Опасный выбор - Саша Таран

— Не трогай их, пожалуйста, — попросила я слабым голосом.

Матвей поглядел на меня: «точно?», а любители малолеток, тем временем, очухались. Они бесцеремонно вытолкали к нам Верку:

— Э! На, забирай! Пацан, успокойся, ты чё?! — отступали они задом по дорожке. Ввязываться в драку с психопатом им не хотелось. — Мы ментов вызовём, урод! — лаяли они, увеличивая дистанцию.

— Пять…

Я удивлённо поглядела на спасителя. А он, не обращая внимания, продолжал устало отсчитывать вслед дерзкой компашке. Мокрый и злой.

— Четыре…

— Урод, ты чё?! Попутал?! — в ярости огрызались глазастый с Кэстом. Маты и неприличные жесты сыпались через край.

— Три… — Матвей показал им три пальца, вместо одного, и стал загибать. — Два…

На один они побежали.

Рванули, не оглядываясь. У меня тоже возникло желание смыться. Я отвела девчонок за рукава.

— Спасибо… идёмте-идёмте…

Наше такси уже мигало на дороге.

— На здоровье, — Матвей спрятал кастет и проследил, чтобы мы добрались до машины. Я отправила девчонок на заднее, а сама запрыгнула вперёд — не хотела с этими дурочками. Лучше потерплю разговоры водителя. Я устала, промокла и замёрзла до дрожи. Таксист, поглядел на меня, как на больную, в этой мокрой пижаме, и завёл про ужасную погоду и опасность подхватить воспаление лёгких, как его кузен или тесть, не знаю, я не слушала. Я стучала зубами и глядела в боковое зеркало на догоняющие нас фары.

Чёрный мотоцикл скользил ненавязчиво, через пару машин от нас. Матвей бдил. А девчонки на заднем сидении ничего не подозревали и шептались про него:

— … на шее тату…

— Страшный…

— … да какой, ты чё, очень даже…

— Серьги видела?

— Нефор…

— Мафиози… крутой…

— … ствол под курткой…

— Прикинь, если бы такой парень…

— Опасный… всех убивать за тебя…

— А ты бы хотела?

— Тщ-щ… а чё, ты нет?

Я закатила глаза. Дурынды. И как таких уберечь?! Дома поговорю с сестрой. Постараюсь ей мозги вправить. Верке пусть родители вправляют. Хотя, там, похоже, всем всё равно. Эх, девчонки. Вообще не о том думают. Я в пятнадцать ещё в куклы играла. Ну, может не в куклы, но играла.

Мафиози.

Пф-ф… — чуть не цокаю вслух.

А дома становится не до разговоров — квартира в дыму! Вонища жуткая! Я залетаю прямо так, в кроссовках, на кухню, и вспоминаю про суп! Я же поставила его разогреваться и забыла выключить! Он, несчастный, тут целый час кипятился, а последние полчаса откровенно горел!

— Блин! Лизка, окна открой! Суп сгорел! — Ору сестре, хватая прихватками кастрюлю.

Лизка кашляет, бегает по квартире. Окна гремят. Заливаю горелое днище водой.

— А-а-а! Гадость какая!

— Фу-у! Дашка! Чё ты натворила! — нагло возмущается сестра, распахивая раму на кухне. — Ты чуть пожар не устроила!

Это я-то?!

— Дура! — вспыхиваю, уже не контролируя эмоции. Прихватка летит в сестру. Бошку срывает:

— Если бы ты не была такой тупой идиоткой и думала бы мозгами почаще, ничего бы не случилось!

— Сама ты тупая! Газ оставила!

— Заткнись и свали отсюда! Не беси! Всё родителям расскажу! Вот балбеска тупая! Отойди!

Лизка сморщилась, подбирая слова поострее, но не подобрала, а попросту разрыдалась:

— Не кричи на меня! Не кричи! Я не виновата!

— Сама не кричи! Не виновата! Что ты устроила?! Полюбуйся!

— Не рассказывай им, Да-а-аш-ш, — хнычет моя балбеска. — Не рассказывай им… ну Да-а-аш… я же на часик всего хоте-е-ла-а… — завывает перекошенный ротик, а из глаз текут целые реки. И откуда столько воды?

— Я бы вернула-а-ась! — уверяет сестра как будто бы искренне, но выходит наивней некуда.

Мне становится стыдно.

Глупая девчонка. Я и сама была такой. Наверное… но это не точно, — пытаюсь вспомнить себя, творила ли я такую дичь…? — Да вроде и нет. Но всё равно. Лизка ещё ребёнок, откуда ей всё знать, если никто не общается с ней толком? Никому нет дела до её воспитания. Родители на работе, я на учёбе, и всё, что ей остаётся — это постоянно зависать в телефоне… Танцульки, povы, мальчики, макияж… откуда взяться мозгам?

И я виновата. Отталкиваю её. Ревную.

— Ладно, — сжаливаюсь.

Запихиваю нытика в ванную:

— Иди первая мойся, не дыши этой гадостью. Я пока приберусь. Сделаем вид, что ничего не было. Ай, бли-и-ин! — вспоминаю про стиралку с бельём. — Бли-и-ин… весь день пролежало…

— Чё? — Лизка даже плакать перестала от любопытства.

— Ай-й, — я не могу сдержать нервный смех. — Чёт у нас всё сразу завонялось…

— Так чё?

— Бельё через плечо!

Лизка вылупилась и тоже прыснула.

Вот такие хозяюшки.

Глава 8

Ветер

— И чего ты попёрлась с этими? — спросила я осторожно, подавая Лизке чай.

Мы сидели на кухне в махровых халатах и куртках, поджав ноги от сквозняка. Пришлось открыть нараспашку все окна, чтобы выгнать этот мерзкий горелый запах. Так надышались, аж во рту горчило.

— Погулять хотела, — вздохнула та мирно.

Я поправила тюрбан на мокрых волосах.

— Давай уже закрывать, а то простынем.

— Угу.

И обе не сдвинулись с места. Хорошо было сидеть. Как в детстве, когда отключали свет из-за аварии, или ремонта. Только сейчас отключили не свет, а тепло, — думала я попивая горячее. — Но тоже уютно. За окном всё ещё моросит. Воздух свежий, как будто мы в парке сидим, где-нибудь в беседке. И беседуем.

— Ваня это ваш одноклассник? — спрашиваю, зевнув.

Рубит нащадно. После нервов, после беготни, после уборки. Лизка тоже зевает.

— О-а-ага… а Вадик его старший брат. Из десятого «Б». А Кэст — его лучший друг.

— Ясно.

— Они вообще-то хорошие ребята, почти отличники, зря ты не пошла. Прогулялись бы вместе.

— А тебя разница в возрасте вообще не смущает? — я осторожненько подвожу сестру к сути.

— Нет, — простецки пожимает она плечами. — Со старшими мальчиками даже интересней. Они не такие дебилы, как мои одноклассники.

— А Ваня? Он же твой одноклассник.

— Ваня с Веркой мутит.

— Мутит?

— Ну да, они встречаются.

— А чё он тогда бросил её? — не могу удержаться от колкости. Блин.

Лизка задумалась.

— Мда. Идиот. Я бы убила за такое. Но зато жив остался, — она сделала страшные глаза, — а тот мафиози, прикинь, если бы погнался за ними! Жуть, такой злющий был! Я не знаю, как я не убежала… ноги прям прилипли, я так испугалась. А ты?

— И я.

Прячусь в кружку.

— У нас во дворе вроде живёт, — продолжает сестра вспоминать. — Или похожий. Я на турниках, кажется, видела. Просто никогда так близко не подходила…

— Да? Не знаю, не помню такого…

— Да ладно, вот увидишь. Сразу вспомнишь. Такой