Все время с тобой - Сара Пурпура

– …есть, знаю, но я не голодна. Мне перехотелось.

Продолжаю провоцировать его, и он ведется на это.

– Ты специально срываешь на мне злость.

– И зачем же это делаю, по-твоему?

– Потому что игнорирую тебя. Хочешь, чтобы я обратил на тебя внимание?

Нестерпимое унижение горячо обжигает, и мне хочется залепить по прекрасному лицу.

– Ты чересчур большого мнения о себе, Вэрд.

И ты заслуживаешь этого. Я люблю тебя.

Его глаза горят яростным огнем, а руки вцепились в спинку скамейки.

– Это то, что я хотел услышать, – произносит он, прежде чем подняться.

Заметив это, Брэд тут же приглашает его к бильярду:

– Дез, сыграем парный поединок?

Остальные, временно закончив с пиццей и пивом, тоже проявили желание погонять шары.

Лиам с Шерманом решили сыграть против Эрнандеса с Аароном и заняли соседний бильярд.

– Фэйт, принцесса, ты идешь? – зовет Брейден подругу, которая в ответ качает головой:

– Нет, не хочу, я не умею играть.

– Я тебя научу, – настаивает Брэд.

– Нет, мне не нравится бильярд. – Фейт непреклонна. – Ты можешь сыграть с Анаис.

– Анаис, что скажешь? – Брейден нетерпеливым голосом переключается на меня.

– Я не так хороша, однако из тех, кто не сдается до самого конца, – сердито откликаюсь и наклоняюсь так, чтобы оголить вырез на майке, смерив взглядом Дезмонда, который встает в паре с Виолет.

Затем подхожу к бильярдному столу, пока Брейден укладывает шары в черный треугольник.

– Проиграющий платит за пиво? – предлагает он.

– Согласен, – слегка осипшим голосом откликается Дез.

В глубине души надеюсь, что такую реакцию вызываю у него я, виляя перед ним ягодицами.

Меня совсем не волнует ни Виолет, ни то, что она может подумать. Приходя сюда, я не подписывалась, что буду уважать все, что происходит между ней и Дезом. Против всякой логики и без крохи уважения к самой себе, наоборот, хочу напомнить ему о том, что было между нами.

Мы начинаем игру, и я, как предупреждала, не выказываю особых способностей. Умудряюсь загнать в лузу лишь белый шар и разочарованно гляжу на Брейдена.

– Готовимся платить.

Пытаюсь разрядить обстановку. Одновременно с этим наблюдаю за Виолет, которая играет намного лучше меня.

Каждый раз, когда шар закатывается в лузу, она требует у Деза поцелуй, и он, кажется, поглощен ею. Их сопричастность друг другу продолжает, словно змеиный яд, проникать в мою кровь. Испытываю то же ощущение, что и в вечер на празднике команды. Оно парализует меня и причиняет проклятую боль.

Мы проигрываем поединок и выплачиваем ставку.

– Я хочу реванш, – восклицает Брейден, который заметно охмелел. – Но на этот раз поменяемся командами. Я не хочу играть вместе с Анаис.

– Эй, – одергиваю его.

– Прости, Ана, но это правда, – отзывается Брэд. – Нужно сбалансировать команды. Я буду играть с Виолет, а ты с Дезом.

Если бы Брейден не был так разгорячен, подумала бы, что он нарочно придумал это.

Дезмонд в ответ пожимает плечами, но Виолет эта идея не слишком по нраву, и она наконец-то демонстрирует, что не настолько бесхребетна, как может показаться.

– Команду-победительницу не меняют. Забудь об этом, Брэд.

– О, ну же! Ты сильна, и он силен. У нас нет ни единого шанса, – не унимается Брейден.

Я могла бы поменяться местами с Томпсоном или Шерманом, но они уже тоже заняты второй партией.

– Я отказываюсь снова проигрывать.

Брейден скрещивает руки на груди, и Аарон приходит к нам на выручку, вручая свой кий.

– Замена! – восклицает он, подмигивая мне. – Я сыграю с Анаис.

Я хотела бы отказаться, потому что с меня хватит этого фарса, но это означало признать поражение не только в игре.

Дезмонд не дурак и понял бы это, кроме того, хочется отправить ему одно послание.

– Иди выигрывай. А мы тут как-нибудь справимся.

Пока Дезмонд опрокидывает бокал с пивом, Аарон пытается научить меня нескольким бильярдным трюкам. Для этого он вплотную подвигается ко мне, из-за чего чувствую себя неуютно, однако беглый взгляд на Дезмонда заставляет принять этот короткий урок без лишних раздумий. Дез кипит от ревности, и я мысленно записываю очко в свою пользу.

Так ты поймешь, как я себя чувствую каждый раз, когда она касается тебя.

Он понимает все до запятой. Конечно, он это понимает. И, кажется, это его веселит. Мне же, наоборот, совсем не весело.

В кармане Аарона начинает вибрировать телефон, отчего вздрагиваю.

– Прости, – улыбается он, – нужно ответить, вернусь через минуту.

В тот же самый момент Виолет говорит Дезу, что ей нужно сходить в уборную.

– Мы вас ждем.

Остаемся практически наедине, учитывая, что остальные увлечены партией, а Фейт и Брианна наперебой болтают со знакомыми девчонками, которые ходят в спортзал вместе с нами.

– Ты плохо держишь равновесие.

Дезмонд совершает несколько шагов по направлению ко мне. Он двигается осторожно. Даже слишком осторожно. И это начинает раздражать меня.

– Теперь ты со мной разговариваешь?

– Нет никаких проблем, чтобы поговорить с тобой, я делал это и раньше. Не веди себя как маленькая девочка, Анаис.

– Это я веду себя как девочка?

Я на тропе войны, но каждый синапс в мозгу приходит в короткое замыкание, едва Дез берет меня за талию и наклоняет к бильярдному столу.

– Наклонись. Вот так…

Он наставляет меня. Его голос звучит сипло, а руки лежат на моих и пальцами касаются моих браслетов.

– Расставь ноги шире. Ты должна сама понимать, когда обретаешь равновесие. Наклонись чуть вперед.

Его рука ложится на мою спину, и прикосновение обжигает.

– Не так сильно, Анаис, – поправляет он, шепча в ухо.

– Я поняла.

Еле слышно бормочу, околдованная его присутствием до такой степени, что перестает волновать, где мы находимся и видят ли нас сейчас друзья. И, конечно же, мне плевать на Виолет, которая с минуты на минуту вернется из туалета.

Поворачиваю голову к Дезу, и наши лица оказываются вплотную друг к другу. Тону в его глазах, которые горят желанием и поражением. Затем он тянет за один из браслетов и с досадой щелкает по коже.

Прошлое обрушивается на меня, и я не могу остановиться. Прижимаю свои губы к его рту. Дезмонд задерживает дыхание. Он не подается назад, так что смелею и провожу языком по его губам.

– Анаис…

Дез даже не оглядывается по сторонам, и я уверена, что в эту минуту он забыл о Виолет.

Дезмонд крепче ухватывает меня за бока.

– Хватит, – умоляющим голосом бормочет он, – отойди от меня.

– Попробуй сам, – провоцирую я, и, вероятно, моя улыбка выводит его из себя.

Он отходит с каменным лицом. Снова чувствую себя униженной его