Отдам фамильяра в злые руки! - Алиса Квин

А между тем изображение дрогнуло и ожило! Магисса Эвелин что-то говорила у доски, потом резко обернулась и посмотрела на дверь, затем в аудиторию вошла я. Раньше я думала, что была напугана в тот момент. Но нет! Вот сейчас я испугалась по-настоящему! Если бы ректор меня не держал, то, наверное, упала бы!

Как такое вообще может быть? Я смотрела на себя со стороны. Немного взлохмаченная после сцены в холле, щеки раскраснелись. Мои губы шевелились, но что говорила, слышно не было. В какой-то момент глаза у той меня, что была в маленькой аудитории, посмотрели в конец помещения, будто там кто-то был. Он там и был, Берт. Это я знала. Хорошо, что вредного фамильяра не было видно в этом воспроизведении недалекого прошлого. Ректор щелкнул пальцами. Картинка застыла. Несколько пассов руками, и мое изображение приблизилось и почти сравнялось со мной реальной. Теперь мы стояли друг напротив друга. Я как будто смотрела в кривое зеркало, ведь там другая я не повторяла мои движения, а жила собственной жизнью.

Демон отпустил изображение, и та я снова ожила. Теперь она делала какие-то знаки кому-то, активно двигала бровями, не знала, что так нелепо выгляжу с такой мимикой, что-то шептала и хмурилась. А когда магисса Эвелин снова заговорила и привлекла мое внимание, поспешно обернулась к ней и невинно посмотрела на эльфийку.

– Мне очень интересно, адептка Райлис, – прошептал мне на ухо демон, – кого вы там увидели?

От его дыхания, всколыхнувшего волосы на висках, по телу прокатилась дрожь.

– Никого! – бодро ответила я.

Ну в самом деле! Не было там никого! Неинициированный фамильяр не в счет. Он и есть самый настоящий никто.

– Серьезно? – мурлыкнул ректор, потом притворно вздохнул. – Мне кажется, вы, адептка, обманываете собственного ректора.

Щелчок пальцев. И изображение вновь стало статичным. Я уже держала в руках горшок с цветком и смотрела поверх головы магиссы.

– Вот опять, вы на кого-то смотрите! – не унимался демон.

Надо же, какой проницательный!

– Ничего подобного! Я просто задумалась! – я старалась не подать виду, что в полушаге от обморока..

– Хм. – Тонкие пальцы перекинули мои волосы с плеча на спину. Больше никогда в жизни не оставлю волосы распущенными, буду заплетать в косу, чтобы не трогали их кто ни попадя! – И о чем же вы задумались, Мелисса?

Волна мурашек пробежалась по спине от его горячего шепота.

– Вспоминала нужное заклинание, – почти не соврала я. Ведь действительно в тот момент я именно об этом и думала.

Кажется, мне не поверили. Но мое собственное изображение снова ожило. Теперь я сосредоточенно смотрела на горшок с землей и что-то говорила. Вокруг меня засветился воздух. Магисса Эвелин презрительно кривила губы.

– Что там произошло? – снова дыхание демона потревожило пряди моих волос на висках.

В этот момент как раз из горшка полезло растение, и я уронила его на пол. С немыслимой скоростью плющ заполнил собой все помещение, выбил стекла в окнах. Но ректор Стайракс пристально наблюдал за мной в аудитории. Иногда приближал изображение, затем отпускал картинку, позволяя увидеть все происходящее целиком.

– Вот здесь вы снова смотрите на кого-то, – безошибочно определил, кому принадлежал мой взгляд.

Молчу.

– Адептка Райлис, у вас есть фамильяр?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я чуть не ответила «Да!», но так же неожиданно в кабинете ректора возник Берт и рявкнул непривычно грубым голосом: «Замолчи свой рот!» – явно намекая на то, чтобы я о нем ничего не говорила. Да я и не собиралась.

Я вздрогнула. Непонятно, что именно меня ошеломило больше – вопрос ректора или приказ хомяка.

– Нет! – твердо ответила я.

Сейчас тоже не обманула. Мы не прошли инициацию, значит, по факту фамильяра у меня нет. Очень надеюсь на волю предков, что они позволят мне избавиться от этого хомячьего недоразумения и фамильяр у меня появится. Настоящий. Покладистый и достаточно сильный. Ну пожалуйста! Разве я многого хочу?

Хомяк появился лишь на миг, потом сразу же исчез. В этот момент руки демона на моих плечах напряглись. Мужчина судорожно втянул носом воздух, будто принюхивался. Неужели почуял Берта? Не может этого быть! Я дернулась и вывернулась из захвата магистра. Тот отпустил меня. Он стал немного рассеян на мгновение. Но это быстро прошло. Взгляд снова сделался пронизывающий и надменный.

Я смотрела в его льдисто-голубые глаза и нервно кусала губы. Ни в коем случае нельзя рассказывать о хомяке! Ни за что на свете! Иначе назад дороги у меня не будет. Я останусь на всю жизнь с таким вот фамильяром. Если хоть кто-то узнает о Берте, я вынуждена буду завершить инициацию, которая окончательно свяжет ведьму и этого невыносимого духа. Да лучше я останусь навсегда без фамильяра вообще! Нет уж! Верну это недоразумение на коротких лапках туда, откуда оно пришло, а потом займусь приобретением настоящего, а главное, нормального помощника.

– Очень странно, адептка, – продолжил начатый разговор демон, – судя по тому, что я видел ранее при возвращении магистра Совурда, а теперь вот здесь, – он махнул рукой на застывшую картинку нашей разгромленной аудитории, – в вас периодически просыпается неистовая сила. Я бы очень хотел знать ее источник. Не забывайте, вы были магически опустошены, и что же я вижу – вот она вы, полна сил и энергии! Причем такой энергии, что хватило на то, чтобы вырастить ядовитый плющ, способный разгромить всю академию. А знаете ли вы, что ваше растение продолжает расти? Оно до сих пор питается вашей силой и останавливаться не собирается!

Ой, мамочки!

Чтобы у меня не осталось никаких сомнений, магистр Стайракс снова щелкнул пальцами, и вместо прежней картинки возникла новая. Аудиторию было почти не узнать! Она превратилась в непроходимые джунгли. Конечно, никакого занятия там уже не было, да туда вообще было уже невозможно зайти.

Я беспомощно посмотрела на демона.

– Простите, Ректор! Я правда не знаю, как так получилось! Я не хотела! Да и не собиралась я выращивать плющ! Мне горшок с землей дала магисса Эвелин. Я просто выполнила задание, произнесла заклинание и направила поток силы в горшок. Вы правильно сказали – у меня было магическое истощение, поэтому я использовала энергию стихий. Совсем чуть-чуть…

Я говорила, а взгляд ректора становился все тяжелее. Глаза потемнели и смотрели на меня как-то хищно, недобро так.

– Меня беспокоят вспышки вашей бесконтрольной силы, – медленно произнес он. – Я почувствовал ваш огонь в тот раз, когда вы так неосмотрительно вложили весь свой резерв в исцеление магистра Совурда. – Я от возмущения даже рот открыла, потом закрыла его, сочтя за благо промолчать и