Полёт мотылька - Брук Лин

Я медленно перевела взгляд с него на букет, и обратно.

Почему-то безумно хотелось принять его, но здравый смысл буквально кричал мне, чтобы я не протягивала ему своих рук.

— Я… — растерявшись, остановила взгляд на нем. — Нет, я не могу принять его, — уже более уверено проговорила я и отступила на шаг назад.

— Они от Альберта, — уточнил Давид, увидев мое замешательство. — Он попросил подарить их от его имени.

— От Альберта? — переспросила, не поверив своим ушам.

Я была крайне удивлена, потому как это первый раз, когда мой будущий муж проявил ко мне знак своего внимания.

— Спасибо, — произнесла, не найдя более подходящего слова. — Вам.

Давид улыбнулся, и я, не удержавшись, улыбнулась ему в ответ, не отрывая свой взгляд от его глазах.

— Обмен? — весело спросил он, протягивая мне букет, а глазами указывая на коробку в моих руках.

Я положительно кивнула ему, протянула ему коробку, приняв взамен роскошный букет.

Их свежий аромат вскружил мне голову, и я стала разглядывать каждый цветочек в этом разнообразии сортов.

«Как же чудесно, что нет моих нелюбимых роз» — обрадовалась всем сердцем этому факту.

— Какой аромат, — шепчу, уткнувшись носиком в букет, затем поднимаю голову и вновь погружаюсь в бездонность его глаз. — И очень красивые, — продолжаю, уже не понимая, о чем именно говорю.

Он ничего не ответил. Внимательно изучая меня, улыбнулся уголком губ.

— Потрясающе выглядишь, — вымолвил, пристально смотря в мои глаза.

— Благодарю, — прошептала я в ответ, и почувствовала, как щеки начинают пылать.

Он смущал меня своими словами и, уж тем более, своим взглядом. Под таким натиском его "тепловых излучений", мне казалось, что я могу потерять контроль над собственными эмоциями и раствориться в безумстве.

«Все в порядке, Амели. Это просто человек, ничем не отличающийся от других мужчин» — старалась успокоить саму себя.

Между нами повисла неловкое молчание, и тогда я, ещё раз поблагодарив его за оказанную помощь, попрощалась с ним. И лишь оказавшись по ту сторону ворот, смогла вдохнуть полной грудью.

Лишенная пристального взгляда мужчины, я поняла, как глупо было с моей стороны, так трусливо бежать. Надо было пригласить на чай, проявить гостеприимство. Но я не смогла. Я бежала от него, не желая ещё больше усугублять свои непонятные эмоции к постороннему мужчине.

Всю ночь я не могла сомкнуть глаз. Короткая встреча с ним не должна производить таких эмоций на меня. Это ведь ненормально — умом понимала я. Но мысли раз за разом возвращались к Давиду, нарушая мой покой.

Получив букет цветов от Альберта, я правда обрадовалась, ведь это стало маленьким огоньком надежды, указывающим на то, что все у нас может с ним получиться. Но меня это почему-то не волновало в данный момент.

Каждый раз смотря на букет цветов, я улыбаясь представляла, что их выбирал и покупал для меня Давид. И лишь титаническим трудом, я заставляла себя вспоминать, что он это делал по просьбе Альберта.

Давид — вот, кто тревожил мою душу.

Он излучал загадочность, которую хотелось изучить и разгадать. И именно этим мне хотелось заняться в эту долгую ночь.

А последующие дни были словно одним большим продолжением той ночи. Давид так и не вышел из моей головы, намертво в ней закрепившись.

Это было странно и пугающе.

И то ли законом притяжения или простой случайностью, спустя неделю, на мой телефон поступил звонок от Давида:

— Привет, — его бархатный голос мгновенно вызвал реакцию всего моего тела и всей моей души.

— Здравствуй, — только и смогла проговорить я.

— Не могу дозвониться до твоего отца. Скажи, есть возможно связаться как-нибудь с ним?

— Я сейчас постараюсь набрать ему. Скажу, чтобы перезвонил тебе.

— Буду признателен, — он сделал небольшую паузу и вскоре продолжил. — Как ты?

— Неплохо. Сам как? Ты уже в России? — я сыпала его торопливыми вопросами, стараясь унять дрожь в голосе.

— Да, вчера вернулся.

— Как отдохнул?

— Я не отдыхать летал, но все же успел насладиться красотой лазурного берега

— Да, здесь очень красиво!

— Согласен. И городок, где ты живёшь, тоже впечатлил меня. Такая особая атмосфера, я будто оказался совсем в другом веке. Он прекрасно подходит тебе, Амели.

Его слова стали приятной неожиданностью для меня, от чего невольно на моем лице расплылась улыбка. А то, как он произнес мое имя, заставило мое сердце сладко трепетать.

— Ладно, Давид. Я сейчас попробую связаться с отцом, — испугавшись теплой волны внутри, вымолвила я.

— Да-да. Спасибо тебе за помощь.

— Было бы за что.

И как только мы попрощались с ним, началось моё медленное мучение и непрерывное скитание по комнате из стороны в сторону.

— Ну и зачем ты попрощалась? Можно было ведь ещё чуть-чуть пообщаться! — недовольно проговаривала себе под нос.

— Нет, ты сделала все правильно, Амели. И так уже который день не находишь себе места из-за него, — успокаивала саму себя.

Чтобы слегка отвлечься, я взяла ноутбук и прошла на балкон. Устроилась удобнее на бинбэге и включила комедию с Адриано Челентано. Этот мужчина наверняка не заставит меня сходить с ума от терзающих сердца мыслей.

Прошло около получаса, когда вновь раздался звонок от Давида.

«Ну что ещё?» — отчаянно захныкал мой внутренний голос.

— Да? — хрипло прошептала в трубку.

— Амели, ну что, ты смогла дозвониться?

«Браво, дорогая, ты совсем разум потеряла» — я закатила глаза, ударив себя по лбу, понимая, что совсем забыла позвонить папе.

— Нет, но я сейчас ещё раз попробую, — слегка слукавила я, не желая признаваться в собственной рассеянности.

— Спасибо, буду ждать звонка от твоего отца, — произнес он и отключился.

Естественно, найти способ связаться с папой мне не составило никакого труда, и он тотчас же перезвонил Давиду.

И пожалуй, Коэльо был прав, сказав: «То, что случилось один раз, может никогда больше не повториться, но то, что случилось дважды, обязательно произойдет и в третий раз».

Это касалось и наших встреч с Давидом и его звонка, который раздался в самый интересный момент фильма.

— Спасибо, — с этих его слов, начался наш третий диалог за сегодняшний день.

— Не за что.

— Чем занимаешься, не отвлекаю?

— Смотрю фильм, — отвечаю односложно, пытаясь собрать в кучу растерянные мысли.

— И какой же?

— Укрощение строптивого, — от осознания, что этот диалог продлится намного дольше предыдущих, начинает всё больше кружить голову.

— Люблю Челентано. Пересмотрел все фильмы с ним.

— Мне он тоже нравится. И как только в одном человеке умещается столько харизмы?

— Вообще старое кино великолепно. Оно обладает удивительной изюминкой.

— Да-а-а, — расплылась в улыбке