Может, и теперь я хочу умереть. Как мне вести себя с ним на следующей неделе?

— Ты не видела его сегодня утром?

— Я выскользнула из отеля до того, как он проснулся, и успела на более ранний рейс. Вот как я унижена.

— О, Блэр… Я уверена, что все будет хорошо. Ты была пьяна и дурачилась. Ничего страшного.

Я скрестила руки и надулась.

— Это действительно большая проблема. Я его ненавижу.

Джиа смеется.

— Да ладно. Давай серьезно. Ты не ненавидишь его, а он не ненавидит тебя. Вы нравитесь друг в другу уже давно, и все это видят.

Мои глаза становятся круглее.

— Нет! Кроме того, даже если бы это было правдой, это не должно делать тебя счастливой.

— Почему нет? Я была бы рада, если бы два моих лучших друга сошлись.

— Извини? Ты всегда говорила, что Алекс не подходит на роль парня.

— Нет, я говорила, что он будет отличным парнем, когда выкинет из головы все шлюшьи замашки.

— Кто сказал, что он выкинул? Да он в мгновение ока нашел с кем трахнуться в Вашингтоне! Это я разрушила его планы.

Джиа смотрит на меня многозначительным взглядом.

— Блэр, Алекс никогда ни за что бы не сделал того, чего не хотел. Если бы он хотел переспать с той девушкой, он бы это сделал.

Я понимаю, почему она так считает, но она не знает, что я шантажировала его, и я не собираюсь признаваться. Алекс никогда не простит мне, если я расскажу кому-нибудь о его фобии, и как бы я ни убеждала себя, что он мне безразличен, это

АЛЕКС

Утром я был в плохом настроении не из-за стука в голове и не из-за того, что чуть не опоздал на самолет. Я проснулся и обнаружил, что моя соседка исчезла, не оставив ни одной записки. Никогда еще девушка не исчезала от меня вот так после секса. Это я тот, кто сбегает, если у меня нет настроения для утреннего раунда. Хуже всего то, что я даже не трахнул Блэр. Неужели она думала, что я попытаюсь залезть к ней под юбку сегодня?

Логан встречает меня в аэропорту, и с ним щенок Блэр. Я затаскиваю ее к себе на колени, и она радуется, как может, виляет хвостом и пытается лизнуть меня в лицо. По крайней мере, одна Блэр рада меня видеть. Другая убежала, чтобы избежать моего присутствия.

— Чувак, ты выглядишь как черт. Ты что, ушел в запой или что-то в этом роде?

— Слишком много гребаных шотов текилы, — я помассировал висок.

— Правда? Я думал, на конвенции будут одни