Дочь тренера - Джесса Кейн

— Давай поговорим об этом где-нибудь наедине, — прервал его Эрик.

— …Ты уже достаточно меня достал. Это восьмизначный контракт, Бентли. Это ключи от королевства. И ты подписал его под фальшивым именем?

Фальшивым именем?

Почему?

Это… это не имеет ко мне никакого отношения, не так ли?

Эрик согласился подписать контракт с Лос-Анджелесом. Он согласился сделать это без того, чтобы я уступила требованию стать его женой. У меня был выбор. Разве нет? Он сделал себе запасной вариант на случай, если я решу, что мне это неинтересно?

— Речь шла о Грете, не так ли? — Рик усмехнулся. — Купил себе небольшую страховку с помощью моей дочери?

Тяжелое молчание Эрика подтверждает мою теорию.

Лед сковал мою грудь, и я отступила от двери, с трудом наполняя легкие воздухом.

— Нет…

— Принеси мне контракт, — жестко сказал Эрик. — Я могу исправить то, что сделал.

— Можешь не сомневаться своей задницей, ты исправишь…

— Как ты говоришь со мной, Рик, — прерывает его разыгрывающий, его голос был мертвенно тих. — Ты устроил свой припадок. Теперь не упусти свой лучший шанс на титул.

Несмотря на то, что дверь была закрыта, я представила, как гнев на лице моего отца, отступает перед лицом победы.

— Я пойду за контрактом. Мы разберемся с этим и оставим все в прошлом.

Шаги отца уносились по коридору. Как только они стихли, прошло несколько секунд тишины, прежде чем дверь в комнату открылась, и там стоял Эрик, молча наблюдая за мной из-под надвинутых на глаза капюшона. У меня внутри все разрушилось. Он солгал мне. Сказал мне, что я принимаю решение быть с ним, хотя все это время у него был запасной план. Как у всех спортсменов, которых я когда-либо встречала. Как у моего отца.

— Ты такой же, как и все они, — прошептала я, не сумев сдержать дрожь в нижней губе.

Эрик

Она произнесла слова, которые вырвали мое сердце прямо из груди.

Потому что она была права. Я знал, что расплата наступит, как только услышал, как Рик гневно выкрикнул мое имя. Я мог бы завоевать ее и без обмана, но теперь испортил лучшее, что у меня когда-либо было или будет снова, не так ли? Я потерял ее доверие, вот что убивает меня больше всего. Оно было у меня, действительно было, всего несколько мгновений, прежде чем моя ошибка разрушила его.

Ты такой же, как и все они.

Нет. Я хотел кричать в отрицании. Но как я мог? Когда она была ребенком, отец Греты при разводе откупился от ее матери за опекунство. Я знаю, как сильно это ранило девушку. И я заставил ее отца сделать это снова, причинив ей еще большую боль. Когда этого оказалось недостаточно, я оставил себе возможность манипулировать ситуацией. Как я мог отрицать, что я точно такой же, как те мужчины, которых она избегала всю свою жизнь? Мужчины, которые управляют женщинами, как игрушками.

— Не говори, что я такой же, как они, — задохнулся я. — Пожалуйста.

Слезы в ее глазах отражали мою агонию и сожаление.

— Ты собирался загнать меня в угол, если я решила бы не остаться с тобой?

Эмоции переполняли меня.

— Я сделаю все, чтобы быть с тобой. Чтобы удержать тебя. Я не буду лгать об этом.

— Ты сделаешь все, что угодно, кроме правильных вещей.

Я понимал, что скоро потеряю ее, и это разжигало во мне безумие. Не было никакого гребаного способа. Я никак не мог жить без нее теперь, когда знал, что она существует. Жизнь была бы бесцветной шарадой. Это как забыть о баскетболе, и я бы не хотел вставать с постели по утрам.

— Кричи на меня. Впейся в меня когтями до крови. — Я преодолел расстояние между нами в два огромных шага, сжав ее прекрасное лицо в своих руках. — Выбрось это из головы, не оставляй меня, Грета.

В моих глазах появилась влага, и ее печальный вид, разочарования во мне, почти подкосил мои ноги.

— Подпиши контракт правильным именем, — выдавила она с запинкой. — Без условий. Отпусти меня.

Мое сердце болезненно сжалось.

— Невозможно.

— Мне все равно, какую сделку ты заключишь с моим отцом, я не останусь с тобой.

— Да. Ты останешься.

Я поднял Грету и прижал к своей груди, вдохнув аромат ее волос, изо всех сил стараясь крепче прижать ее тело, но она просто осталась безвольной, с закрытыми глазами. Она не реагировала, не обнимала меня, и это самое страшное наказание, которое девушка могла придумать. Отказываясь проявлять эмоции, прикасаться ко мне.

— Ангел, я знаю, что облажался. Но то, что между нами, никуда не денется. Я никогда не сдамся.

Я целовал ее шею, зарывшись носом в волосы, и почувствовал облегчение, когда она стала задыхаться от удовольствия.

— Я буду появляться у твоей двери каждый чертов день, пока ты не простишь меня. Ты снова выберешь меня.

Грета решила показать прилив духа, выкрутившись из моих рук и оттолкнула меня.

— Не задерживай дыхание.

Если бы ее голос не дрогнул в конце этого приказа, подрагивая подбородком, я бы снова потянулся к ней. Но я этого не сделал. Я видел, что причинил ей боль. Она была предана. И не было нужных слов, не было нужных прикосновений, чтобы исправить ситуацию. Страдание заставляло меня терять самообладание, и я оперся спиной к стене, не в силах удержаться на ногах, столкнувшись с реальностью от ее потери.

— Мне жаль, Грета. Мне так жаль.

Фыркнув, она выбежала из комнаты и лицом к лицу столкнулась со своим с отцом. Он внимательно посмотрел на нас и молча протянул мне ручку. Я мог бы использовать это в своих интересах. Мой талант давал мне рычаги воздействия, но я им не воспользуюсь. Я не мог снова принудить ее и оставить еще одну рану. Когда Грета скрестила руки и пристально посмотрела на меня, у меня не осталось выбора, кроме как взять ручку и подписать свое имя — мое настоящее имя — под фальшивым. И когда она ушла, то забрала с собой мою надежду, мое сердце, мой мир.

Но если она думала, что я отдам ее без боя, то глубоко ошибалась.

Глава 8

Грета

С моей стороны было наивно думать, что утро на арене станет последним, когда я увидела Эрика. По крайней мере, до тех пор, пока я не столкнусь с ним на каком-нибудь командном мероприятии или, возможно, не увижу его по телевизору во время сезона игр. Выражение полной решимости на его красивом