Полёт мотылька - Брук Лин

— Надолго? — единственное, что удалось произнести.

— На неделю, — последовал его короткий ответ.

Я молчала, пытаясь унять мысли, что вихрем кружили в голове.

— Один прилетаешь? — вопрос вырвался поневоле из обшей массы моих беспорядочных мыслей и, в ожидании ответа, на душе, от чего-то, стало неспокойно.

— С девушкой, — чуть помедлив, произнёс он.

Услышав его последние слова, я почувствовала себя героиней дешевой мыльной оперы, у которой в момент шока все валится из рук.

Право, если бы не моя сила воли и здравый смысл, который вовремя проснулся, я бы разбила свой телефон вдребезги, уронив его со второго этажа.

«Что за глупое поведение, Амели? Почему ты реагируешь так, будто бы за него выходишь замуж через два месяца?» — я стала строго отчитывать себя, желая вразумить и прекратить тот поток неприятных эмоций и мыслей в голове, что сдавливал своей тяжестью мне виски.

— Здорово. Вам обязательно понравиться, — справившись с собой, выдавила из себя.

— Увидимся? — тихим севшим голосом предложил он.

— Хочешь познакомить нас? — я надеялась, что он не почувствует иронии в моем голосе.

— Да. Ты ведь говорила, что Артём бездарный фотограф, — рассмеялся. — А она, как раз таки, профессионал своего дела. Марта Давыдова, слышала о ней?

— Видела пару работ, — старалась как можно равнодушнее ответить ему.

От осознания, кем является его девушка, мне стало только хуже.

«Видела пару работ» — это я слегка преуменьшила. На самом же деле, я была большим фанатом каждой работы этого фотографа.

Абсолютно все ее картины — а иначе их назвать нельзя, были творением. Каждая её работа — настоящее произведение искусства.

Я давно хотели попасть к ней на съёмки, но постоянно откладывала этот вопросом, не находя себе желаемого образа для фотосессии.

«Вот тебе и шанс. Вселенная, как всегда, услышала тебя» — усмехнулась сама над собой.

— Понравились её работы? — прервал мое самобичевание Давид.

— Да, она мастер своего дела, — ответила я без лишних эмоций, боясь выдать свои чувства.

— Я эти слова принимаю, как согласие на нашу совместную встречу, — твёрдо произнёс мужчина.

— Хорошо, — непроизвольно сорвалось с моих уст.

Мысль, что я увижу его вновь, взяла вверх над всеми другими чувствами. И я впервые ощутила себя такой неуправляемой.

Давид хотел было продолжить наш разговор, но я, сославшись на свою усталость, решила с ним попрощаться.

Я провела бессонную ночь, терзаясь мыслями о том, что у него есть девушка. И почему он никогда не рассказывал мне о ней? Мы ведь общались каждый день в течении целого месяца.

«Вы же просто друзья, он не обязан был тебе рассказывать о своей личной жизни. Поэтому, прекращай скулить в подушку!» — проговаривала раз за разом, рассерженная на саму себя.

Но никакие уговоры разума не сумели успокоить меня в эту ночь. Так и не сомкнув глаз, я проворочалась в постели до самого утра.

И весь последующий день я проходила, словно туча, которая вот-вот должна была пустить первые капли дождя, а, вскоре, под звуки разрывающейся грозы, разрыдаться ливнем.

* * *

Спустя три дня Давид пригласил нас с Артёмом в Канны на ужин, и я приняла это приглашение с тяжёлым грузом на сердце.

Перемерив сотни платьев и переобувшись десятки раз, я, наконец, определилась с выбором.

Взглянув на себя в последний раз в зеркало и убедившись, что отлично выгляжу, я поспешила к выходу, где меня уже ждал Артём.

Он знал, что мы с Давидом общаемся. Я сумела убедить его в том, что между нами такие же дружеские отношения, как и с ним.

Он поверил.

В это поверить старалась и я.

Всю дорогу я нервно барабанила пальцами по подлокотнику, пытаясь переключить своё внимание на красоту, что открывалась мне из окна.

— Уверена, что едешь на встречу с другом? — вдруг раздался саркастичный вопрос Артема, а на лице его появилась сомнительная кривая усмешка.

— Что ты этим хочешь сказать? — недовольно взглянув на него, я сморщила лоб.

— Ничего, просто думаю, от чего ты так нервничаешь, — выдвинув подбородок, он бросил на меня свой обеспокоенный взгляд.

— Глупости. С чего мне быть нервной? — я наигранно улыбнулась и отвернулась к окну, не в силах врать ему в глаза.

Он немного помолчал, а после раздосадовано разрушил наше молчание:

— А я думал, у нас нет друг от друга тайн.

— Так и есть, Артём, — устало прошептала я.

— Хорошо, не стану тебя мучать. Если захочешь поговорить, — я всегда готов выслушать.

— Я знаю, Тём. За это и обожаю тебя. Правда, не переживай за меня — прошептала благодарно, всматриваясь в лицо друга.

Взглянув на него, я улыбнулась от нахлынувших воспоминаний.

Родители Артёма познакомились друг с другом, работая в нашем доме. Тогда папа с мамой только поженились и переехали в своё семейное гнёздышко, куда отец и стал набирать новый персонал.

Так случилось, что папа Артёма из неблагополучной семьи, где родители были заядлыми пьяницами. Долгое время Михаил, — отец Артёма, работал на двух работах, чтобы обеспечить себя и помочь родителям вылечиться. Но итог был печальным — родители умерли, оставив сыну кучу долгов и бедное существование.

Я не знаю всех подробностей, но мама говорила, что Михаил неоднократно не словом, а делом доказал преданность нашей семье. И со временем они с папой переросли рабочие отношения, став близкими друзьями.

Когда в доме появилась Лада, — мама Артёма, Михаил влюбился с первого взгляда. Они долгое время встречались, и Михаил хотел жениться, но не мог привести её в маленькую комнатку, которую снимал вместе с другом. Поэтому папа предложил им два варианта, в качестве своего подарка на свадьбу: либо квартиру в городе, либо небольшой домик с нами по соседству за городом.

Они выбрали второе.

Жизнь потихоньку налаживалась, и вскоре у пары родился Артём. Мои родители любили его, как родного. А через пару лет, родилась и я — верная подруга Артёмки.

Когда мы подросли, Михаил отдал Артёма в государственную школу, но папу это не устраивало, и он взял все финансовые вопросы, связанные с учебой Артёма, на себя.

Поэтому учились мы с Тёмой в одной гимназии, а после поступили в один и тот же университет.

И сколько я себя помню, мы всегда были рядом друг с другом, во все времена — светлые и тёмные. Многим казалось, что мы влюблённая пара, но нас это не смущало. Ведь это, как влюбиться в родного брата и сестру — просто невозможно.

И хоть сейчас Лада продолжает работать в нашем доме, как главная по персоналу, а Михаил так и