Опасный соблазн - Эмма Уайлдс

Они сидели на пригорке на расстеленном покрывале. Перед ними стояла корзина с остатками завтрака, которым их снабдила Росси. Лианна вертела в руках прелестные цветы и не переставала удивляться: она оказалась так далеко от дома, Фрэнктон нависал со своими угрозами, а ей все равно было хорошо. Она чувствовала себя… счастливой.

— Йен — чудесный человек, — тихо заговорила она. — Я знаю, что вы восхищаетесь им, а он любит вас. Не позволяйте безрассудной страсти испортить все, что есть между вами, пожалуйста. Для меня это будет тяжелым ударом.

— Я все прекрасно понимаю. — Робби лежал на покрывале, вытянувшись всем своим длинным телом и опершись на локоть — этакий молодой несчастный любовник, — и не отрываясь смотрел на нее. — Я хочу вас. Он хочет вас. Но весь ужас в том, что вы принадлежите ему. Каждую ночь!

Ну вот опять! Лианна покраснела, вспомнив, какой Йен пылкий и умелый любовник, как снова и снова берет ее, вызывая в ней неописуемые ощущения и возбуждая до предела, стоит ему лишь дотронуться до нее.

— Это настолько хорошо, да? — Губы у Робби скривились, когда он увидел выражение ее лица и мрачно добавил: — Завидую!

Не осмелившись признаться в этом никому, кроме Росси, которую она уже считала своим другом, Лианна едва слышно произнесла:

— Я его люблю.

— Знаю.

У нее взлетели брови на лоб.

— Правда?

— Ну, разумеется. — Резким движением он сорвал травинку и растер ее в пальцах. — Получился своего рода треугольник. Я люблю вас, вы любите его, а Йен… Никто не знает, когда он поймет, какое чувство испытывает. Он старше, более защищен, привычен к тому, что женщины вешаются на него по причине его красоты и титула. Он тащит их в кровать, но что касается высоких чувств, вряд ли он позволяет их себе.

— Я могу только надеяться… — отвернувшись, Лианна проглотила комок в горле; поля буйно зеленели, солнце выкатилось в самую высь, ветер доносил густой запах лета, — что не стану ему безразличной.

— Пусть только попробует не полюбить вас!

Не выдержав, она вдруг громко рассмеялась, а потом закашлялась.

— Спокойнее, Робби, спокойнее. Рыцарь должен управлять своими чувствами.

Он тоже засмеялся, сразу став по-мальчишески легкомысленным и милым:

— Не так-то это легко. Прошлой ночью, когда наемники барона предприняли атаку, у Йена случился приступ яростного гнева. Мне даже было страшно зайти к вам в комнату. Я думаю, он рассвирепел из-за того, что вы могли пострадать. Если бы кузен хоть одного оставил в живых, мы бы получили больше информации о планах Фрэнктона.

— Я страшно перепугалась, но все закончилось очень быстро.

Глаза Робби потемнели, взгляд стал тяжелым.

— Вы выглядели прелестно даже под простыней. Я, можно сказать, видел вас обнаженной.

Конечно, видел, и она до сих пор переживала из-за этого. Одно дело, когда все догадываются, что они с лэрдом спят вместе, и совсем другое, когда половина замка прибегает к ним и видит ее у Йена в постели.

— Три человека валяются мертвыми. Мне было не до того, чтобы следить за тем, одета я или нет.

— Это понятно. И все-таки я навсегда запомнил, как вы выглядели: нежная, соблазнительная, кроткая. Я таки представил, как вы раздвигаете передо мной ноги и зовете меня к себе.

Робби выразительно посмотрел на нее.

— Не надо, — тихо попросила она, кусая губы и покраснев до корней волос. — Это неприлично, в конце концов.

— У меня были женщины… Они начали вешаться на меня, как только мне исполнилось пятнадцать, — с апломбом заявил он. Порывистый ветер играл его черными волосами. — Поэтому получить удовлетворение не было проблемой.

Она не могла себе этого представить. Ведь Робби еще слишком молод для светского волокиты.

— Почему? — с отчаянием выдохнул он. — Ну почему мне так безумно хочется именно вас? Это вообще против моих правил — испытывать вот такое к женщине Йена. И я ненавижу англичан! И равнодушен к блондинкам!

Лианна долго крепилась, но не выдержала и расхохоталась. Прикрыв ладонью рот, попыталась остановиться.

— Извините, что прервала вас.

— Ничего страшного, миледи.

Она посерьезнела:

— Я прошу вас не устраивать никакого соперничества с Йеном из-за меня.

— Не могу ничего обещать. Я не собираюсь соблазнять вас — это неблагородно. Но ответить на вызов — другое дело.

Его убежденность в своей правоте снова заставила ее забеспокоиться.

— Если из-за меня пострадает кто-нибудь из вас, я не знаю, что тогда сделаю. Пожалуйста, если вы действительно неравнодушны ко мне, не заставляйте меня страдать.

Робби отвел глаза в сторону. По его лицу было видно, как он борется с собой.

— Наверное, нам пора возвращаться, — вздохнув, напомнил он.

Весь в пыли и в поту, Камерон Маккрей пытался отдышаться. Протянув ему стакан с виски, Йен коротко приказал:

— Выкладывай, что там у тебя.

— Они на подходе, милорд. Завтра после обеда уже будут здесь. Три или четыре сотни в полном вооружении, может, и больше. Идут тремя колоннами в нашем направлении. — Стремительным движением Камерон осушил стакан, дергая кадыком. — Они движутся по западной дороге вдоль нашей границы, но пока не переходят ее. Наверное, не хотят, чтобы их обнаружили раньше времени.

Йен обернулся к Ангусу:

— Сколько у нас людей?

Тот ответил без промедления:

— Примерно тысяча. Все рвутся свести счеты с проклятым бароном.

— Оставьте это мне. — Йен пересек комнату, подошел к окну и задумался. Ночь была туманной, похожей на ту, когда они похитили Лианну. — Фрэнктон хочет сражения, — пробормотал он. — Рассчитывает взять числом, так как предателей не найдет.

— Ему нужна Лианна.

Это заговорил Робби, который до этого тихо сидел в кресле со стаканом в руках.

— Тебя, должно быть, это особенно волнует, — с оттенком сарказма заметил Йен, затем, отвернувшись от кузена, кивнул головой. — Спасибо за хорошую службу, Камерон. Отправляйся домой к жене. Ангус, предупреди всех о том, что может произойти завтра. Я хочу, чтобы дети и женщины оставались по домам, по периметру деревни надо выставить мужчин. Я ни в малейшей мере не доверяю Фрэнктону.

— Слушаюсь, милорд.

Камерон поклонился и вышел.

Ангус на секунду замешкался.

— Вы ведь не поубиваете друг друга? Сейчас не время для ревнивых разборок. Эта английская сволочь уже у нашего порога, вот о чем надо думать. Леди Лианна останется без защиты, если вас обоих ранят.

— С нами все в порядке, Ангус. Иди, — отрезал Йен.